Командор. Том 2 - Никита Киров

Вспышка сигнального снаряда осветила взвод вражеской бронетехники.

На ригги это походило мало. Это не те огромные, монстроподобные шагающие машины прошлого. Это больше напоминало большие танковые башни, только двигались они не на гусеницах, а на коротких согнутых внутрь ногах, как у «Уланов».

Они меньше, мобильнее и куда лучше приспособлены к такому ландшафту. Каждый вооружён двумя или тремя пушками, не считая пулемётов. В высоту метра три, и шагали быстро.

Их было около десятка, целый танковый взвод.

А кроме пушек у них было другое оружие, очень раздражающее.

— ВСЕХ ПЕРЕБЬёМ, ДЕСАНТНИКИ! — прозвучал очень громкий голос с металлическим эхом.

На некоторых малых шагоходах были закреплены мощные динамики.

— СДАВАЙТЕСЬ, И ВАС ПОЩАДЯТ! — голос был невозможно громкий, даже на таком расстоянии резал уши. — ДЕСАНТНЫЕ МРАЗИ! ИЛИ БУДЕМ ВАМ ЯЙЦА РЕЗАТЬ!

Следом раздалась длинная непонятная речь на чужом языке, а затем врубили очень громкий гимн Дискрема.

— Накамурычи совсем охренели, — проговорил Зорин. — Кто заткнёт этого гадёныша — к награде представлю. Где там…

Капитан сам потянулся к радиостанции.

— Медведь-1, — начал вызывать он по рации, — это новое оружие. Ригга, не больше танка, есть пушки… и до чего же громкие они, суки такие.

— Принято, Медведь-4, — с хрипом отозвалась рация. — Держать позиции, открыть огонь.

— Есть открыть огонь, — Зорин переключился на свою частоту, но пока ничего не говорил.

Он не думал, что скорострельные пушки БД-49 смогут навредить такой броне. Но управляемые ракеты смогут навести панику. И гранатомёты были.

— Были бы здесь мои танки, живо бы их посносили, — тихо проговорил капитан. — Ладно, пацаны, — он посмотрел на экипаж. — Да не ссы, прорвёмся, брат, — подмигнул побледневшему наводчику. — Всем машинам — по ногам этим гадам — огонь!

* * *

Появление нового вида бронетехники нас удивило, но мы держались.

Над лесом вспыхнуло пламя — с рёвом пролетевшие над ним штурмовики сбросили контейнеры с игниумной пастой, которая тут же загорелась.

— Так вам, наки поганые! — закричал в одном из окопов.

Горело так ярко, что в лицо бил жар и вонь тухлого яйца. Стало светло, как днём. Первую линию атакующих от основных сил отрезали. И если мурики держались, то ополчение островитян боевой раж потеряло.

Санитары пронесли раненого бойца, погиб взводный из третьей роты, мурики взорвали один наш пулемёт. Но мы держались.

Гранатомётчики встречали новые шагоходы, наши бронемашины палили по ним, не давая им целиться. Но судя по оружию, которое я видел у этих машин, вертолёты к ним пускать нельзя, собьют сразу. Это как ходячие зенитки.

— Господин командор, — радист Гвоздь подполз ближе. — Штаб передал: к нам кто-то подходит.

— Кто?

Гвоздь начал листать бумажку с позывными.

— Морская пехота, наша! Целая колонна.

— Это хорошо, — я кивнул.

Заметил неподалёку разведчиков и направился к ним сам, пока над головой свистели пули.

— Шатуны какие-то, — громко рассказывал Шутник. — Шатаются там, стреляют…

— Шатуны — подойдёт, хорошее название, — сказал я, проходя мимо. — Лейтенант, особая задача, — я подозвал Смирнова. — Нужно встретить морпехов, чтобы мы не постреляли друг друга. И чтобы они не угодили в засаду. Тут всё этими муриками кишит.

