Ученик гоблина 3 - Марко Лис

Полуухий на мгновение задумался, а затем улыбнулся и кивнул.

— Они называют их ружьями, нэк, — поправил Арах, уже подбираясь к ближайшему мёртвому стрелку.

Гоблин поднял массивную стальную трубку и с видом знатока провёл ладонью по холодному тёмному металлу.

Тяжесть гномьего оружия оказалась чрезмерной для мелкого гоблина. Араху пришлось задействовать обе руки, чтобы просто удержать его на весу. В этих грубых формах не было и следа эльфийского изящества или торопливой небрежности человеческих кузнецов. В них воплотился суровый, почти беспощадный инженерный гений подгорного народа.

Ствол, выкованный из матовой чёрной стали, совершенно не давал бликов, надёжно скрывая позицию стрелка в полумраке подземелий. По всей его длине тянулась едва различимая гравировка, в виде геометрически выверенных цепочек рунической вязи, сплетающихся в единый контур.

Приклад, вырезанный из тяжёлой плотной древесины и окованный потемневшей медью, хранил на затыльнике глубокие борозды. Видимо, когда дело доходило до резни в тесных коридорах, гномы без раздумий использовали свои ружья в качестве крушащих черепа дубин. Замок представлял собой самую сложную часть механизма. Он состоял из хитрой системы рычагов и заслонок, герметично запирающих казённую часть.

— Смотри, Менос, — Арах ткнул когтем в небольшое прямоугольное углубление у основания ствола. — Сюда вставляется рунный активатор. Без этой крохотной детали вся железка — просто дорогая палка, нэк. Гномы заставляют руны внутри ствола резонировать, выталкивая снаряд с такой мощью, что никакая броня не станет спасением. Даже магическая на близкой дистанции рассыпается подобно стеклу от брошенного камня.

Я подполз немного ближе, с сомнением разглядывая сложный механизм. Подгорные мастера явно не рассчитывали, что их детище попадёт в чужие руки. На спусковом крючке стояла хитрая механическая блокировка, которую гоблин теперь увлечённо пытался взломать кончиком кинжала.

— Нам очень повезло, что мастер не позволил гномам воспользоваться ружьями в самом начале, нэк. Хотя мог бы и предупредить, что собирается устроить подобный безрунный переполох. Мы же всё-таки его ученики.

— Ты сам-то хоть знаешь, как из него палить? — я со скепсисом наблюдал за его манипуляциями.

— Теорию знаю, — буркнул Арах, даже не подняв головы. — Главное это найти их сумки с «песком». Гномы используют особый рунный порошок для детонации. Если раздобудем его, сможем либо загнать это добро за гору золота, либо…

Он осёкся, когда в тишине зала раздался сухой металлический щелчок. Замок наконец поддался, приоткрыв внутреннюю камеру. Полуухий обернулся ко мне, и в его глазах вспыхнул азартный огонёк.

— Либо у нас появится шанс по-настоящему удивить химеру, когда они вернутся.

— Прежде чем ты успеешь направить ружьё на Талли, учитель сам тебя удивит. Причём самым радикальным образом.

Арах лишь пренебрежительно отмахнулся, продолжая любовно ощупывать сложный механизм. Со столь мощным оружием в руках его недавний, почти животный страх перед химерой бесследно испарился, уступив место опасной эйфории.

Впрочем, я не особо переживал, что этот дурень действительно рискнёт выкинуть нечто подобное и попытается прикончить изменённую девушку. Во-первых, Полуухий был слишком трусоват для того, чтобы нанести удар первым, а во-вторых — он всё-таки не был законченным идиотом. Арах прекрасно понимал: чем бы ни закончилась его выходка, ни сама Талли, ни, тем более, старик Зуг’Гал ему этого не простят. А мастер умел превращать жизнь провинившихся учеников в бесконечный кошмар, по сравнению с которым смерть в когтях химеры показалась бы избавлением.

Переговариваясь вполголоса, мы мало-помалу собрали немного ценностей с мертвецов и стащили всё уцелевшее оружие в центр зала. Работа давалась тяжело: при каждом шаге раненое бедро отзывалось болью, заставляя меня то и дело останавливаться для отдыха.

А вот гоблин, подстёгиваемый алчностью, наоборот, развил поистине кипучую деятельность. К моему недоумению, он волок в общую кучу не только ценные ружья, но и громоздкие арбалеты вместе с тяжеленными стальными секирами.

— И зачем ты всё это сюда сгрёб? — спросил я, когда Арах, кряхтя от натуги, приволок очередной щит, измятый ударом. — Мы ведь физически не сможем забрать с собой даже малую часть этого добра.

Арах замер, утирая пот с лица испачканным рукавом. Он оглядел выросшую гору железа так, словно сам впервые её увидел, и в его глазах отразилось искреннее замешательство. Гоблин открыл было рот, собираясь выдать очередную нравоучительную тираду о ценности ресурсов, но лишь неопределённо шмыгнул носом. Объяснить, какой практический смысл в этом нагромождении лома, он так и не сумел, лишь буркнул что-то невнятное про «пусть будет запас на всякий случай».

— Наконец-то они вернулись, — произнёс я, прислонившись спиной к холодному выступу скалы.

Я даже не стал оборачиваться на звук. Одинокое цоканье копыта по граниту делало походку старика настолько особенной, что её невозможно было спутать ни с чьей другой. Сложно не узнать этот хромающий ритм.

— Или не они, нэк, — севшим от напряжения голосом отозвался Арах.

Гоблин мгновенно подобрался, и его пальцы судорожно вцепились в ружьё.

Глава 14

Обернувшись, я увидел Зуг’Гала. Причина испуга Араха стала очевидна. Наш учитель выглядел крайне истощённым и искалеченным. Тёмная запекшаяся корка полностью покрывала его лицо, бороду и одежду. На этом фоне выделялись только глаза: янтарная радужка сочеталась с необычным серебристым блеском зрачков. При взгляде на него по спине пробежали мурашки.

— Чего вы ждёте, ироды? — выкрикнул наставник.

Он заметно хромал, при каждом движении подволакивая правую ногу. В десяти шагах за ним бежали шесть существ. Это были молодые особи крысообразных тварей. Несмотря на малый размер, они передвигались быстро и стремились сократить дистанцию. В текущем физическом состоянии шамана этой группы было достаточно, чтобы он погиб в этом коридоре.

— Стрелять, нэк? — сиплым голосом спросил Полуухий.

Понятное дело, после недавней сшибки с гномами он выложился по полной и совсем не горел желанием вступать в ближний бой даже с намного более лёгким противником.

— Жди, — я положил ладонь на гномье ружьё, успокаивая дрожащий ствол. Оружие в руках гоблина ходило ходуном, так что я вполне обоснованно забеспокоился, что Арах ненароком скорее подстрелит самого учителя.

Сам же поднял двуручник и пошёл навстречу шаману. Не доходя до ковыляющего учителя каких-то три десятка шагов, я остановился между двумя нагромождениями валунов. Если старик немного ускорится, то вполне успеет до меня добежать. Такое расположение ограничивало пространство для манёвра противника и не позволяло