Фантастика 2026-16 - Александр Петрович Нетылев

или иначе, Лефевр, гениальнейший из Владык, по-видимому, смог ее найти. И обучить своих адептов ее блокировать. Это требовало от них постоянной концентрации, — но благодаря численному преимуществу они могли себе это позволить.

— Итак, — невозмутимо продолжил лидер адептов, — Ты в меньшинстве, и твои силы блокированы. Что будешь делать теперь?

Килиан барабанил пальцами по рукояти сабли, — не торопясь, впрочем, ее выхватывать. Очевидно было, что победить в бою ему не удастся.

— Я бы предпочел сперва услышать все варианты, — сказал он наконец.

— Изволь, — кивнул тот в ответ, — Ты можешь сдаться сейчас. Возможно, со своими знаниями ты сможешь нам пригодиться. В этом случае тебе будет сохранена жизнь, но естественно, не свобода.

Килиан услышал в этом то, чего адепт говорить не желал. С самой экспедиции в Гмундн Лефевр больше не выходил на связь. Это значило, что пополнения в рядах его адептов если и случаются, — научить чему-то, в принципе, может и другой адепт, — то гораздо реже, чем раньше. Хоть Орден Лефевра и был наверняка многочисленнее, чем Орден Ильмадики, но в минувшей войне он понес большие потери. Очень трудновосполнимые потери.

— Еще варианты? — осведомился Килиан, не торопясь ни соглашаться, ни отказываться.

— Еще... — не заканчивая фразы, адепт сделал знак своим воинам, и на ученого уставились сотни стволов винтовок.

— Ты можешь отказаться. И тогда мои люди тебя расстреляют.

Килиан поморщился:

— Меня уже расстреливали. Мне не понравилось.

Бровь его оппонента иронически приподнялась:

— Что ж так?

— После этого во рту совершенно отвратительный металлический привкус, — пожаловался чародей.

Адепт Лефевра хмыкнул, никак это не комментируя.

— В любом случае, это все твои варианты. Жизнь или смерть. Вопрос лишь в положении колен.

— Я слишком испорчен, чтобы воспринимать эту фразу адекватно, — рассмеялся ученый, — И я не уверен, что это и вправду единственные варианты. Я вижу еще как минимум один. Поделиться?

Чернокожий напряженно за ним наблюдал, ожидая подвоха.

— Поделись.

— Только пожалуйста, не перебивай, хорошо? — попросил Килиан, — Я знаю, что начинаю издалека и что не всегда очевидно, как то, что я говорю, относится к теме, но я ненавижу, когда меня перебивают.

Адепт не стал ни соглашаться, ни возражать.

— В общем, я хотел бы слегка перефразировать священные книги моей родины. А именно...

Он задумался, припоминая.

— Первую книгу Царств, глава семнадцатая, стих сорок пятый. Итак, ты идешь против меня с мечом и копьем и щитом, а я выхожу против тебя с...

Грохот взрыва заставил большую часть солдат обернуться в сторону его источника.

— ...порцией нитроглицерина и базовым знанием геомеханики, — закончил Килиан, торопясь скрыться за камнем с линии огня. Несколько пуль ударило рядом с ним, но большинству черных было совсем не до того.

Гора Ода, высочайшая вершина Этбайского хребта, нависавшая над перевалом, раскололась. Именно в этом заключалась часть плана, которой занималась Нагма: положить глиняный сосуд с нитроглицерином, приготовленным накануне, в указанное место. А затем метким выстрелом запустить реакцию.

Остальное сделал второй триггер вероятностей. Взрыв и разрушение скалы спровоцировали оползень. Камни, обломки пород, сходили на головы людей, собравшихся у заранее рассчитанного места. Об этом проходе через горы отныне можно будет забыть.

Как и об армии Халифата.

Обезумевшие от ужаса, солдаты бежали прочь от перевала, — хотя очевидно было, что большинство из них не успеет. Разумеется, в такой ситуации адептам было уже не до того, чтобы удерживать концентрацию на заклинании, и Килиан почувствовал, что больше его способности ничто не сдерживает.

Чем не замедлил воспользоваться, чтобы не разделить судьбу своих врагов. Использовав магнитокинез, он подхватил цепи, обхватывавшие его тело, и поднял себя в воздух.

— ...ах, да, еще способностью вовремя улететь, — добавил ученый.

Приняв «позу вознесения», он поднимался над перевалом, ставшим братской могилой для тысяч воинов Халифата. Ему не было жаль их: они знали, на что шли. Он просто оказался умнее. Не испытывал он и злорадства: они были просто побежденными врагами.

Просто преодоленным препятствием.

Глава 5. Шаги в темноте

Дальнейшее было делом техники. Весть о разгроме армии на перевале достигла порта Аль-Каград быстрее ансарров, в пути обрастая все более фантастическими деталями. Город готовился к обороне, но даже закаленные в боях солдаты боялись того, чего не понимали. Оставалось лишь разыграть еще одну карту, помогавшую Килиану против черных уже не раз.

Их старательно выпестованный страх перед магией адептов. Защитить от магии, в понимании последователей Лефевра, могла лишь другая магия. Но ближайшие адепты остались там, на перевале через Этбайский хребет, под завалами тонн камней.

Демонстративно полетав над стенами, Килиан дал защитникам города сутки на раздумья.

Через несколько часов город сдался.

Килиан не испытывал иллюзий по поводу ансарров: он знал, что благородство и милосердие — черты отдельных людей, а не целых народов. Знал он также и что бывшие рабы с большой охотой отыграются на своих угнетателях.

К счастью, на это попросту не было времени. Разграбление города, конечно, будет, — но централизованно и с конкретной целью. Отдавать город на положенные три дня во власть победителей некогда: войска Халифата прибудут со дня на день.

— Джамиль, проследи, чтобы местное самоуправление не доставляло проблем, — отдавал распоряжения Килиан, — Ясмир, возьми пять человек на свой выбор и отправляйся в порт. Мне нужен самый легкий из доступных кораблей, способных выдержать все племя. Абу, на тебе арсенал. Нужно, чтобы все племя до последнего ребенка было вооружено винтовками. Возьми всех стрелков, кроме Ясмира, Джамиля и Нагмы, на случай сопротивления. Нагма, Яруб — вы со мной.

По распоряжению чародея, всех торговцев с местного базара собрали в одном месте — деревянном здании какого-то старого склада. Аура страха и нервозности ощущалась почти физически: как выяснилось, кто-то уже пустил слух, что теперь их тут запрут и подожгут. Успокаивать их Килиан не спешил.

— Нагма, держи их на мушке, — попросил он.

Полсотни человек один стрелок не остановил бы; но есть у толпы полезная психологическая особенность.

Никто не хочет принимать первую пулю.

— Господа, я надеюсь на плодотворное сотрудничество, — сказал Килиан на языке Дозакатных, что считался высоким наречием на Черном Континенте, — С выгодой вам из него не выйти, но живыми, здоровыми и свободными — вполне. Устраивает?

Народ безмолвствовал. Впрочем, вопрос и так был риторический.

— Нам понадобятся от вас определенные товары