Друид Нижнего мира. Том 2 - Егор Золотарев

Мы наскоро перекусили вчерашними драниками с горячим чаем и засобирались к воротам. Иван прицепил на пояс патронташ, сложил в рюкзак все, что может пригодиться в лесу, а я надел сапоги с высоким голенищем, взял топор и повесил на плечо моток веревки. Принесу из Дебрей столько Слоновьего ясеня, сколько смогу утащить. К тому времени, когда караван снова к нам заявится, изготовлю столько фигурок, чтобы хватило на покупку еще двух ядер зверя. Работать придется усердно, выкладываясь по полной, но я пока не нашел другого заработка.

— Пошли? — Иван остановился у двери и вопросительно посмотрел на меня.

— Пошли, — решительно кивнул я.

Мы вышли за калитку и бодро двинулись в сторону ворот. Охотников еще не было видно, но Глухарь уже прохаживался у двери и звенел ключами.

— Почему охотники согласились нас взять с собой? — спросил я.

— Со многими из них я лично знаком. Если бы шли на крата, то не взяли бы нас с собой, а так Бинокль и еще трое охотников всего лишь хотят поохотиться, пока остальные лечатся.

Я кивнул. Как все удачно вышло. Если бы охотники не пострадали и поймали крата-удильщика, то сразу бы поехали обратно в Высокий Перевал, но происшествие оставило их на время в Волчьем крае.

— А вы-то куда? — воскликнул Глухарь, увидев нас.

— В Дебри. Куда же еще? — сухо ответил Иван.

Похоже ему не нравилось, что каждый считает своим долгом отговорить его от принятого решения.

— Безногий и малолетка в Дебри собрались? С ума сошли, али как? — старик продолжал возмущаться.

— Тебя забыли спросить, — огрызнулся Иван. — Где охотники?

— Сейчас будут… А вот и они, — он вскинул руку и показал нам за спину.

Обернувшись, увидели, что охотники приближаются со стороны Второй улицы. Скорее всего, ночевали в трактире.

Иван заметно заволновался и, чтобы не показать свое состояние, принялся проверять, как держится протез, и сильнее стягивать его ремнями.

— Ты не был в Дебрях с тех пор, как лишился ноги? — понизив голос, спросил я.

Иван тяжело вздохнул и кивнул. Ну понятно. Ему нужно преодолеть себя, чтобы выйти туда, где перенес столько страданий и чуть не погиб. Наверняка мысленно он не раз возвращался в лес, но в реальности — ни разу.

— А, Державины, вы уже здесь? — крикнул нам издали Бинокль. Выглядел он довольным. — А я думал, что ты, Ванька, передумаешь.

— Чего это я должен передумать? — нахмурился Иван. — Раз решили — значит, идем.

— Хорошо, только ведь я тебя сразу предупредил, что с Егором твоим нянчиться не будем. — Бинокль подошел и пожал руку сначала Ивану, а потом мне.

— А что с ним нянчиться? Не маленький уже. — Мужчина бросил на меня оценивающий взгляд и, похоже, остался доволен.

Бинокль кивнул и подошел к двери в воротах. Глухарь принялся торопливо открывать замки и засовы.

— Выходим! — прокричал охотник и первым шагнул в лес.

Следом за ним вышли остальные, а потом и я с Иваном. Возле ворот вся земля была изрыта чьими-то мощными лапами с острыми когтями. Тонкие деревца, что росли неподалеку, были поломаны, а на железных шипах висели клочки светло-серой шерсти. Скорее всего, здесь бушевал тот самый крат, что долбился в ворота.

Охотники, обменявшись условными сигналами, двинулись вглубь леса. Мы с Иваном остались вдвоем и осмотрелись. Когда я был здесь в прошлый раз — в первый день своего появления в этом мире, — все казалось мрачным, темным и враждебным. Сейчас же лес был залит утренними лучами солнца, птицы над головой весело щебетали, а воздух так сладко пах, что я просто не смог сдержать счастливой улыбки. Как же здесь хорошо!

Я подошел к ближайшему дереву и обнял его. Мох защекотал щеку, с потрескавшейся коры на руку перебежал муравей. Дерево же активно начало напитывать меня своей энергией. То-то же. Наконец-то все поняли, кто я такой. Когда я только появился, никто не признавал во мне друида и не желал делиться ни каплей своей энергии.

— Ну чего ты там застыл? Пойдем, что ли, — сказал Иван и, взяв ружье на изготовку, медленно побрел вслед за охотниками, скрывшимися за деревьями.

Не успели мы пройти и трех десятков метров, как Иван шикнул на меня, вскинул ружье и, прицелившись, выстрелил в крону деревьев. Послышался треск сучьев, и на землю свалился довольно крупный глухарь.

— Ого, а я его даже не заметил, — удивился я и, подбежав к пораженной птице, увидел, что пуля прошла прямо через грудь.

— Ты же не охотник, — пожал он плечами, поднял птицу с земли и привязал лапами к своему рюкзаку.

— Метко стреляешь, — сказал я, когда Иван вновь двинулся по лесу, стараясь не зацепиться протезом о кусты и поваленные деревья.

— Теперь уже хуже, поэтому в грудь целился, а не в голову. Гляди, — он ткнул пальцем куда-то в сторону, и я увидел тонкое деревце Слоновьего ясеня.

— Не, надо потолще. Из такого только шахматные фигурки вырезать, — мотнул я головой.

— Как знаешь, — пожал плечами Иван.

Мы прошли еще метров двести, прежде чем я нашел ясень подходящей толщины. Первые удары топором оставили на стволе лишь небольшие вмятины. Зато, когда содрал кору, дело пошло быстрее. Щепки летели во все стороны, а звонкий звук разносился между деревьями. Хорошо заточенное лезвие топора с силой врезалось в плотную древесину, но расщепляло лишь небольшой кусок. Именно поэтому через десять минут активной работы топором я изрядно выдохся, а ясень все еще упорно стоял и даже не думал валиться.

Когда, отдышавшись, снова занес топор над деревом, вдали послышался свист.

— Стой, — поднял руку Иван и прислушался.

Свист снова повторился, но немного поодаль.

— Что это? — шепотом спросил я.

— Охотники, — быстро ответил Иван и приложил палец к губам, чтобы я помолчал.

Свист, и выстрел — ба-ба-бах! Лес разорвался от оглушительного звука, подхваченного эхом.

— Кого-то загоняют, — шепнул мне Иван.

— Поможем?

— Нет, не смей туда соваться, — предупредил он. — Зверь может быть ранен или испуган. Тогда он просто набросится на первого попавшегося. Пошли отсюда.

— А как же ясень? — возмутился я. — Я столько сил на него потратил. Осталось совсем немного, и он свалится.

Иван недовольно сморщился, прислушался к свистам и выстрелам и кивнул:

— Ладно. Только давай быстрее.

Я перехватил топор поудобнее и быстро заработал им. Вскоре мышцы на руках забились, но я отправил туда свою энергию и «оковы спали».

— Дай помогу, — остановил меня Иван и, забрав топор, несколько раз со всей