Фантастика 2026-164 - Дмитрий Ромов

— У меня острый есть… — сказал хозяин кабинета, быстро встал, сделал несколько шагов и подал нож Ширяеву.

Тот вытащил лезвие и покрутил ножичек в руке. А потом сжал его, будто шёл на дело и начал вскрывать пакет.

— Ну, парень. — покачал головой Ширяй и откинул плёнку.

Откинул и замер. Потому что перед ним лежали пачки с красными бумажками. И бумажки эти были никакими не рекламными буклетами, а самыми, что ни на есть настоящими, пятитысячными купюрами. Восемнадцать с половиной миллионов, быстро сосчитал я.

— Это как понимать? — спросил он, взглянув на меня.

Я развёл руками.

— А мне доложили, что тебя шерстили в аэропорту, — нахмурился он.

— Было дело.

— И что, ты хочешь сказать, что тебя просто так выпустили с этими деньгами?

— А я им их не показывал, — пожал я плечами.

— То есть, как это ты их не показывал? У тебя был свёрток, да?

— Был, но без денег. Он был набит рекламными проспектами.

— А где были в это время деньги?

— А деньги были в чемодане, в который я напихал книг и других бумаг. Я решил приобрести багаж.

— То есть мои деньги просто так летели в багаже? Ты соображаешь вообще, что делаешь?

— Ну, как видите, результат получился гораздо более убедительный, чем если бы эти деньги ехали в рюкзаке.

Ширяй нахмурился и уставился на меня горящими глазами.

Разумеется, никакого чемодана у меня не было, и при желании и его возможностях он мог бы это выяснить. Впрочем, зачем было выяснять, когда деньги лежали перед ним? Чемодана не было, но был фельдъегерь, которого подогнал Чердынцев.

Перед вылетом я отдал пакет ему и после выхода он вернул эту пачку мне. Кто возьмёт билетов пачку, тот получит водокачку. И Ширяев сейчас так и выглядел, как та самая водокачка.

— И почему ты решил сдать деньги в багаж? — спросил наконец Ширяй.

— Видите ли, Глеб Витальевич, у меня было предчувствие, а потом оно трансформировалось в предположение, что кто-то эти денежки очень хотел забрать себе и страшно расстроился не найдя их в моём рюкзаке.

— Не говори ерунды! Кто бы их хотел забрать?

— Ну, какие-нибудь нехорошие полицейские! — усмехнулся я.

— Садись! — кивнул он на диван напротив себя. — Молодец! Выполнил задачу. Дедушка доволен.

— Отлично, — кивнул я, опускаясь на шёлк дивана.

— Сегодня вечером назад вылетаешь?

— Да, — подтвердил я.

— Чем собираешься заниматься в Москве?

— Погуляю. Город большой, интересного много.

— Гулёна, — хмыкнул он. — Ладно, пойдём завтракать. Или обедать, кто как. Не возражаешь?

— Можно и позавтракать, — пожал я плечами. — За компанию. Хотя я и не голоден.

— Не голоден. Молодец, что не голоден. Ладно, Ваня, видишь, смену рощу, с молодёжью общаюсь.

Иван Станиславович молча кивнул.

— Бывай здоров. И позвони мне сегодня вечером, как договорились.

— Конечно, Глеб Витальевич, обязательно.

* * *

Столовая скорее походила на ресторан, такой же роскошный как и другие помещения, с круглыми столами, застеленными накрахмаленными скатертями. Когда мы вошли, официант забегал, заволновался.

— Как всегда, Глеб Витальевич? — спросил он.

— Принеси нам кофе, чай, джемы, круассаны, — барским тоном распорядился Ширяй и через весь его великосветский лоск проступил мордатый убийца, державший в руках весь город. — Хочешь яичницу?

— Да, я бы скорее съел яичницу с беконом, — кивнул я.

Круассаны и джемы меня не особо впечатляли, а вот закинуть в топку белков было бы неплохо. Тем более, что позавтракать-то я и не позавтракал. Неожиданно к нам подошла милая застенчивая девушка.

— Мне сказали, что вы здесь, — улыбнулась она. — Здравствуй, Сергей.

— Привет, Ангелина, — кивнул я. — Какая неожиданная встреча.

Это была она. Выглядела скромно, в серых брюках и чёрном кардигане.

— Садись, садись, позавтракай с нами, — указал Ширяй на стул рядом со мной.

— Ой, я уже завтракала, — сказала она, но послушно уселась.

— Ну ничего, попьёшь кофе или что ты там пьёшь…

Ангелина чуть заметно поморщилась, кинула на меня очень быстрый, недовольный взгляд и тут же отвела глаза.

— Конечно, дедушка, — сказала она и снова повернувшись ко мне.

Теперь она выглядела совсем по-другому — кроткой и милой.

— Серёжа, прости меня, пожалуйста, — грустно произнесла она, — за тот дурдом, что я устроила на дне рождения. Я сама не знаю, что на меня нашло. Просто какой-то нервный срыв что ли…

Это было по меньшей мере неожиданно.

— Конечно мой друг, — сказал я и ласково улыбнулся. — Разве могу я сердиться на тебя? Да и не за что.

— Ну и хорошо. — с облегчением кивнула она и отвернулась.

Принесли еду. Мы позавтракали, и когда закончили, времени было уже около двенадцати.

— Ну что? — поднялся из-за стола Ширяй. — Продолжай трудиться с Савоськиным и с Руднёвым. Что будет нужно, узнаешь от них. А сейчас Ангелина повозит тебя по Москве, покажет какие-нибудь интересные места, куда-нибудь сводит.

— В зоопарк? — спросила она чуть более едко, чем следовало, и дед метнул в неё недовольный взгляд.

— Да, в зоопарк я бы с удовольствием сходил, — улыбнулся я.

— Значит, в зоопарк! — с нажимом сказал он и подкрепил слова суровым взглядом.

Ангелина поджала губы. Мы вышли из дворца в прекрасный сад и подошли к чёрному большому мерседесу. Я открыл дверь, галантно пропуская Ангелину на заднее сиденье, а сам уселся рядом с другой стороны.

— В зоопарк, — хмуро сказала она водителю.

И также хмуро глянула на меня, а потом отвернулась к окну и ехала молча всю дорогу. Водитель тоже ничего не говорил, ну и я разговоров не затевал. Машина привезла нас к главному входу. Водила попросил позвонить, когда он будет нужен, примерно за пять минут. Ангелина ничего не ответила. Водитель отъехал, и она посмотрела на меня в упор не очень добрым взглядом.

— Послушай, — пожал я плечами, — совсем не обязательно возиться со мной и, тем более, вести в зоопарк. Мы же не юные натуралисты…

— Зачем мы тогда сюда приехали? — недовольно ответила она.

— Ну, мне, собственно, было всё равно, куда ехать. Но тебе же перед дедом отчитываться.

— Тогда давай сделаем фотки, — деловым тоном предложила она. — Улыбайся…

Я улыбнулся.

— Не скажешь ему? — прищурилась Ангелина, когда фотосессия закончилась.

— Не скажу, — пожал я плечами.

— А ты не такой уж… — начала она и осеклась.

— И на том спасибо — кивнул я и пошёл по Баррикадной улице.

* * *

Прогулявшись немного, я поехал в Университет МВД и нашёл там Мамая. Предварительно позвонил, поэтому он был готов.

— Александр Дмитриевич, — окликнул я его, когда он вышел в фойе.

— О, Сергей, привет! Ты зачастил в столицу, как я погляжу.

— В командировку прилетел, — подмигнул я. —