Преданная. Хозяйка закусочной у дороги - Кира Лин

Челюсть сводит, но стараюсь держать себя в руках. Лиард замирает, сужая глаза.

— Ты всерьёз его найти хочешь? Я бы не советовал связываться даже дракону с этим помешанным.

Кидаю ещё одну монету, игнорируя его вопрос.

— Если появится снова — сообщи сразу, пошли весточку. А лучше проследи, куда держит путь.

Он ловко прячет золото и кивает.

— Не прощаюсь, — разворачиваюсь и выхожу в уличную сырость и гнилую вонь. Не стану я ждать два дня, нет времени. Потом не прощу себе.

Пусть лучше Эмилия бесится от моего присутствия, чем какой-то тип ей вред причинит.

Глава 35

Эмилия

Утром поднимаюсь ещё затемно, тихо спускаюсь вниз, чтобы не разбудить Ронни и Филю, мирно сопящего на подушке. Первым делом разжигаю угли в мангале на внутреннем дворике.

Пока жар набирает силу, замачиваю рёбрышки в глазури из мёда, пряностей и свежевыжатого сока ягод, собранных с вечера в саду. Запах божественный! Разносится по округе и будит моих помощников.

Рёбрышки укладываю на решётку, прикрываю крышкой и время от времени поворачиваю, чтобы равномерно пропеклись и покрылись карамельной корочкой.

Пока мясо томится, беру вырезку из той самой партии, что привезли из лавки Бертона, почти за бесценок. Нарезаю её тонкими ломтями, натираю розмарином, добавляю щепотку морской соли и выкладываю на сковороду, которая уже нагрелась на печи.

Мясо шипит и пахнет так, что Филя, высунув нос из-за занавески на кухне, вдыхает воздух с видом полнейшего восторга.

Ронни хлопочет рядом: режет хлеб, проверяет чайник, натирает столы. Мысленно составляю план на день, когда колокольчик над дверью возвещает о первых гостях.

— Работаете уже? — раздаётся знакомый голос, и холодок пробегает по спине. Поднимаю взгляд. На пороге стоят двое. Те самые, хамоватые, с кривыми ухмылками, которые на днях шороху тут навели.

Берк не обманул — прислал своих “людей”. А я так надеялась, что он лишь выпендривался и страху нагонял! Стараюсь не подать виду, насколько не рада им. Выдавливаю из себя вежливую улыбку: — Доброе утро, — приветствую головорезов сквозь зубы. — Так вы… будете прямо в зале сидеть? Посетителей мне распугивать?

Один из них, в капюшоне, скрывающем шрам на лице, скалится.

— За порядком будем следить, крошка. Не беспокойся, всё путём.

Второй оценивающе оглядывает зал, без спроса проходит на кухню. — Глянем, как там у вас мясо готовится, — ухмыляется, потирая руки с грязными ногтями. — Не стоит вам туда идти, — пытаюсь остановить, но тот уже внаглую по полкам шарится, заглядывает везде, как у себя дома. — Простите, сюда нельзя, — пищит Ронни

Головорез, покосившись на меня, ухмыляется шире и тянет лапу к девушке, зажимая её у печи. — Ну что ты, красавица, не пугайся. Мы просто поговорим. Чего сразу бледнеть-то?

Ронни съёживается, вжимаясь в стену. Я не выдерживаю и быстрым шагом иду на кухню: — Убери от неё руки. Немедленно. И проваливай в зал! Не суйся, куда не звали. Филя, услыхав мой гневный голос, выглядывает из-за занавески. Надо бы его наверх отнести, спрятать от посторонних глаз.

Головой киваю еноту на лестницу. Он молниеносно уносится в указанном направлении, забавно перебирая лапами.

Мужик оборачивается ко мне, кривя губы в мерзкой ухмылке: — О, хозяйка, а ты грозная! Боюсь-боюсь. Нам велели за заведением приглядеть, вот мы и… обеспечиваем безопасность. — Приглядывайте из зала, — холодно отрезаю и приподнимаю подбородок. — А ещё раз тронешь мою служанку — полетишь вон кубарем без предупреждения.

Его напарник, до этого лениво развалившийся на стуле, криво усмехается, но ничего не говорит. Они переглядываются, первый недовольно цокает языком, но отступает.

Бросив на Ронни тяжёлый взгляд, наконец, отпускает её. Та кивает мне и быстро возвращается к печи. Ничего, я их не боюсь. Справилась однажды, и во второй сумею. Пусть они меня боятся!

— И чтобы я вас на кухне больше не видела, — говорю уже тише, но так, что они оба меня слышат.

Усаживаются за стол, нагло закидывают ноги на соседние стулья. Пусть сидят. Пусть смотрят. Я найду способ от них избавиться. И от Берка тоже.

Так-с, а пока нужно возвращаться к работе. Нарезаю зелень, выкладываю маринованные крылышки на мангал, но унять нарастающий гнев не удаётся. Эти гады сидят в зале, смеются, едят на халяву и как не в себя! Отвлекают меня.

Выкладываю крылышки на решётку — ароматные, покрытые смесью мёда, пряной горчицы, щепотки красного перца и сушёной зелени. Сбрызгиваю их капелькой яблочного уксуса, купленного на ярмарке, для пикантности. Жар с углей обволакивает крылышки тонким дымком, а я закрываю крышку, позволяя вкусу пропитать мясо насквозь.

И невольно продолжаю думать и планировать, как разберусь с головорезами. Так, Женька... Что будем делать? Если их выгоню — Берк разозлится. Одним небесам известно, на что он способен, да ещё в гневе. Если оставлю все, как есть — сожрут всё меню и мои нервы в придачу.

А ещё Ронни боится из-за них в зал выходить к посетителям, поглядывает исподтишка. Не позволю, чтобы они приставали к ней и зажимали по углам. Это уже ни в какие ворота не лезет!

Переворачиваю крылышки, они покрываются аппетитной золотистой корочкой. Запах пряностей и мёда разносится по двору, привлекая новых посетителей. Подаю заказы и сама замечаю резкость в своих движениях из-за напряжения.

Из глубин сознания нарастает гнев, проливается жаром в руки. Новое для меня ощущение…. Терпение трещит по швам. К счастью, эти двое не распугивают посетителей, но от этого не легче.

Обслуживаю новых посетителей, вытираю руки о фартук, бросаю взгляд в сторону этих двоих. Развалились за столом, как у себя дома, прихлёбывают шипучку и закусывают ребрами. Чуть что — лыбятся, переговариваются вполголоса.

Вот бы сейчас сюда Эдриана…. Он бы точно с ними справился. Нет, серьёзно! Это же его дом, его собственность. Да как только узнает, что я прогнулась под Берка — примчится и весь этот балаган разнесёт в щепки. И меня заодно за дверь выставит окончательно.

Даже подумываю про шкатулку Шарлотты. Написать через неё Эдриану, но тут же мысленно трясу себя за плечи. Не глупи, Женька! Шарлотту сюда ещё приплетать? Нет уж. Спасибо. Без неё справлюсь.

Вздыхаю и поджимаю губы. Раз сама заварила кашу — мне её и расхлёбывать.

Не нужен мне никакой дракон и его защита! Справлюсь.

Протираю стойку, поправляю расставленные бутылки с шипучкой и подношу новому посетителю тарелку с крылышками. Запах жареного мяса немного возвращает душевное равновесие. Весь день держусь на