Путь Стража - Алвур

пришёл в негодность и смялся гармошкой, с разворота рубанул мечом, вкладывая в него всю доступную инерцию движения. Я же говорил, что он по свойствам не особо уступает драконьей кости? А храмовник-то этого не знал. Уж не знаю, из чего был его щит сделан, но и щит, и рука за ним, и половина туловища в кирасе храмовника оказалась не сильно заметной преградой для меча. Меч остановился только где-то в районе правого лёгкого, потеряв всю переданную ему инерцию. Ну и я остановился вместе с ним, на секунду отвлекаясь и оглядывая поле боя. Большая часть солдат эрла, наблюдая кровавую баню, разбежались по углам и то ли блевали, то ли иные нужды справляли. Небольшая группа собиралась возле выбитых ворот и формировала подобие стоя на почти негнущихся ногах. Храмовники же, наблюдая за смертью второго своего товарища, пришли в форменное бешенство, и даже уже однорукий персонаж встал на ноги, кастуя очередную святую кару.

Party like a Viking, your hammer striking,

Thunderbolt and lightning, party hard berserkermode.

Pump like a Viking, your hammer striking,

Thunderbolt and lightning, party hard berserkermode!

Заело… Кару я поймал правой рукой, которая лишь на секунду прострелила болью до плеча, а затем и эта энергия впиталась рукой и ушла на восстановления тела. Определённо, когда я в ярости, моё тело работает не так, как бывает, если я полностью себя контролирую.

— Грустно, наверное, когда твои заготовленные приёмчики, которыми ты гонял недоучившихся пацанов и девчонок, сбежавших из Круга, не работают против настоящего мага, а?

Совершенно не интересно, что они ответят. И они мне тоже надоели. Каллен мог хотя бы на уровне со мной фехтовать, а эти кроме святой кары ничего и не могут. Повинуясь жесту руки, с неба сорвался целый сноп молний, ударивший в сплотившийся стой из целых трёх храмовников. Молнии били и били, давя щиты храмовников, но те держались, даже несмотря на потекшую кровь из носа и уголков рта. Добро пожаловать в мир магии: заёмная сила лириума не может стать панацеей и позволить без последствий биться с магом. Когда щиты пали, и храмовники упали, сжигаемые ударами молний, я прервал каст. На весьма потрёпанной брусчатой дорожке, ведущей в особняк, осталось лежать три обугленных тела в раскалённых доспехах, преграждая мне путь. Хмыкнув, я пошёл прямо по ним, направляясь к двери. Но, к моему удивлению, очередной шаг мне сделать не удалось — один из храмовников, которые, как я думал, уже трупы, вытянул руку и схватил меня за щиколотку. Удивлённо приподняв бровь, я чуть повернул к нему голову. Единственный уцелевший глаз синего цвета смотрел прямо на меня. Смотрел с ненавистью и предвкушением. Кажется, боли он уже не чувствовал. Поле боя осветил призрачно белый свет, а я приподнял вторую бровь в удивлении: это кто у них такой умелый? Задрав голову, я увидел второй раз в жизни разворачивающуюся конструкцию небесного гнева. А чего они тогда тянули и сразу не влепили?

* * *

Небесный гнев обрушился на фигуру одержимого мага Крови, поглощая её полностью. Вместе с магом в слепящем столпе белого света исчезли и тела их соратников, братьев по ордену, но Гайсел мог лишь помолиться за упокоение их душ у трона Создателя: маг Крови не щадил никого, и они уже были почти мертвы, когда Гайсел и его отряд смогли составить небесный гнев.

— Он мёртв?

— Небесный гнев не щадит ни созданий Тени, ни магов. Если он и выживет, то добить его сможет даже твоя подстилка…

Гайсел осёкся, когда увидел, что небесный гнев прекратил своё действие, а на пятачке выжженной земли стоит, подняв правую руку с отрытой ладонью вверх фигура, которая даже не опалилась. Пламенеющие глаза нашли стоящего в глубине комнаты Гайсела, и на лице создания расцвела насмешливая улыбка. Опустив руку, оно начало медленно сводить и разводить ладони… хлопая? Да это нечто просто издевается!

— Ла-ла-ла-лай, ла-ла-ла-лай-лай, ла-ла-ла-лай, ла-ла-ла-ла-ла-лай, — напевая странную мелодию существо продолжило свой путь. Рука собрата Гайсела по Ордену, сжатая в предсмертных судорогах, медленно разжала пальцы и упала после третьего шага этого создания. Гайсел уже прекратил думать об этом как о маге или одержимом. Это было за гранью его понимания. И чем и как его останавливать — Гайсел не знал.

* * *

Неприятная штука этот ваш небесный гнев… Нарушает не только потоки магии, но и структуры самих тел. Теперь понятно, почему он влияет даже на физический мир. Но, к моему удивлению, магический барьер выдержал. Правда, я напитал его каким-то нереальным объёмом магии, впервые серьёзно применив магию источника Скверны. Он изменился после приёма зелья Авернуса, став более… Мягким, пожалуй? Менее чужеродным, более привычным, более… Магическим. Скверна не использовала привычную мне ману, или жизненную энергию, она брала силу из жизненной энергии с добавлением инородной, чуждой этому миру силы — силу Бездны. Но это и не магия Бездны, лишь её отголосок, изменённый к тому же. Посмотрев на храмовника, столбом застывшего в глубинах комнаты, я ухмыльнулся и похлопал его стараниям. Продолжая напевать засевшую в голове мелодию, я продолжил свой путь. Дверь меня не остановила — дверь не ворота, вылетела из косяка ещё быстрее. И опять какие-то придурки не успели убраться с траектории её полёта, а потому превратились в кровавую кашу на стене.

Храмовники, к моему удивлению, из своей комнаты даже не дёрнулись, когда я проходил мимо. Кажется, они сломались. Жаль, не поиграем… Кхм. Я глубоко вдохнул и выдохнул, чуть притушив силу формы Духа. Во-первых, я уже достаточно шороху навёл. Во-вторых, это уже совсем несвойственные мне мысли. Играю я с теми, кто меня когда-то достал, остальных я убиваю или отпускаю. А эти личности мне ничего, по сути и не сделали… Нет, на меня дурно влияет моё окружение. Немного запоздало, но я сосредоточился, и на лицо наползла маска, состоящая из пламени… Что удивительно, фиолетового цвета. Проходя мимо зеркала, я оценил внешний вид. Ну… Слово было такое в прошлой жизни — анимешно. Вот оно самое. Ну и сюрреализмом попахивает. Особенно если учесть окружающие меня пятна крови. К тому же, меня всё равно по волосам опознать смогут… Если захотят. Задумавшись, я развернулся и направился к комнате с застывшими храмовниками. Когда я перешагнул порог, те окутались «антимагическими» щитами, как будто это могло их спасти…

— Где Анора? — От моего голоса они вздрогнули, но не ответили. — Я не в настроении в загадки играть,