Фантастика 2026-172 - Юрий Лермонтович Шиляев

этим занимался? Когда делал инсталляцию для воздушных цветов. Мне написал братец, ему нужна помощь. Они везут с собой зверушку собственной разработки и нечаянно засветились с ней. А им бы хотелось перемещаться, не привлекая внимания санитаров. Мы можем как-то помочь?

— Надо посмотреть, но думаю, да. А что зверушка делает?

— Ест туман.

— Как интересно! — обрадовался Джакума. — Нам это почти не надо, но я знаю места…

— И я знаю места!

— А из чего они ее сделали?

— Ты не поверишь, и тумана же и сделали.

Джакума восхитился, пообещал во всем поучаствовать лично и даже встретить будущего родственника.

— Их будет встречать бабушка, — сообщила ему Гата. — Ты уверен, что нужна такая делегация?

— Ну так бабушка будет встречать Котия, а я сразу заберу Марка с его зверем, чтобы время не терять. Они ведь ненадолго?

Гата согласилась. Вряд ли братец усидит здесь дольше трех дней.

***

Секрет рыбного музея, который я бы назвал скорее океанариумом, оказался чрезвычайно простым. В числе прочего у них был музыкальный зал, где можно было лежать в шезлонге и смотреть снизу на толщу воды с рыбами. Музыка в течение дня менялась, но не сильно. Рядом с Котием лежало еще несколько любителей, в их числе, как ни странно, был один из уроженцев Сифона. Что он там забыл, имея в своем мире все то же самое, только гораздо лучше, было трудно понять.

Когда я вошел, Драк уговаривал Котия уже покинуть пространство. Я подошел, и мы удвоили усилия. Это нарушало идиллию зала, и осьминог рядом уже протестующе шипел. Здесь Котий не выдержал нашего напора, извинился перед любителями потолочной воды, и мы покинули зал. Над головами у нас плыла крупная пятнистая мурена, а за ней какая-то желтая рыба в три раза больше. Обе выглядели довольно хищно.

— Что можно делать там столько времени? — кипел и шипел Драк. — Я поверить не могу, что ты проторчал тут весь день.

— Вы не понимаете! — сердился Котий. — Это потрясающий опыт!

— Знаешь, в чем потрясающий опыт, — спросил меня Драк.

— Нет, в чем? Смотреть на рыб? — предположил я.

— Вовсе нет. В любой момент вся эта толща может навернуться и вылиться на тебя.

— Так оно настоящее? — обалдел я. — Я думал, это такая же виртуальность, как вчерашняя процессия.

— Ну! А учитывая, сколько на Рампе разгильдяев, происходит это не так уж и редко. Может, и убить. Последний раз, правда, гостей смыло наружу, но вот в предпоследний было гораздо печальней, — сообщил Драк.

— Подожди. Котий, так ты что ходишь смотреть на рыб с опасностью для жизни? Серьезно?

— Разумеется! Иначе зачем?! Только так можно почувствовать близость к океану, — возмутился моим недоумением Котий.

— Ой, я не могу, — заржал Драк и просто выволок Котия на улицу, где нас уже ждал Филипп. — Ты же домой едешь, будет тебе там и море, и океан.

— Да мы толком ничего не успеем, — вздохнул Котий. — Мы только на свадьбу и назад. Марк, я договорился там с местным центром, они посмотрят, можно ли лицензировать твоего Баруха в нашем присутствии. Поедем назад как люди.

— О! — удивился я. — А это хорошо.

— Отличная новость, — обрадовался Филипп. — Потом можно будет еще те пещерные поглотители лицензировать, я бы сразу купил. А с ними будет проще.

— Так почему мы торопимся? — заподозрил неладное Драк.

— Потому что Балакирев впал в кому.

— Что?

— ЧТО?

— ЧТООО?

Глава 5

Утром Роман Николаевич обнаружил Балакирева в том же положении, что оставил вечером: перед тремя включенными мониторами. Это ему не понравилось, и он зашел сделать выговор. Сообщить конструкту, что тот себя не бережет. Выяснилось, что настолько не бережет, что уже не подает никаких признаков функционирования. Роман Николаевич попробовал вспомнить давно забытые уроки по ремонту конструктов, понял, что, во-первых, ничего не помнит, а, во-вторых, таких, как Балакирев, в его время не делали, и вызвал брата. Брат примчался вместе с Ильей.

Они вытащили конструкт из-за стола и положили его на откидную полку, на которой Балакирев изображал в свободное время нечто вроде сна. Предположили, что произошла проблема с питанием, и вызвали Боргера. Все, что смог сообщить Боргер, что какое-то время назад Балакирев перешел на фирродиски — известно, что конструкт взял их у Котия. Было понятно, что ничего не понятно. И Роман Николаевич связался с командой, которая перепрошивала Балакирева на Бодайбо.

Команда выразила желание помочь, но сказала, что физически приехать сейчас не сможет, и попросила организовать дистанционный ремонт. Роман Николаевич вздохнул, запросил параметры и пошел организовывать.

— Что это, что это? — заинтересовался Боргер. — Будет как в игре? Где демон вселяется в хирурга?

— Где ты это видел, чудовище? — поинтересовался Роман Николаевич, срочно обдумывая варианты.

— Да вот же, было в прошлом году… — застеснялся Боргер.

— Тут скорее, наоборот, — засмеялся Илья. — Не демон в хирурга, а хирург в демона. Только нет у нас этого демона.

— Да уж… — продолжал крутить в голове задачу Роман Николаевич.

Для любого дистанционного вмешательства нужны были три составляющих: место, деньги на оплату канала и носитель. Место можно было организовать в операционной местного медпункта, Галина Ивановна в свое время расстаралась, чтобы ее на всякий случай организовать. Деньги, ну что деньги, они как раз успели накопиться в бюджете Домино, а вот с носителем были проблемы. Чтобы носитель подошел для такой операции, он должен был не только примерно совпадать по габаритам с действующим лицом на другой стороне, но и иметь основы квалификации. В зависимости от конкретного действия требовались ловкие пальцы, крепкие ноги, острый глаз, далее — по списку. В данном случае требовались ловкие пальцы. И длинные руки. Можно было бы рассмотреть Илью, но он не дотягивал ростом до мастера на другой стороне. А задача вести операцию чужими руками тоже была не каждому под силу, поэтому надо было подбирать местного носителя под мастера на Бодайбо.

Все тут же вспомнили эпическую историю первого применения этой техники, когда хирург с Меркатора оперировал на Митре. Технология была не отлажена, канал сбоил, носитель на Митре зависал, а местная команда пыталась за