"Фантастика 2026-81". Компиляция. Книги 1-36 - Максим Шаравин

— Нет. Даже в архивах рода нет такой информации. Я пытался найти хоть что-то, но не смог, — уверенным голосом ответил Ярослав. — К чему этот вопрос, Александр? Мы не имеем никакого отношения к этим так называемым сёстрам!

— Имеете, Ярослав, имеете. Так же, как и я, — вздохнув, я продолжил: — Все наши предки — пришлые в этом мире. И ваши, и мои.

— Этого не может быть, — сказал Михаил и сложил руки на груди.

— Может, Миша, может. Но и это далеко не всё, — я внимательно посмотрел на братьев и продолжил: — Ваш предок был другом моему предку — старшему демиургу того мира.

— Так это же хорошо! Мы тоже друзья! — радостно отреагировал Михаил.

Но я поспешил его разочаровать:

— Он предал его. Когда началась война с демонами, он, едва появилась возможность, сбежал в этот мир, бросив моего предка одного. Вы — потомки предателя моего рода.

В тронном зале повисла тяжёлая тишина.

Ярослав медленно поднялся. Его лицо, ещё минуту назад выражавшее раздражение, теперь было искажено смесью гнева и недоверия.

— Ты хочешь сказать, что наш род… что мы — потомки предателей? — голос его дрогнул, но он тут же взял себя в руки. — И ты считаешь, что это оправдывает твою самовольную блокировку дворца?

Михаил по-прежнему сидел, сжимая подлокотники кресла. Его взгляд метался между мной и братом, словно он пытался найти в наших лицах хоть каплю сомнения, хоть тень возможности, что всё это — дурная шутка.

— Ярослав, — я выдержал его взгляд, — дело не в оправданиях. Дело в том, что история повторяется. Сёстры — те самые демиурги, которые когда-то стояли на стороне баланса, — теперь ведут игру против нас. И они знают о нашем прошлом. Знают о предательстве.

— Откуда ты это знаешь? — Михаил наконец нарушил молчание. Его голос звучал глухо, будто доносился из-под толщи воды.

— Потому что Юнь Си сказала мне это перед смертью. И она знала правду. Знала, что сёстры ищут способ использовать нашу общую историю против нас.

— Использовать как? — Ярослав шагнул вперёд, сжимая кулаки. — Что они могут сделать?

— Они могут пробудить в вас то, что было скрыто. То, что ваш предок принёс в этот мир. Его силу — и его слабость. Его страх — и его вину. Если они смогут заставить вас сомневаться, если смогут посеять раздор между нами…

— То что? — перебил Михаил. — Мы станем их оружием?

— Или их жертвами, — тихо добавил я. — У них мало сил, и у меня их не так много, как хотелось бы. Если вы встанете на их сторону, то этот мир погибнет — так же, как погиб мир наших предков.

Ярослав резко отвернулся, подошёл к окну. В его движениях читалась борьба — между гневом, неверием и страхом. Михаил же смотрел на меня, и в его глазах я видел то же самое: страх, но и решимость.

— И что ты предлагаешь? — наконец спросил Ярослав, не оборачиваясь. — Как нам противостоять этому?

Я встал и сделал шаг к Ярославу:

— Мы должны действовать вместе. Не как потомки предателей, а как люди, которые могут исправить ошибки прошлого. Я заблокировал дворец не для того, чтобы держать вас взаперти. Я сделал это, чтобы защитить вас. Чтобы дать нам время разобраться, прежде чем сёстры сделают свой следующий ход.

Михаил тоже поднялся и подошёл ко мне:

— Значит, ты считаешь, что мы всё ещё можем что-то изменить?

— Я не просто считаю. Я знаю. Потому что, если бы это было не так, Юнь Си не стала бы жертвовать собой. Она верила в нас. И я верю.

Ярослав обернулся. В его взгляде больше не было гнева. Только твёрдая решимость.

— Тогда говори, что нужно делать.

Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Сейчас был самый сложный момент: если братья откажутся, мне придётся убить их. И тогда… Я отогнал от себя ужасные мысли и тихо проговорил:

— Сейчас вы должны поверить мне и разрешить полностью изучить ваши мысли. Я могу сделать это и без вашего ведома, но не хочу.

— Зачем тебе это? — усмехнувшись, спросил Ярослав. Михаил удивлённо уставился на меня.

— Чтобы быть уверенным, что вы не находитесь под воздействием сестёр, — я ждал их реакции, готовый к любому повороту. Но…

— Хорошо, я согласен, — первым ответил Михаил.

— Пусть будет по-твоему, князь, — тихо проговорил Ярослав. — Надеюсь, ты удостоверишься, что мы давно уже не те, кем бы ни был наш предок. Мы не собирались и не собираемся тебя предавать.

Я кивнул, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает.

— Спасибо. Это важно не только для меня, но и для всего мира, — я пустил волну чистой энергии созидания, которая обволокла тела братьев и прошла сквозь них. Сущностей демонов в них не было.

Подойдя к Михаилу, я положил ладонь на его лоб. На мгновение мир вокруг словно замер — и я погрузился в поток его мыслей. Чистые, ясные, без тени чужого влияния. Я увидел его сомнения, страхи, но главное — непоколебимую решимость защищать то, что ему дорого.

Отступив, я повернулся к Ярославу. Он смотрел настороженно, но не отстранился.

— Готов?

— Давай уже, — коротко бросил он.

Снова прикосновение — и я оказался в вихре его мыслей. Здесь было больше огня, больше гнева, но и он был чист. Ни следа внушения, ни намёка на чужое присутствие.

Когда я отступил, оба брата смотрели на меня в ожидании.

— Ну? — не выдержал Ярослав.

— Вы свободны от их влияния, — произнёс я с облегчением. — И это самое главное.

Михаил выдохнул:

— Значит, мы можем действовать.

— Да, — подтвердил я, чувствуя, как в груди разгорается тусклый, но упрямый огонь надежды. — Теперь мы знаем, что стоим на одной стороне. И это даёт нам шанс.

— Какой? — спросил Ярослав. В его голосе звучала твёрдая готовность, но в глазах всё ещё тлела тень сомнения.

— Шанс остановить их. Пока они не разрушили всё, что нам дорого. Теперь вы должны узнать полностью то, что знаю я. Так вы будете понимать, какая опасность нам угрожает.

Я вернулся в кресло. Братья последовали моему примеру, расположившись напротив — один напряжённый, словно натянутая тетива, другой сосредоточенный, будто готовясь к долгой осаде.

— Начнём с того, что Юнь Си… — я сделал глубокий вдох, собирая разбегающиеся мысли, — была матерью Ли Юй. И она погибла, выбрав мою сторону.

На миг я замолчал. В памяти вспыхнули её последние слова, её взгляд, полный тихой решимости.

— Но это только начало, — продолжил я, заставляя себя говорить ровно. — Она сказала, что Ли Юй — ключ ко всему. Её