Я до сих пор не бог. Книга #37 - Сириус Дрейк

— Хорошо, — произнес он, понизив голос. — Ваше величество. Мы просим вас пройти с нами. Пожалуйста. Люди ждут.

Пожалуйста. Это слово далось ему тяжело. Но он его сказал, и это было решающим фактором.

— Куда?

— На стадион.

— Лора?

— Сканирую. На стадионе порядка ста человек. Студенты. Магическая активность минимальная. Оружия не вижу. Хотя… ладно, только учебное.

— Идем, — кивнул я.

Мы вышли из здания и пересекли задний двор. Вечерний воздух пах мерзлой землей и металлом. Где-то за периметром Дикой Зоны прокатился далекий рев.

Стадион КИИМа. Открытая площадка за тренировочным корпусом, окруженная высоким забором с артефактными подавителями по периметру. Тут проходили занятия по рукопашному бою и фехтованию. Асаи Рей гонял на этом поле не одно поколение студентов. Особенность стадиона в том, что встроенные в фундамент подавители блокировали любую магию полностью. Это было сделано специально, чтобы студенты учились полагаться только на тело и навыки. Сломанный нос тут лечили после выхода за ограду, а не во время боя.

Я шагнул на стадион, и привычное покалывание в каналах мгновенно исчезло. Как будто кто-то выключил фоновый шум, к которому настолько привык, что замечаешь только его отсутствие. Новые каналы, которые «План Б» Есенина отстраивал по крупицам, замолчали.

— Связь ослаблена, — сказала Лора.

— Как обычно на этом стадионе.

— Как обычно. Но раньше ты хотя бы был в полной форме.

На трибунах и на поле собрались люди. Около сотни. Студенты разных курсов, разных возрастов, парни и девушки. Кто-то стоял, скрестив руки, кто-то сидел на скамейках. Несколько человек расхаживали по полю, нервно поглядывая на вход. На их лицах были написаны злость, обида и надежда. Странная смесь, но я уже научился её узнавать.

Я вышел в центр поля. Трое провожатых отступили к остальным.

Повисла тишина.

Сотня пар глаз смотрели на меня.

Я достал из кольца стопку документов. Ту самую, которую принес Трофим утром.

— Думаю, представляться нет смысла, — сказал я достаточно громко, чтобы слышали все. — Я знаю, зачем вы меня позвали.

— Верни наших родителей! — выкрикнул кто-то из задних рядов.

— Для начала послушайте, — я поднял руку. — Я обещал разобраться в каждом деле. Обещал, и сделал. Вот документы из Имперской Канцелярии. Официальные копии с печатями и подписями. Каждое дело, каждое обвинение, каждое доказательство. Я зачитаю.

Ропот пробежал по толпе, но я уже раскрыл первую папку.

— Данилов Петр Михайлович, барон. Обвинение: передача секретных рунических формул Прусской военной разведке под видом научного обмена. Доказательства: перехваченная переписка, показания двух агентов, подтверждение Прусской стороны, изъятой при обысках. Дело подтверждено.

Данилов-младший стоял в первом ряду. Его лицо окаменело.

— Вранье, — процедил он.

Я не стал спорить. Перешел к следующему.

— Корнеева Наталья Ивановна. Обвинение: шпионаж в пользу Англии. Доказательства: при обыске обнаружены зашифрованные донесения в подкладке рабочего портфеля, три из которых содержали схемы маголитовых установок пограничного гарнизона. Дело подтверждено.

Девушка с короткой стрижкой и красными глазами отшатнулась, как от удара.

Я читал дальше. Одно дело за другим. Голос мой был ровным, без эмоций. Факты, доказательства, выводы. Контрабанда артефактов. Финансирование наемных отрядов. Продажа военных карт. Сговор с иностранными разведками. Каждое дело сопровождалось конкретными датами, суммами, фамилиями. Не обвинения, а задокументированные преступления.

Когда я закончил, на стадионе стояла гробовая тишина.

Потом тишина взорвалась.

— Подделка! — Данилов ударил кулаком по скамейке. — Всё подделка! Канцелярия подчиняется новому царю, а новый царь подчиняется тебе!

— Моя мать не могла! — закричала девушка с красными глазами. — Она переводчица! Просто переводчица!

— Документы с печатями? Да я тебе за час таких наделаю! — раздался голос из толпы.

— Ага, конечно, наштамповал фальшивых справок и пришел сюда нас дурить!

Голоса слились в гул. Сотня человек кричали одновременно, и каждый был уверен в невиновности своего родственника. Это было понятно. Болезненно, но понятно. Никто не хочет верить, что его отец или мать преступник.

— Кузнецов, ты лжец! — Данилов шагнул вперед. — Твои бумажки ничего не стоят!

Я молча стоял в центре поля. Папка с документами в одной руке. Сотня разъяренных студентов вокруг. Магия заблокирована. Каналы заглушены.

Интересная ситуация.

— Лора, ты тут?

— Естественно, — в ее голосе прозвучал азарт. — Совет: не стой с закрытыми глазами. Кажется, сейчас будет самое интересное.

Я не стоял с закрытыми глазами. Поэтому увидел момент, когда из задних рядов что-то блеснуло в закатном свете.

Настоящий кинжал. Узкий, с тонким лезвием. Кто-то пронес его на стадион.

Он летел прямо мне в грудь.

Рука сработала раньше, чем мозг успел дать команду. Тренировки с Асаи Реем, с Дунканом, с Белозеровым не прошли даром. Лора замедлила время. Тело помнило то, что каналы забыли. Я перехватил кинжал за рукоять в полете, крутанул его между пальцами и воткнул в землю перед собой.

Стадион замер.

— Кто бросил, — мой голос не изменился, — выйдет сам. Или я найду. Второй вариант понравится меньше.

Никто не вышел. Но я уже видел, откуда прилетел кинжал. Лора показала траекторию. Группа из пяти человек в левой части трибуны. Крепкие ребята, третий курс. Вчерашние мальчишки, которые решили, что злость дает право на убийство.

— Ладно, — я вытащил кинжал из земли и положил на скамейку. — Я понимаю вашу злость. Я не прошу в неё верить. Я пришел с документами, а не с оправданиями. Но если кто-то из вас считает, что я подделал сто тридцать два уголовных дела с показаниями свидетелей, вещественными доказательствами и заключениями магов-дознавателей за одну ночь, то у меня для вас плохие новости о вашей способности мыслить логически.

— Красиво говоришь! — Данилов стоял уже в трех шагах от меня. Его кулаки были сжаты. — Всегда красиво говоришь. Но мой отец невиновен!

— Твой отец передал формулы руноведения стране, которая через полгода использовала их для создания боевых снарядов. Снарядов, которые убили двенадцать человек на границе. Солдат. С именами и семьями. Хочешь, зачитаю их фамилии?

Данилов побелел.

— Это… Он не знал, что…

— Возможно, не знал. Но закон есть закон. И я тут не для того, чтобы спорить о законе. Я тут, чтобы проверить, справедливо ли его применили. Все сидят за дело. Не нравится? Подайте апелляцию. Но с чего вы взяли, что я буду как-то в этом учавствовать?

Данилов не ответил. Но и не отступил.

И тут пятёрка с трибуны пришла в движение.

Они спустились на поле и выстроились полукругом. Квадратная челюсть, который привел меня сюда, встал впереди. За ними потянулись ещё человек десять. Лица жесткие и решительные. Среди них мелькнуло несколько знакомых. Старшекурсники, которые проходили подготовку у Белозерова. Неплохие бойцы.

— Магии тут нет, Кузнецов, — произнес квадратная челюсть. — Все