— Есть, господин командор! — Смирнов вытянулся.

— И сами не попадитесь.

Разведчики отправились на встречу союзников, а я вернулся к бою. Он всё продолжался, а нам ещё надо выступать к базе.

Глава 13

Широко известны два человека с именем Роман Загорский. Оба были генералами имперской армии.

Первый — талантливый военачальник, герой Освободительной войны 658–660 гг. против армий Высших Домов Накамура и Ямадзаки из империи Дискрем. Но вместе с тем это мятежник, казнивший императора Валерия Громова, что привело к Первой Гражданской войне.

Второй — его правнук, не менее умелый командир, переломивший ход Второй Гражданской войны и интервенции в пользу лоялистов.

Оба носили прозвище Молот империи. Оба были Небожителями.

Но легенды на севере говорят, что это один и тот же человек, возродившийся после смерти. Эти же легенды утверждают, что если в Юнитуме вновь настанут тяжёлые времена, Молот империи пробудится в очередной раз, чтобы спасти страну.

И. Шапошников. Современные мифы и легенды империи // Вестник Имперской академии наук, № 7(215).

— Загорский, — произнёс я, увидев спрыгнувшего с пехотной бронемашины офицера.

— Климов, — полковник морской пехоты Загорский шагнул ко мне и протянул руку.

Я её сжал — хватка у него крепкая, взгляд серьёзный, но уставший. Пробивались сюда с боем и чуть не угодили в засаду, но отбились и прорвались к нам.

— Хотели добраться ещё днём, — посетовал Загорский, — но кто-то испортил здешние дороги.

— Явно не случайно, — сказал я.

Он огляделся и показал рукой вокруг себя.

— Вы, я вижу, времени даром не теряли, десант.

— Высадились раньше.

— Это хорошо, — полковник кивнул. — А то мы думали, что если крепость обстреляют во время посадки…

Бах-бах-бах!

Это пальнула скорострельная пушка БП-52, пехотной бронемашины. На таких прибыли морпехи.

Бах!

Это выстрелило оружие танка Т-12, приехавшего с ними, и снаряд взорвался где-то в лесу. Морпехи прибыли вместе с тяжёлой бронёй, и как раз вовремя.

— Вперёд! — раздался крик впереди.

И дальше было слышно эхо атакующих. Вторая рота перехватила инициативу и выдавливала муриков из леса.

Бой продолжался. Части морской пехоты получали новые позывные прямо от нас, и имперский штаб на крепости перехватывал над ними контроль.

— Знаете, полковник, — сказал я, когда выдалась минутка переговорить. — Пара батальонов морпехов — это именно то, чего нам не хватало сегодня вечером.

— Значит, вы уже в курсе главной проблемы, — полковник кашлянул и потёр усы.

— Про Чёрную Стражу? Да. А есть другие соединения Дискрема?

— Хотел обсудить. Я тут привёл с собой…

Уши заложило, когда над нами пролетели штурмовики. Потом в лицо ударил жар, хотя лес загорелся вдали. Я тут же приподнялся на носках, глядя, не попали ли наши под горящий игниум, но нет, штурмовики ударили точно в цель. Наших не задело.

Из леса вырвалось несколько строчек трассирующих пуль из скорострельных пушек, а следом полетела пара ракет. Но штурмовики выпускали тепловые ловушки, и это помогало.

А на горизонте, в полной темноте, в небо взмывали огромные воздушные шары. Было видно только зарево, но я понимал, что это такое. Это наши имперские гарнизоны запускали обманки, которые пережигали в небе игниумную пасту, чтобы помочь скрыть крепость от радаров и ракет.

Кроме взрывов, доносился металлический лязг громких динамиков на вражеских риггах нового типа. Загорский нахмурил лоб, не понимая, что это. От зарева костров видно, как блестит его вспотевший лоб.

— Шатуны, — пояснил я. — Новая техника, мы столкнулись с