Ужасающие Странствия Темного Владыки - Guiltythree

Он был единственной переменной, сломавшей систему, внеся хаос в предопределённый поток событий.

«Я…»

Столкнувшись с непостижимым хаосом распутанной судьбы, Санни полностью забыл причину, по которой изначально активировал [Где мой глаз?].

«И это ещё не всё, верно?»

Будущее было неопределённым и неосязаемым, переполненным бесконечным числом возможностей — как полных надежды, так и пугающих, более печальных и отвратительных, чем всё, что он мог себе представить.

Неудивительно, что провидцы и прорицатели потеряли способность предсказывать его.

Ущерб уже был нанесён, и судьба уже распалась.

Теперь, даже если Санни вернёт свою собственную, последствия его отсутствия останутся. Однажды разорванный, великий гобелен нельзя было починить.

«Н-ну как тебе такая… значимость?»

Санни и Кэсси сумели сделать то, чего никто раньше не достигал…

Они изменили судьбу.

Или, по крайней мере, создали возможность того, что судьба в конечном счёте будет изменена.

Это не похоже на то, что двое смертных могли бы сделать… без посторонней помощи.

«Ткач… это тоже было частью его плана?»

Столкнувшись с бесконечностью разорванных Нитей Судьбы, Санни не мог не заподозрить, что Демон Судьбы приложил руку к их распутыванию.

Санни и Кэсси достигли чего-то одновременно пугающего и невероятного, но даже если их усилия были поистине поразительны — во всей истории — это не значит, что их вклад был единственным.

То, чего они достигли, стало возможным только благодаря тому, что достигли те, кто был до них.

И всё же…

Санни простонал, медленно распадаясь под давлением созерцания судьбы собственными глазами.

Ничего из этого не будет иметь значения, если им на самом деле не удастся создать благоприятное будущее, теперь, когда любое будущее стало возможным.

А для этого ему нужно сконцентрироваться на текущей задаче.

«Сосредоточься…»

Глава 2591

Прикасаясь к судьбе

Было трудно сосредоточиться, когда перед тобой буквально… всё, что когда-либо существовало, одновременно, разорванное и пребывающее в состоянии полнейшего хаоса.

И всё же, Санни попытался.

Он уже достиг чего-то удивительного, вынеся ужасающий облик судьбы, не превратившись в бездумную оболочку. Но теперь ему предстояло сделать нечто ещё более немыслимое — ему предстояло постичь судьбу во всей её бесконечной сложности.

Конечно, это было невозможно. Даже усиленный Плетением Разума, Санни был не в состоянии сделать нечто подобное — никто не был, на самом деле. Даже Ткач, Демон Судьбы, не мог постичь все её Нити… хотя, казалось, он был очень близок к этому.

Санни должен был сделать противоположное.

Вместо того чтобы пытаться постичь всю судьбу, ему нужно было научиться ограничивать себя восприятием лишь малой её части. Это, по крайней мере, было чем-то, что он потенциально мог осилить.

В некотором смысле, то, чего пытался достичь Санни, было противоположностью тому, что он пытался делать все эти годы. С тех пор как он стал Спящим, Санни учился расширять охват своего сознания — сначала чтобы воспринимать мир с двух точек зрения одновременно, затем с семи, и наконец с тысяч.

Как ни иронично, теперь, когда он наконец достиг последнего благодаря Плетению Разума, ему пришлось сузить охват своего сознания.

Вот к чему стремился Санни.

Это было нелегко, особенно потому, что ему приходилось бороться с сокрушительным давлением и ошеломляющими мучениями от созерцания великого гобелена судьбы — в таком состоянии просто формировать связные мысли было испытанием, не говоря уже о том, чтобы направлять их в нужное русло.

Однако Санни помогло то, что он только что вернулся из мира бодрствования. После длительного пребывания под его подавлением он чувствовал себя легко и свободно в ужасающих просторах Царства Снов. Облегчение, которое он испытывал, в некоторой степени уравновешивало давление, которому он подвергался, и задача сопротивления последнему казалась знакомой.

«Все эти усилия… лишь чтобы зарыть голову в песок, как страус…»

…Кем бы, чёрт возьми, ни был страус.

Медленно, постепенно, Санни почувствовал, что слепнет к безграничности судьбы. Устрашающий облик великого гобелена всё ещё был здесь, вокруг него, но было такое ощущение, будто у Санни развилось туннельное зрение. Границы его восприятия сначала были широкими, а затем сузились. В конце концов, ему удалось ограничить поле зрения лишь теми Нитями Судьбы, что пронзали Ночной Сад.

Но даже этого было слишком много. Поэтому он сосредоточился и сделал себя слепым к ещё большему их числу: к судьбам миллионов обычных людей на борту титанического корабля, Пробуждённых воинов, Кошмарных Существ, чьи судьбы обрывались, когда они касались живого бастиона корпуса гигантского корабля… ко всему и вся, что стало частью Ночного Сада недавно.

Только тогда Санни удалось облегчённо вздохнуть.

Вокруг него всё ещё было бесчисленное множество Нитей Судьбы, большинство из них спутанных и разорванных, но по крайней мере их число уже не было немыслимым.

Более того, Санни почувствовал, что приобрёл некоторую степень контроля над зачарованием [Где мой глаз?]. Раньше оно и показывало ему Нити Судьбы, и навязывало знание о них. Но теперь он мог воспринимать их, не зная их — мог созерцать часть великого гобелена судьбы, не утопая в нём.

Как будто невидимая стена стояла между ним и всепоглощающим знанием… или, скорее, дверь.

Которую он, скорее всего, мог открыть по своему желанию. Ему просто нужно было найти способ это сделать.

Санни оставался неподвижным некоторое время, размышляя. Вокруг него были бесчисленные Нити Судьбы, пронзающие всё сущее и уходящие в бесконечность. Некоторые из них были тусклыми, а некоторые сияли, как лучи раскалённого звёздного света. Однако он искал особое сияние…

Он искал Нить Судьбы, сотканную из чистого золотого света, подобную той, что привела его к Башне Чёрного Дерева и отсечённой руке Ткача много лет назад.

Вскоре он нашёл её.

Это было не очень сложно, потому что сияющая золотая нить была прямо перед ним. Были и другие подобные — в конце концов, золотой оттенок, должно быть, означал связь с божественными существами, а Ночной Сад был мифическим судном — но к этой он чувствовал особое тяготение.

«Теперь мне просто нужно проследовать по этой нити к скрытому месту, где Ткач оставил свою родословную…»

Но он не мог.

Потому что золотая нить, казалось, никуда конкретно не вела. Вместо того чтобы тянуться к определённой области на гигантском корабле, она просто пронзала его корпус, как будто была соединена с самим Ночным Садом.

Санни нахмурился под Маской Ткача.

«Что это должно означать?»

Он помедлил некоторое время, а затем сделал нечто, о чём никогда раньше не задумывался.