Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

часов, тупо глядя на экран, где мелькали какие-то супергерои в трико, спасающие мир. Это помогло. Мозг отключился, перестал прокручивать варианты развития событий.

Вышел я только когда город начал пустеть. Ночная прохлада приятно холодила лицо после духоты кинозала. Я сел в машину и направился в сторону отцовского дома.

Улицы были почти пустыми. Светофоры перемигивались желтым, редкие такси проносились мимо, спеша за полуночными заказами. Я ехал не спеша, наслаждаясь плавным ходом тяжелого автомобиля.

На одном из перекрестков загорелся красный. Я плавно нажал на тормоз, останавливая машину у стоп-линии. Вокруг — ни души. Только пустой проспект, залитый оранжевым светом фонарей, и тишина, нарушаемая лишь тихим урчанием двигателя.

Я барабанил пальцами по рулевому колесу, глядя на секундомер светофора. Сорок секунд. Тридцать девять.

Мысли лениво текли, перескакивая с одного на другое. Волков наверняка уже связался с Вороном. Нандор его слушает. Завтра, скорее всего, будут новости.

Краем глаза я заметил движение слева.

По соседней полосе медленно, почти беззвучно, подкатила еще одна машина. Черный, наглухо тонированный внедорожник без номеров. Он остановился не за стоп-линией, а чуть выдвинувшись вперед, поравнявшись со мной капот к капоту.

Странно. Зачем прижиматься так близко на пустой дороге?

Я лениво, почти рефлекторно повернул голову влево. Просто посмотреть, кто там такой дерзкий. Стекло внедорожника медленно, с электрическим жужжанием поползло вниз.

Я ожидал увидеть там кого угодно. Пьяного мажора, желающего погоняться. Усталого таксиста. Да хоть самого Иисуса из моего мира.

Но я увидел тьму.

В салоне было темно, но света уличных фонарей хватило, чтобы выхватить детали.

Балаклавы.

Три черные маски с прорезями для глаз и тусклый отблеск металла в руках пассажира.

Мир на мгновение замер. Время растянулось, превратившись в вязкую тягучую субстанцию. Звуки исчезли. Остался только стук моего сердца, ударивший в уши набатом.

Я смотрел на эти маски, и реальность вокруг меня треснула.

Это уже было.

Я знал эту сцену. Этот ракурс. Дождь, пробки, запах бензина… и черная машина слева. Балаклавы. Вспышка.

Это был не просто страх. Это было дежавю такой чудовищной силы, что меня парализовало.

Я схожу с ума. Это флешбэк. Этого не может быть. Я в другой вселенной. Вдругом теле. Это глюк матрицы, не иначе.

Мозг отказывался верить. Это было слишком кинематографично, слишком иронично, чтобы быть правдой. Умереть, попасть в другой мир, накрыть ОПГ, выжить в разборках с культистами, спасти отца, чтобы… чтобы быть расстрелянным на перекрестке точно так же, как в первый раз?

Треклятая карма, где я свернул не туда и поступил не так?

Стекло опустилось до конца. Я увидел, как поднимается ствол пистолета с глушителем. Черный зрачок дула смотрел мне прямо на меня.

Это был не глюк.

Вторая мысль пришла с опозданием на долю секунды, когда палец стрелка уже начал давить на спуск:

«Вот же ж бл…»

Александр Вольт, Сергей Карелин

Архитектор Душ VI

Глава 1

Рефлексия — непозволительная роскошь для почти покойника. А я не собирался умирать второй раз в ближайшие лет пятьдесят.

Мысль оформилась быстрее, чем нейронный импульс дошел до моих мышц. Я не стал дергать руль или жать на газ, потому что это было бесполезно, ведь я просто физически бы не успел, как и тогда, в коллекторе, спасая Шаю.

Вместо этого я сделал то, что тело вспомнило быстрее разума.

Мир выцвел, потеряв краски и став схемой из серых тонов и светящихся линий.

Я увидел сгусток грязно-бурой энергии за тонированным стеклом, пульсирующий адреналином и жаждой убийства. Не целясь, я просто сформировал из своей энергии нечто, похожее на пулю, и швырнул его вперед прямо в лоб тому, кто держал пистолет, нацеленный в мою сторону.

Палец стрелка практически успел выбрать свободный ход спускового крючка, еще бы одно мгновение и было бы поздно.

Он дернулся, запрокидывая голову, словно получил невидимый удар кувалдой в лицо. Ствол пистолета подскочил вверх, но рефлекс сработал.

Выстрел.

Вспышка разорвала полумрак, звон лопнувшего бокового стекла ударил по ушам. Что-то с визгом чиркнуло по стойке крыши, а затем где-то сзади, в кирпичной кладке здания, цокнула отрикошетившая пуля. Мимо.

Тело продолжило действовать на чистых рефлексах. Бей. Беги. Замри. Первое было сделано, теперь есть пара мгновений, пока они очухаются, чтобы отступить. Нет, не бежать с позором, а перегруппироваться и занять более выгодную позицию, если у оставшихся двоих тоже есть оружие.

Упав на пассажирское сиденье, я рванул ручку двери, которая мгновенно отщелкнулась и отворилась. Меня спасло то, что сегодня, в нарушение всех своих принципов и правил дорожного движения, я не пристегнулся. За такое полагается штраф, но лучше пусть мне его выпишут при жизни, чем я снова буду расстрелян в собственном автомобиле.

Дверь распахнулась, и я буквально вывалился на асфальт, сдирая кожу на ладонях о жесткое дорожное покрытие. Холодный воздух, запах пороха и выхлопных газов ударили в нос.

Кажется, когда я утром брал отцовскую машину, то видел в бардачке либо «пугач», либо боевой револьвер. Времени проверять нет, но взять его все же, стоило попробовать.

Приподнявшись, я протянул руку в салон, пытаясь нащупать кнопку замка бардачка.

— Вали его! — раздался хриплый крик из внедорожника.

Снова приглушенные хлопки. На этот раз не один выстрел, а серия. Стекла «Имперора» брызнули крошкой, обивка сидений вздыбилась фонтанчиками набивки.

Я отдернул руку, инстинктивно закрывая голову и вжимаясь в асфальт за колесом своей машины. Острая, жгучая боль полоснула по левому плечу, словно раскаленный прут.

— С-с-сука… — прошипел я сквозь зубы.

Боль была резкой, но поверхностной. Мозг тут же, без моего участия, выдал экспресс-диагноз: касательное ранение мягких тканей дельтовидной мышцы. Кость не задета, крупная артерия тоже — кровь текла горячая, но не пульсировала фонтаном. Жить буду, если не добьют.

Я лежал, чувствуя, как мелкие осколки стекла впиваются в щеку, и слушал. Стрельба стихла.

— Косой, что с тобой, епт⁈ — голос из внедорожника, полный паники и злости. — Косой!

Тишина.

— Да хер с ним! — второй голос, более грубый. — Перезаряжай быстрее, пох на Косого, потом разберемся. Добивай пассажира!

Звякнул металл. Смена магазина.

У меня было секунды три, может, четыре.

Я снова убил человека. Эта мысль мелькнула где-то на периферии сознания, холодная и отстраненная. Я не был уверен наверняка, но тот импульс, что я послал в голову первого стрелка, был слишком мощным. В лучшем случае там глубокая кома и овощное существование. В худшем — мгновенная