Командор. Том 2 - Никита Киров

И мы начали проезжать, но наши силы в деревне ещё оставались для прикрытия.

Сержант одного из отделений склонился над телом и заметил у него магнитную мину.

— Посмотри под воротником, — я заметил там кое-что.

Сержант вытянул у одного шейный чёрный платок и развернул, показывая всем белые иероглифы. Я прекрасно знал, что это.

Чёрная Стража Дома Накамура, их военно-морской спецназ. Платки носят на удачу, иероглифы у каждого свои, но обычно там молитвы предкам, на землях Накамура тоже в них верят.

Но это личное войско Высшего Дома, а не армия империи, поэтому я с ними никогда не пересекался. То, что они здесь появились, это крайне тревожный знак. Поэтому я вернулся к старейшинам.

— Сколько здесь их ещё, с такими платками? — спросил я. — И лучше не шутить.

Судя по моему тону, старики поняли, что уговоры кончились. И что они ещё легко отделались, ведь подойди диверсанты раньше, в толпе, то мы бы начали стрелять.

— Двое, — ответил одноглазый, немного подумав.

— Здесь двое или вообще?

— Здесь двое, — неохотно сказал он. — Ещё в лесу база.

— Что они задумали? — спросил я.

— Я не знаю. Они просто просили нас помочь вернуть истинную власть.

— Эта твоя истинная власть… — начал я, но закончить не успел.

За спиной послышался голос:

— Санитара сюда, один ранен! Ещё дышит!

Санитар уже был там, и склонился над лежащим лицом вниз. Но ведь это же Накамура, они…

— Ложись! — скомандовал я во весь голос.

Наученные бойцы начали прыгать на землю, но санитар замешкался, глядя на раненого диверсанта. А тот приподнял голову, открыл глаза и оскалил зубы, а потом заорал во весь голос:

— Накамура!

И тут…

В голове снова будто набух шар, но я собрал силы Небожителя в кулак и толкнул. Только одного успел толкнуть, кого видел лучше всех.

Ба-бах!

Раздался взрыв.

Ударная волна чуть меня не сбила, а в уши будто вонзились раскалённые гвозди. Задрожали окна в домах, заорала живность во дворах. Птицы, вернувшиеся на деревья после выстрела, снова взлетели.

Санитара отбросило, и он упал на спину. Это его я пихнул.

Одного местного зеваку посекло осколками, он схватился за лицо и воя осел на землю, между пальцев текла кровь. Наши успели залечь. Сержант отделения при этом прижал к земле мелкого местного пацана, крутившегося рядом, который после этого вырвался и убежал.

— Ранеными займитесь, — приказал я.

А вот теперь толпа взвыла по-настоящему. Женщины кричали, кто-то бросился бежать, кто-то упал на землю, закрывая голову руками. Двое местных лежали неподвижно в нескольких шагах от изорванного тела диверсанта, у одного странно изогнулись ноги.

Бойцы первой роты вскинули автоматы, один передёрнул затвор и водил стволом по толпе, ища цели. В воздухе стояла удушливая вонь гари.

— Не стрелять! — рявкнул Бронин. — Без команды не стрелять!

Бойцы держали строй. Некоторые смотрели на тела, тараща глаза.

— Ты как? — второй санитар подошёл к тому, кого я толкнул.

— Не слышу нихрена, — отозвался тот.

Сахаров он, этот санитар. И не салага же, во Фледскарте с нами был. Хороший парень, столько повидал, стольких спас, а тут замешкался. Но даже инфы не вели себя так подло, и он помогал любому раненому.

Его я видел явно, поэтому и толкнул. Вовремя, он немного оглох, но выжил. Его ошалевший взгляд скользнул по всем и ненадолго задержался на мне. Будто понял, кто толкнул. А он же был тогда с нами, во время боя у дамбы…

Но это ладно. Пара наших ребят легко ранена, но куда больше досталось местным: два трупа, два тяжёлых.

Но если бы диверсанты подобрались ближе, ещё в толпе, которая стояла раньше, жертв было бы намного больше. Минимум десятки убитых и раненых, в том числе среди наших.

— Вот это твоя истинная власть, — произнёс я, показав слепому на один глаз старейшине на тела деревенских. — Где остальные диверсанты?

Бравады у него уже не осталось. Одноглазый, как вкопанный, стоял смотрел на ревущих женщин у тел погибших.

— В лесу, — сказал он, голос дрогнул. — Я объясню, где.

— Надо их вычислить, — я обернулся к Бронину. — И вызвать туда обстрел с крепости. Игниумные снаряды, чтобы их выжечь нахрен оттуда.

Тот кивнул и начал отдавать приказы ротным.

Старейшины уже сами поняли, с кем связались и куда всё катится. Что будет ещё больше жертв. Но на нашем пути никто больше не стоял.

— Уходим, — приказал я. — Раненых забрать.

Я вернулся в командирскую машину, а вскоре ожила радиостанция.

— Это Сокол-один, — голос Смирнова был взволнованный. — У нас есть подозрение, что на базе гости, целая семья.

— Принято, Сокол-один. Сколько их? Вас хорошо встретили? Напоили чаем?

— Нет, мы отказались. Не хотел перед обедом аппетит портить.

— Принято. Возвращайтесь. Накормим.

Это были условные сигналы. На базе чужой гарнизон в размере роты, но боя не было. И я велел им возвращаться, сказав, что у нас произошло боестолкновение.

Машины двигались дальше, нам никто не мешал, колонна прошла через этот посёлок. На лицах новичков, сидевших на броне, была тревога, но на лицах тех, кто прошёл с нами Фледскарт, стояла мрачная решимость.

Накамура, значит. Они оказались ещё хуже, чем слухи, которые о них ходили.

— Вызывай крепость, — я бросил взгляд на радиста Гвоздя, который тревожно смотрел на меня. — Расскажи, кто нас тут ждал.

Глава 12

Высший Дом Накамура издавна соперничает с Домом Ямадзаки за контроль над морями, и за пределами территориальных вод Дискрема флот Дома Накамура часто топит торговые корабли соперника или обстреливает его колонии…

Накамура опираются на линкоры, авианосцы и дредноуты, в то время как Ямадзаки делают ставку на эсминцы, ракетные катера, подводные лодки и развитую сеть военно-торговых морских баз…

Дитрих Хардален, военный историк, генерал армии империи Дискрем в отставке

Радиосвязь на острове восстановили ближе к вечеру, когда уже стало совсем темно. Здесь темнело рано, солнце будто падало за горизонт без всяких сумерек.

Но пользоваться связью в полную силу пока ещё было опасно. У врага наверняка есть доступ к частотам местных РВС, а масштаб внедрения мы до сих пор не знали. Поэтому самые важные приказы отправляли со связными лично, из рук в руки, а голосовой связью пользовались только при разговорах с крепостью.

Так надёжнее, хоть и дольше. К вечеру у нас уже было реальное представление об имперских силах на острове, и кто поддержит нашу атаку. Также знали, что диверсанты вывели из строя радиовышку только сегодня утром.

Ещё несколько часов, и мы