Призрак «X» ранга - Андрей Мельник

выходила простая картина: Гена пока ещё владелец этого кафе, но ключевое слово тут «пока». В общем, Сомовы разводятся и уже делят имущество. Кафе он отдал жене сразу и без торга, туда же ушли дом с машиной. Себе оставил основные активы бизнеса вместе с кредитами, которые набрал на развитие.

Я копнул чуть глубже, прошёлся аккуратно по самым верхам воспоминаний. Обычная домохозяйка, годами жившая в тени мужа, взяла и упёрлась. Геннадий на прощание заявил, что она угробит и кафе, и весь бизнес, если тот ей доверить, поэтому пусть берёт то, что дают, без чужих долгов, сидит счастливая и не просит ни копейки сверху. На том и порешили. Довольно справедливый раздел, как по мне. Правда, теперь эта женщина полна решимости доказать, что бывший у неё идиот и что даже маленькое кафе способно приносить прибыль.

Вот такие последствия моего вмешательства… Хорошо это или плохо — решать не мне. Жизнь покажет. Ребёнка их жалко, но его было жалко и до развода. С таким-то папашей…

Разговор хозяйки с единственным на данный момент работником закончился, и они вернулись в зал. Я поднялся, чтобы рассчитаться.

— Спасибо, всё было отлично, — протянул я деньги Лёше и обратился к женщине: — Разрешите небольшое наблюдение от постоянного клиента?

— Конечно, — удивилась она, но кивнула.

— Завтраки здесь особенно хороши. Добавьте пару позиций для тех, кто следит за здоровьем, и «Завтрак чемпиона» станет главной фишкой заведения. Сюда потянутся спортсмены и все, кому важно поесть вовремя и без вреда для формы. Уют у вас уже есть, повар вообще золотой. Остальное приложится.

Женщина помолчала, прокручивая услышанное, и кивнула:

— А ведь хорошая мысль… Спасибо вам.

— Это вам спасибо. И удачи этому месту. Что-то мне подсказывает, что она у него будет.

На выходе я перехватил Лёшин взгляд и махнул рукой. Он помахал в ответ обеими, едва не смахнув с подноса чашки.

Ушёл я со спокойным сердцем. Парень остаётся в надёжных руках, и руки эти, судя по настрою, скоро наведут здесь свои порядки.

Дальше начиналась рабочая часть программы. Велосипед я вёл рядом и двигался по району зигзагами, через закоулки и проходные дворы. С виду я изображал праздного зеваку, выгуливающего скакуна, а по факту прощупывал улицу за улицей. В головы прохожих заглядывал по верхам, задерживался чуть дольше лишь на тех, кто стоял без дела и наблюдал за окружающими. Камеры не трогал принципиально: моё присутствие в сети сейчас лучший подарок для ищеек.

На два района по пути моего привычного следования ушло больше двух часов. Ничего необычного не нашлось. Люди, как и всегда, спешили по делам, мысли у них крутились вокруг работы и ипотек. Бабуля у третьего подъезда, на которую я потратил лишнюю минуту, планировала не слежку, а войну с управляющей компанией за покраску лавочек. В общем, ищеек среди прохожих не оказалось. Район жил спокойно. Мне уже хотелось выдохнуть, но… Всегда есть «но»…

За несколько сотен метров до моего дома у меня внутри заворочалось смутное предчувствие — такое, что я привык не игнорировать. До своего подъезда идти не стоит. Проверить догадку можно и с лавочки.

Я устроился в скверике напротив детской площадки, достал телефон, прикрыл глаза и вошёл в систему безопасности нашего дома. Логины с паролями админок у меня были. Пора поискать следы потенциальной слежки.

За последние два дня в профиль администратора заходил кто-то посторонний. Причём дважды. Обычно туда заглядывают раз или два в год, когда соседям нужна запись конфликта за парковочное место или момент, когда кому-то поцарапали машину. Сейчас же в сеть целенаправленно долбились и в итоге сбросили пароль до заводского. Кто-то проявляет к камерам моего дома повышенный интерес… Поздравляю, Виктор, вы популярны.

Я прошёлся по сетям соседних домов, вдоль моего привычного маршрута до кафе, и ситуация там аналогичная. Дальше я поднял статистику городских камер — тех, что висят на перекрёстках и столбах ради общественного порядка. К ним обращались в десятки раз чаще привычного. Кто-то методично перетряхивал записи камер ближайших районов.

А потом мне повезло. Если это можно так назвать…

В одном из домов сброс пароля произошёл несколько минут назад, и кто-то прямо сейчас сидел в его системе. Нового пароля я не знал, зато отлично знал, как устроены такие узлы. Серверные стойки живут в технических помещениях и подвалах, и камера там обычно смотрит прямо на оборудование. Я подключился к ней напрямую, в обход системы.

Увидел троицу у компьютера, и от неприятного чувства грядущей беды скрутило живот. На стуле сидел местный сисадмин и открывал записи камер, а за его спиной стояли женщина и лысый мужик. Лысого я где-то видел… Память сигналила, но ответа не выдавала. Пришлось перебирать последние дни.

Точно! Перекрёсток, утренняя пробежка вчера, машина с парочкой внутри. Удивлённо-довольная морда за рулём и девушка, склонившаяся к его коленям. Морда была именно эта, готов спорить на новый велосипед!

Волосы у девушки в серверной тёмные, и та в машине была брюнеткой. Выходит, я пересекаюсь с этой парочкой второй раз за сутки.

Первый получился, конечно, занятным… Либо у столичных так принято — маскироваться под влюблённых, — либо я тогда стал свидетелем классического служебного романа.

Захотелось послушать их мысли, но расстояние было великовато, и я неспешно покатил в сторону нужного двора. Стоило войти в радиус, как я смог дотянуться до всех троих.

Начал я с сисадмина, самого безобидного в этой компании. В свежих воспоминаниях парня эта пара представлялась сотрудниками серьёзных структур и разворачивала корочки с удостоверениями. Только вот детали бедняга уже растерял. Название ведомства не удержал в памяти, но слово «псионического» там точно было, иначе чего бы он так боялся этих двух. В его памяти осталась только фамилия девушки. Такая сама цепляется. Короткая, яркая. Брюнетка у нас, значит, Ким.

Неприятно… Я оказался прав, но лучше бы ошибался. Под меня копают… И занимаются этим не любители. И тут я вспомнил…

Вот где я эту башку лысую ещё видел! Это же те псионики из галереи! Лысый паковал задержанных без чьей-либо помощи. Брюнетка в кадре лишь мелькнула