Медведев. Книга 8. Договор - Каин Градов

шагал совершенно спокойно. Даже не морщился, наступая на железную посыпку. Словно эта защита от старшего народа его совершенно не беспокоила. И отчего-то именно это показалось мне особенно любопытным.

— У нас гости, — глядя на него, словно между прочим заметил Иволгин.

Он произнес это таким тоном, будто речь шла о чём-то совершенно обычном. Словно не он только что явился без приглашения и не вокруг его появления успело собраться столько тревоги.

— У меня, — поправил я лешего, останавливаясь напротив.

Иволгин перевёл на меня взгляд. Возражать не стал. Только усмешка на его губах сделалась чуть заметнее.

Аргумент тем временем перестал кружить вокруг гостя и посмотрел на меня. Пёс явно ждал указаний. Он всё ещё не доверял лешему, но и действовать без команды не собирался.

— Беги, всё хорошо, — велел я, потрепав его по холке.

Аргумент недовольно фыркнул, бросил на Иволгина последний настороженный взгляд и только после этого неохотно потрусил в сторону дома. Проводив его глазами, я вновь посмотрел на лешего.

— Ты пришёл, чтобы поздороваться?

— Мне это ни к чему, — отмахнулся мужчина.

На его губах появилась привычная кривая усмешка. Та самая, после которой становилось непонятно, шутит он или говорит совершенно серьёзно.

— Хотя такие гости к нам редко являются, — продолжил Иволгин. — И посмотреть на такого и впрямь стоило.

Он перевёл взгляд на Победа. Причём без враждебности, а скорее с любопытством. Будто встретил кого-то, о существовании которого раньше только слышал.

— Ко мне являются, — снова поправил я лешего.

Иволгин тяжело вздохнул. Так вздыхают взрослые рядом с особенно упрямым ребёнком.

— К вам, на нашу территорию, — терпеливо пояснил он и бросил на меня снисходительный взгляд. — Не вижу противоречия.

Леший вновь посмотрел на Победа. На этот раз внимательнее.

— Я знаю, что другие не особенно жалуют вашего гостя.

Леший говорил спокойно, без привычной колкости. И от этого его слова звучали даже весомее обычного.

— Но мне как раз он по душе.

Анна Павловна удивлённо моргнула. Морозов слегка нахмурился. А я вопросительно поднял бровь.

— Это ещё почему?

Иволгин усмехнулся шире.

— Потому что он не человек.

Леший произнёс это так, словно назвал главное достоинство Победа.

— А значит, с ним можно договориться.

При этих словах взгляд его сделался неожиданно серьёзным. И мне вдруг показалось, что за очередной колкостью скрывается нечто большее, чем обычная неприязнь Иволгина к человеческому роду.

— Чего ты хочешь? — спросил Побед, пропуская знакомство и пожатие рук.

Он даже не попытался соблюсти приличия. Не потому что был невежлив. Просто сейчас его интересовало совсем другое. Судьба сына явно занимала его куда сильнее любых условностей.

Иволгин усмехнулся.

— Сразу видно того, кто не привык впустую лясы точить.

Леший оттолкнулся от ограды и шагнул нам навстречу.

Двигался он расслабленно, словно происходящее его совершенно не тревожило.

— Я знаю, что вашему отпрыску запрещено ходить в лес. Он сам дал обещание к нам не являться.

Усмешка на мгновение исчезла с его лица.

— Но сегодня нарушил слово, — холодно продолжил он и его взгляд стал холодным и колючим.

Анна Павловна резко побледнела. Побед застыл. А я шагнул вперёд прежде, чем успел обдумать свои слова.

— Он не…

— Я готов за него ответить, — резко перебил меня Побед.

Голос его прозвучал негромко. Но от этих слов по спине у меня пробежал холодок. Сейчас перед нами стоял уже не просто заботливый отец и не приветливый гость, сидевший утром за нашим столом.

В Победе вдруг проступило нечто древнее и опасное. Нечто такое, чему совершенно не хотелось становиться врагом. Он смотрел только на Иволгина. Не моргал. Не отводил взгляда.

— И если ты ему навредил…

Фразу он не закончил. Да и не было в этом необходимости. Слова повисли в воздухе тяжёлым обещанием беды. Я невольно сглотнул. Воздух вокруг сделался вязким и душным. Будто перед самой грозой.

Даже пространство перед глазами едва заметно дрогнуло, словно окружающий мир на короткий миг утратил привычную устойчивость. Анна Павловна замерла.

Морозов слегка прищурился. А Иволгин даже не изменился в лице. Он продолжал смотреть на Победа с тем же странным интересом.

— Ты мне по душе, — повторил леший.

В голосе его не было ни насмешки, ни страха. Только спокойная уверенность.

— Да и обижать парня не за что.

Он махнул рукой куда-то в сторону леса и продолжил.

— Хоть он и не знает наших законов.

На губах Иволгина вновь появилась едва заметная усмешка. На этот раз куда менее колкая, чем обычно.

— Однако, войдя в лес, принялся просить у меня разрешения пройти и выйти обратно.

Леший покачал головой.

— Давно такого не видел.

И почему-то после этих слов мне показалось, что сказанное произвело на него куда большее впечатление, чем он был готов признать вслух.

— Это как? — не понял я.

Иволгин посмотрел на меня так, словно вопрос показался ему совершенно искренним и потому заслуживающим ответа.

— Вслух. В сторону деревьев, — с готовностью пояснил леший. — Остановился на тропе и начал разговаривать.

На губах хозяина леса мелькнула усмешка.

— И хоть слов правильных он не знает, но суть уловил.

Он задумчиво покачал головой.

— Говорил от сердца.

Почему-то именно эти слова заставили Анну Павловну прикрыть глаза и тихо выдохнуть.

Словно подобное поведение сына её совершенно не удивило.

— Именно потому я сам его проводил куда надобно, — продолжил Иволгин.

— Куда? — хрипло осведомился Побед.

До этого момента мужчина держался спокойно, но сейчас напряжение в его голосе стало слишком заметным.

Леший перевёл на него взгляд.

— Куда он сам попросил, — спокойно пояснил он.

На несколько секунд повисла тишина. А затем он продолжил:

— К цветущему папоротнику.

От этих слов даже Морозов удивлённо моргнул. Я же почувствовал, как в голове становится всё больше вопросов. Причём ответов на них пока не предвиделось.

— Прямо так и проводил? — прищурился старший Губов.

Иволгин негромко фыркнул.

— Не за руку держал.

Усмешка вновь вернулась на его лицо.

— Но тропу открыл. И по ней его до самого заветного места сопроводил.

Он говорил об этом так буднично, словно речь шла о прогулке до соседней улицы, а не о путешествии к легендарному цветущему папоротнику. Побед нахмурился ещё сильнее.

Анна Павловна стояла рядом с мужем и не сводила взгляда с лешего.