Друид Нижнего мира. Том 2 - Егор Золотарев

«В прошлый раз ты принес одну ветку Живуна. В этот раз принеси пять веток».

«Слушаюсь, друид Орвин», — повторил он и взмыл вверх.

Пока ждал воробья, подошел к зарослям колючего куста, что в большом количестве рос вдоль каменной стены. На примере гриба я уже убедился, что новая способность работает, но хотел опробовать ее также на кустах.

«Венефика латент!» — мысленно произнес я и тотчас же колючие кусты засветились голубым огнем.

Сработало! Что очень даже радует.

Я подошел к ближайшему кусту и прикоснулся к одной из веток, надеясь, что все правильно делаю. Куст вздрогнул, и через секунду с него с тихим шорохом посыпались колючки. Вот так легко? Удивительно!

Раньше я такое умел, но только с посохом, напитанным моей силой, и будучи могущественным друидом. Неужели здесь, с помощью Системы, смогу стать еще сильнее, чем был до этого? Было бы неплохо. Но тогда богу Элиону точно не поздоровится. Я накажу его за обман.

Проверил свою способность еще на двух кустах и остановился. Как оказалось, на это тратится довольно много энергии, а мне она еще пригодится. Нужно снова пойти на поля и поделиться с землей своей энергией. Заодно проверить результат ночных усилий.

Время шло, а Тинтари не возвращался. Я уже начал тревожиться и хотел обратиться к нему, но тут прямо мне на голову что-то упало. Оглядевшись, приметил у ног ветку с сиреневыми листьями — Живун. Задрал голову и увидел, что сверху ко мне спускается воробей. В его клюве было еще две ветки и по одной — в каждой лапке.

Он сбросил свою ношу к моим ногам и опустился на плечо.

«Будут ли еще приказания, великий друид?»

«Нет. Благодарю тебя за помощь, Тинтари».

Воробей улетел, а я двинулся в сторону дома. Мне предстояло выжать сок из растения и перетереть его плотные листья и стебель, превратив в кашицу. Однако при ближайшем рассмотрении оказалось, что часть листьев уже начала желтеть. А это значит, что их больше нельзя использовать. В итоге из пяти веток остались только две. Если не хватит, придется еще раз обратиться к воробью. Хотя… По пути я увидел ту самую ромашку, которую собирала Анна. Почему бы не воспользоваться этой не особо сильной, но имеющей хорошие свойства травой, смешав ее с Живуном?

Недолго думая, собрал несколько растений ромашки и поспешил домой.

— Что ты там опять творишь? — недовольно спросила Авдотья, когда я забрал из кухни ступку и пестик, которыми она только что размалывала черные горошины перца.

— Делаю лекарство для охотников, — ответил я и закрыл за собой дверь комнаты.

Однако бабка последовала за мной и, внимательно наблюдая за моими действиями, принялась рассказывать:

— Только с полей вернулась, чтобы обед сготовить. Послушай-ка, не ты ли навоз разбросал?

— Я, — кивнул, старательно растирая растения и превращая в однородное месиво.

— Когда? — Ее брови взметнулись вверх.

— Ночью.

— Один? — Брови поднялись еще выше.

— Один, — не стал вдаваться в подробности.

— Но… как тебе это удалось? — не отступала она.

— На тачке привез и раскидал. А что такое?

— Поля ведь огромные. Как же ты один? А почему нас не позвал? Мы бы всем гуртом быстро справились.

— Как видишь, сам справился.

Я растер все растения, выбрал еще три пустые баночки из-под лекарств и переложил в них массу, приятно пахнущую свежей травой.

— Погоди, Егор. Я что-то не понимаю…

Бабка увязалась за мной, когда я пошел к дверям.

— Потом поговорим, — отмахнулся от нее.

Рассказывать, как именно справился с навозом, я точно не буду. Семья знает о том, что у меня появилась энергия, но про остальное ничего не скажу: ни про Систему, ни про задания, ни про уровни развития. В это даже я бы не поверил на их месте.

Когда вернулся к сторожке Глухаря, увидел Бородача. Он стоял рядом с охотниками, как ни в чем не бывало что-то рассказывал и ржал, как конь. Что он здесь делает?

Незамеченным, я прошел мимо них и зашел в сторожку. Анна уже заканчивала с ранами охотника. Тот будто привык к экзекуции и уже не стонал, а просто безучастно смотрел перед собой. Рядом на столе стояли различные бутыльки с лекарствами.

— Что это? — удивился я.

— Сокол сходил к наместнику. Тот сразу же дал все, что у него попросили, — ответила Анна.

— Значит, не посмел охотнику отказать, — с досадой выдохнул я.

Вдруг показалось, что охотники ополчатся против меня, подумав, что соврал. И тогда у меня не получится свергнуть наместника с его хлебного места.

— Я здесь тоже лекарство принес, — несмело проговорил я и протянул Анне три бутылька с травяной жижей.

— Молодец, что постарался. При перевязках пригодятся, — улыбнулась она.

Вышел на улицу и побрел в сторону полей. Мне здесь больше нечего делать. Анна справится и без моей помощи.

На полях сегодня было многолюдно. Друг за другом приходили люди с ведрами и поливали чахлые растения. Наверняка узнали про навоз и воспряли духом. Обогащать землю своей энергией под их пристальными взглядами я не стал, лишь прошел между рядами и заметил кое-какие изменения в лучшую сторону, но они не сильно бросались в глаза. Все-таки энергии для такого пространства маловато.

На обратном пути увидел Бинокля. Тот шел с пустым пятилитровым чайником Глухаря к колодцу. Обрадовавшись, я поспешил за ним.

— Рад, что наместник дал лекарства, — подал я голос.

— А-а, это ты… конечно, даст. Куда ж он денется? Если бы не дал — мы бы силой взяли, — грозно проговорил он, но затем улыбнулся и подмигнул мне, отчего шрам на щеке еще сильнее изогнулся.

— У меня есть к вам просьба, — несмело начал я.

— Опять дерево будешь просить?

— Как вы догадались?

— А чего тут гадать? Ты сын плотника. Тем более такие красивые безделушки делаешь. Наш начальник оценил твои шахматы. — Он набрал полный чайник воды и двинулся в обратном направлении. — Теперь домашних достает, чтобы те поиграли с ним.

— Это хорошо. — Я пошел рядом. — А можно мне с вами?

— Куда? — не понял он.

— В Дебри.

— С ума сошел? — вытаращился он на меня. — Нет конечно! Еще не хватало за тебя головой отвечать. Тем более у тебя нет ни магических способностей, ни ружья.

— А если появится? — вмиг ухватился я.

— Что появится?

— Ружье.

— Вот когда появится, тогда и поговорим, — Бинокль рассек ладонью воздух, будто поставил точку в нашем разговоре, и ускорился.

Я остановился и посмотрел ему вслед, раздумывая над его словами. Видел я одно ружье.