"Пожиратель солнца". Компиляция. Книги 1-7 - Кристофер Руоккио

– Мы пришли к согласию?

– Вы не оставили мне выбора.

Часть меня мысленно потирала руки и посмеивалась над тем, как королю с десятью тысячами глаз приходится унижаться. Кхарн жил так долго, что видел падение и крах империй. Если легенды о нем были правдивы, он присутствовал при уничтожении потомков мерикани. Был свидетелем джаддианского восстания, видел, как усмиряли бунты в Возничем… Он прекрасно знал, каково наблюдать за падением Константинополя со стороны.

Теперь он узнал, каково быть императором.

Сколько времени пройдет, прежде чем наши легионы опустошат это место? Когда сюда заявится Капелла и сотрет в порошок Кхарна Сагару со всеми его ручными деймонами, неживыми солдатами и нечистыми экспериментами?

Скоро. Флотилия, о которой упоминал Бассандер, была мощной силой. Огнем и мечом для темного властелина.

Но Кхарн Сагара – старый Сатурн – оставался спокоен и недвижим, как камень. На его вечном лице не было ни тени страха. Тогда я об этом не задумался, хотя должен был.

– Какое еще согласие? – спросил я, зная, что Бассандер упивается каждой секундой моего неведения.

– А вы как думаете? – бросил капитан-легионер через плечо.

– Сьельсины? – Мое сердце замерло.

– Вы их нашли? – спросила Валка.

– Капитан торгуется, как заправский купец. – Голос Кхарна обошел нас, словно голодный леопард.

Я в этом не сомневался. Почувствовав взгляд Валки, я посмотрел на нее и понял, что она прочитала мои мысли: слова Братства вновь оказались правдивы. Мне и пальцем о палец не пришлось ударить. Сьельсины направлялись к нам.

– Они прибудут сюда? – спросил я.

– Хватит вопросов, – отрезал Бассандер и дал отмашку своим людям.

Двое легионеров вышли из колонны, держа в руках электромагнитные наручники.

– Нет, – ответил Кхарн Сагара, как мне показалось, просто из желания досадить. – Мы отправимся на встречу с имперским флагманом на моем корабле.

Я решил, что под флагманом он подразумевает «Непреклонного».

– А что с Отавией? – спросил – нет, потребовал ответа я.

Когда Бассандер промолчал, замерев на месте, как поставленная на паузу голограмма, я перешел на крик:

– Что с капитаном Корво и «Мистралем»? Где Хлыст? Паллино?

Легионеры схватили меня за руки, и я вдруг вспомнил давно казавшийся забытым эпизод, когда отцовские подручные в Обители Дьявола держали меня и заставляли смотреть, как Гибсона хлещут кнутом.

– Лин, отвечайте! – кричал я. – Не смейте меня игнорировать!

– Адриан! – вмешалась Валка. – Успокойтесь!

Все вокруг наполнилось смехом Кхарна Сагары. Я сопротивлялся легионерам, как мог, но вырваться не удалось. Валка разумно, без сопротивления и жалоб протянула руки, чтобы на нее надели наручники. Державшим меня понадобилась помощь третьего. Наконец я освободился на мгновение и успел врезать локтем под бронированную челюсть одного из легионеров, но меня вновь быстро скрутили. Триастр, отмеченный красным пятном на левой стороне белого забрала шлема, нажал кнопку на перчатке, и двойной браслет защелкнулся на моих руках.

– Вы получили своих беглецов, капитан Лин, – прогромыхал Вечный голосом, подобным голосу бога. – Пришла пора расплатиться.

Не знаю, как Бассандеру удавалось не поддаться противоестественности Воргоссоса. Я встречал людей, которым не было дела до искусства, кто считал величайшие, гениальные творения простой мебелью. Такие люди пожимали плечами при виде земных реликвий эпохи Ренессанса и удивлялись, как кто-то может платить немыслимые деньги за куски промасленного холста. Бассандер был из таких, и, возможно, глухота к ду́хам, населявшим места, подобные этому, была его преимуществом.

Он небрежно окинул взглядом тронный зал:

– Ваша светлость, мы договаривались, что плату вы получите после того, как мы встретимся с Бледными.

Я подозревал, что Кхарну Сагаре нечасто возражали, но тот остался сидеть с прежней хтонической неподвижностью, разглядывая Бассандера сотней глаз. Я прекрасно знал, что Сагара легко мог убить Бассандера Лина, как и всех нас, и избавить себя от необходимости идти на уступки. Но тогда существование его планеты перестало бы быть секретом. Бассандер загнал его в угол, – точнее, так мы считали, пока не узнали истинных намерений Вечного.

– Минуточку, – произнес Кхарн Сагара, прежде чем Бассандер отдал команду увести нас с Валкой.

По взмаху руки капитана триастр и державший меня легионер остановились и развернули меня к Вечному. Сагара взял привычную невыносимо долгую паузу, выглядывая черными глазами что-то на моем лице.

– Не знаю, что мой питомец сказал вам, лорд Марло, – произнес он собственным голосом; имплантаты в груди заработали, насыщая слова воздухом, – но помните: они никогда не ошибаются.

Он хотел заставить меня нервничать, полагая, что я получил некое катастрофическое пророчество, – впрочем, так и было. Но часть этого пророчества уже начала воплощаться в реальность, и, несмотря на оковы на моих руках и безжалостную холодность капитана Лина и его безликой свиты, я чувствовал, что нахожусь в нужном месте, на верном пути. Братство обещало чье-то прибытие – и нагрянул Бассандер, а за ним должна была появиться Империя.

Я принял горделивую осанку, как будто на запястьях не было наручников, и важно произнес:

– Хорошо.

Глава 49

Два предательства

Сменив одну клетку на другую, я снова сел на сухой паек. Эти батончики, по крайней мере, не были со вкусом корицы и не пахли соленой водой и нефтью. Вдобавок у меня были туалет и душ – только сокамерницы не было. Испорченную одежду забрали и вернули постиранной и заштопанной. Мой тюремщик, плотная женщина с бритой головой и серийной татуировкой солдата-срочника, принесла мои вещи с улыбкой, сказав, что это «джентльменские привилегии». Привилегии были невелики, но и за них я был благодарен. Я уже настолько привык к запаху гнилой рыбы, исходившему от темных вод, что его отсутствие сбивало меня с толку не меньше, чем новые сапоги.

Так началось мое заключение на борту имперского корабля «Скьявона», перехватчика под временным командованием капитана Бассандера Лина. Это было не самое длительное заключение в моей жизни и уж точно не самое неприятное. Как я позднее узнал, «Фараон» и «Бальмунг» были погружены в массивный трюм «Непреклонного». Этот ужасный дредноут направлялся к неизвестной мне точке в космическом пространстве, вдали от всех звезд, и мы должны были встретиться с ним.

Я почти не обращал на все это внимания… ибо я видел. Воргоссос долгое время мучил меня, но напоследок этот темный мир припас еще один ужасный сюрприз. Как и «Загадка часов», черный корабль Кхарна Сагары воплотился из космического мрака, как ночной кошмар. Пока мы возвращались с орбитальной платформы на «Скьявону» в шаттле Бассандера, я, привязанный к кушетке, созерцал его во всем жутком великолепии.

Меня пробрала дрожь, ведь я уже