Иной мир. Разведчик - Никита Эдуардович Шарипов

важно главное — он работает, а на остальное Жданов плевать хотел. Но главное, что он пообещал, что пришибет всех, если холодильник вдруг сломается из-за чьего-то непомерно большого любопытства.

Антоха, как только Жданов ушёл, порывался взять кирку и продолбить одну из стен, за которой, по его мнению, должен был спрятан генератор холода, но Макс и Лёха смогли его отговорить. Последний даже использовал во время уговоров наиглупейшую гипотезу. Заявил, что впервые за всё время они столкнулись с магией, которой владели давно сгинувшие жители города и которая продолжает упорно работать даже спустя много веков.

Согласных с гипотезой не нашлось, но и смешков не последовало, потому что сказанное, несмотря на глупость, было возможно. Мир, в котором земляне очутились, являлся сплошной загадкой, он даже на один процент не был изучен, а значит в нём было всякое возможно и магия не являлась исключением.

Спустив последний кусок мяса в люк подвала, Макс стёр со лба пот и с облегчением выбрался на улицу. Привалившись спиной к стене, он мысленно сказал спасибо лёгкому ветерку и принялся дожидаться товарищей. Когда и они выползли, решил рассказать:

— Вы оба с реальностью не дружили, вымотал вас этот забег по кустам, почти без сознания были, поэтому кое-что не знаете. Митяй, сволочь старая, не просто так нас на гору отправил. Он знал, что там эта тварь обитает и поэтому использовал всех нас как приманку, но в итоге приманкой был именно я. Нас, пацаны, сегодня могла сожрать злобная шестиногая хрень, если вы ещё не поняли этого. Но к счастью плюсы в произошедшем тоже есть, и главный таков — мы всё ещё живы. Второй плюс — теперь у нас есть примерно пол тонны, а может и чуть больше, замороженной говядины. Жданов сказал, что мясо барура именно на неё по вкусу похоже. Хотя он мог и наврать легко, с него станется.

— То, что Митяй использовал нас, я и без твоего рассказа догадался, — пробурчал Антоха. — А вот насчёт говядины что-то сомневаюсь, вряд ли этот шестиног будет вкусным, потому что он хищник, и к тому же в основном падальщик.

— С чего ты так решил? — удивился Лёха и пересказал недавно услышанное от Митяя: — Дед говорил, что барур животное всеядное, и в большей степени травоядное. Мясом он тоже не брезгует, но ест его лишь в том случае, если убьёт того, кто вторгся на его территорию, это у него вроде обычая. Мы вторглись и поэтому он хотел нас сожрать. Ты не согласен, Антоха?

— Теперь согласен, просто до этого не задумывался об этом. Вкус барура оценим после того, как он будет приготовлен. Я кстати голоден так сильно, что готов его даже сырым грызть.

Лёха покачал головой:

— Сырым я его жрать точно не стану, не настолько одичал. По поводу сказанного тобой о падальщиках скажу так: мишка земной тоже падали любитель, и это не делает его мясо невкусным, довелось один разок попробовать. Если у барура оно такое же, то я буду рад, говядина по вкусовым качествам рядом с медвежатиной отдыхает. Но это только мое мнение, так что не надо на меня так глядеть, мужики.

— Зубки точно не как у хищника, на медвежьи вообще никак не походили, — сказал Макс, вспомнив как дед разделывал голову с целью извлечения мозга, глаз и каких-то желёз. — Чем-то на человеческие были похожи, можно ими кусать и жевать. По поводу пищеварительной системы ничего не скажу, в кишках не копался. А вот по поводу паразитов, которых можно заполучить, если…

— Всё это фигня! — воскликнул Антоха и хлопнул себя по бедру. — Вот холодильник реальная тема! В моей голове место с отрицательной температурой никак не желает укладываться, хоть убейте. Всем законам физики, а они в этом мире от Земных не отличаются, холодильник нагло противоречит. Парни, может всё-таки рискнём одну из стеночек вскрыть? Я уже не сомневаюсь, что там обнаружится вечная мерзлота!

— Я тебе рискну! — зарычал Жданов, появившись как всегда неожиданно. Посмотрев на отдыхающих, он начал рассуждать вслух: — Вижу, что головы ваши всякой ерундой заняты, а это плохо, солдат не думать должен, он должен работать. Есть у меня для вас кое-что интересное, оно вам точно понравится, это что-то работой зовётся. Так что дружно встали и потопали за мной…

* * *

— Всё, больше не могу, теперь твоя очередь, Макс. — Антоха отдал товарищу топор и уселся на кучу веток рядом с отдыхающим Лёхой, который делал вид, что спит.

Жданов, когда говорил про кое-что интересное, нагло соврал, потому что интересного в работёнке не было ничего от слова совсем. Рубить дрова их заставили, и при этом топором, потому что никакой пилы у не было, а если и была, то её им просто не дали.

Максим, смирившийся с действительностью, начал без энтузиазма стучать по сухому стволу, диаметр которого превышал человеческий рост и автоматически делал работу невыносимо сложной. Более тонких деревьев в лесу было навалом, но полковнику требовалось именно это, ведь на его углях, по словам Митяя, мясо самое вкусное получалось. И нужна была не абы какая часть, а только комлевая.

— Мы, получается, солдаты… — буркнул Лёха, а затем тихо и медленно проговорил: — Но вместо того, чтобы воевать или хотя бы тренироваться, мы занимаемся как всегда хрен знает чем…

Макс решил промолчать, чтобы не тратить силы. Антон, сделав глоток воды, сказал:

— На прежнем месте работы всё было аналогично. Лёха, смирись…

— Нет, не готов смириться. Эта армия, в которой Митяй генерал, Жданов полковник, а мы рядовые. И эта армия меня начинает напрягать с каждым днём всё сильнее и сильнее. Они ведь сами рассказали нам про этих уродов, которые творят тут что хотят и из-за которых мы не можем попасть на большую землю. Не верю я, что можно удержать целый полуостров, выход по любому должен быть, просто Жданову и Митяю мы удобны, поэтому они нас не отпускают. Вы не согласны?

Макс, решив отдохнуть несколько секунд, сказал:

— Полуостров большой, не спорю, и удержать его невозможно, если бы не одно «но». Он отгорожен от материка сплошной горной цепью, которую можно пересечь лишь в нескольких местах и все эти места тщательно охраняются людьми Грасса. Жданов и Митяй похожи хоть на кого, но на обманщиков они точно не похожи, держать нас при себе ради