Командор. Том 2 - Никита Киров

— Не слышал о таких.

— Я тоже не слышал, а я учился в Дискреме. Но вам это должно понравиться, полковник. Ваш же прадед был большим специалистом в шагоходах.

— Это точно.

Вот глядя на этого человека я мог поверить, что это потомок знаменитого Молота империи, одного из самых прославленных генералов в нашей истории. Полковник морской пехоты Загорский в войне понимал. Он совсем из другого теста и не похож на хитрого отца-генерала.

— Шатуны, значит, — Загорский усмехнулся. — Да уж, Накамура удивлять умеют.

— Здесь только они? Нет остальной армии? Вы про что-то говорили, пока вас не прервали.

— Именно, — полковник посмотрел за мою спину, увидев кого-то. — Подобрал по пути несколько человек. Они очень хотели вас увидеть.

Колонна морской пехоты продвигалась, бойцы объединялись с нашими. Смотрели недоверчиво, сказывались древние противоречия со времён Гражданской войны. Но уже по опыту могу сказать, что неторопливые островитяне-морпехи быстро привыкнут к нам, а мы к ним.

Они не такие упёртые, как злопамятные пустынники, да и совместный бой сближает.

К нам подъехал танк, на броне которого расположилось несколько бойцов в тяжёлых бронежилетах, пуленепробиваемых шлемах и в защите для рук и ног.

Это императорский разведкорпус. Двоих из них я знал и, увидев обоих, не сдержался и улыбнулся. Один, вооружённый ручным пулемётом, спрыгнул на землю и широко осклабился. Второй оставался серьёзным, жуя спичку.

— Ну что, командир, с повышением, — капитан Ермолин вскинул руку в знаке приветствия, потом протянул её мне. — Рад видеть.

— Ермолин, Джамал, — я пожал обоим руки. — Хорошо, что живы. Как дела?

— Вот как наши дела, командир!

Ермолин показал свой любимый жест: вытянул руку так, будто хотел показать большой палец, которого давно уже не было. Обрубок затянулся розовой кожей.

— Отпуск вам не дали, я смотрю, — я усмехнулся.

— И даже на пенсию не отпустили. Вот же срань какая, — посетовал Ермолин. — Я так отдохнуть хотел, с внуками посидеть. Удочки купил.

— На рыбалку у нас поедет только генерал Рэгвард, — мрачно добавил Джамал. — Потому что на место имперского генерала легко найдут другого. А вот грамотных разведчиков днём с огнём не сыщешь.

Бахнуло где-то рядом. Взорвался снаряд из миномёта, и под ногами дрогнуло, а нас засыпало комьями земли.

— Что у вас? — спросил я, становясь серьёзнее, и смахнул грязь с плеча.

— Жопа, командир, — Ермолин тут же посерьёзнел. — Накамуры со всех сторон лезут, — он заметил Шутника и помахал ему рукой. — О, брат, ты ещё живой.

Пашка замахал в ответ, а разведчик снова повернулся ко мне.

— Короче. На острове примерно батальон их пехоты, плюс местное ополчение. Но это так, мелкие говноеды. Их много, но стреляют кое-как. А ещё здесь наши старые друзья, и они опаснее.

— Какие ещё друзья?

— Части лёгкой пустынной пехоты из пятой дивизии Инфиналии, — тихо произнёс Джамал. — Уцелевшие войска генерала Салаха.

Он помрачнел.

— Они-то тут откуда взялись? — удивился я.

— Когда сепаратисты проиграли, то многие бежали в пустыню, — Ермолин откашлялся. — Кто-то решил там партизанить до самой старости, а кто-то подался за море наёмничать. Вот Дискрем их и перехватил. За его деньги их и эвакуировали оттуда.

— Кто ими командует?

— Выясняем, — Джамал жевал спичку, глядя в сторону передовой. — Я так думаю, это кто-то из имперских офицеров. Потому что тактика у них больно уж имперская, даже для пустынной армии.

— Полезно знать, — я кивнул.

Ну, хотя бы этот враг нам знаком.

Снова раздались взрывы. Батальон шёл в атаку, но всё было под контролем, мне не надо было вмешиваться в работу Бронина.

— Какие приказы, командир? — спросил Ермолин. — Нас передали под ваше командование. Вернее, под командование крепости, но сам понимаешь, на земле тебе виднее, куда нас бросить.

Мы отошли с дороги, потому что санитары быстро несли на носилках вопящего от боли десантника.

А в стороне уже разворачивали временный госпиталь. Были наши санитары, морпехи привезли своих, и вовремя. Но некоторых будем эвакуировать на крепость, когда отгоним этих шатунов, чтобы не мешали вертушках.

— Нужно провести разведку базы, — сказал я. — И надо иметь в виду, что если они поймут, что не смогут её удержать, то они взорвут там всё.

— А топлива на крепости хватит подождать или уйти? — спросил Ермолин.

Я кивнул. Ещё дней на пять. Если, конечно, у Накамура нет на крепости своего диверсанта, который устроит нам веселье. Но топливные склады и систему охраняют не хуже реактора.

Впрочем, в решительности врагу не откажешь.

— В любом случае базу нужно отбить, — произнёс я. — Она важна, её потеря осложнит войну. Дам вам свой разведвзвод, — я махнул лейтенанту Смирнову. — Притворитесь десантом, чтобы Накамура вас не опознали.

— Лады, командир, — отозвался Ермолин. — Ну где ты там, Пашка-шутничок? Ща опять поработаем.

— Здравия желаю, господин капитан! — отозвался Шутник, подбегая к нему.

Снова загрохотали взрывы. Вражеская шагающая техника отходила, громко ругаясь через динамики, в сторону базы. Сейчас было бы неплохо их потрепать, пока им некогда.

— Что ещё скажете про местных? — обратился я к Загорскому, когда мы остались наедине.

— В плен к ним лучше не попадаться, — Загорский нахмурился. — Но главное, не давайте им подходить к телам наших пацанов.

— Что они делают?

— Режут им уши, и раненым тоже. Потому что Накамура платят им за каждую пару. Могут даже своим покойникам отрезать.

— Вот же дрянь. Те ещё гады.

— Не спорю. Хуже пустынников.

— Понял. Для вас есть работа, полковник, — сказал я более официальным тоном. — Вы привели бронетехнику — отлично. Нужно вклиниться в отступающие порядки и не давать им перегруппироваться. Отправлю с вами корректировщика огня, чтобы они там не скучали. Забросайте их бомбами.

— Приказ понял, — сухо сказал полковник.

— Работаем, — произнёс я.

* * *

Приступ мы отбили, основная часть атакующих откатилась. Я отдавал приказы, попутно проверяя, что у нас на передовой. В идеале мы должны ворваться на базу на плечах отступающих, но Накамура, если потребуется взорвать склады, на потери не посмотрит. Особенно местного ополчения.

— Господин командор, — окликнул меня какой-то рыжий парень в мундире морской пехоты.

— Что нужно? — я обернулся, не понимая, кто это.

— Кен Райджо! — с картавым хитландским выговором объявил рыжий лейтенант. — Военный журналист, корпус морской пехоты Калиенты! Отправили сюда освещать события.

На плече у журналиста висела видеокамера. Не вовремя. Нянчиться с ним ещё, чтобы не убили. Ладно. Хотя бы военный журналист, а не гражданский, гражданского бы я гнал отсюда пинками. Но куда бы его деть? О, точно, придумал.

— Офицер-инспектор! — окликнул я Кеннета. — У меня есть для вас занятие по вашему профилю