Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

воды, солнца и времени брёвна. Когда-то их стягивали продольные лаги, но крепление давно сгнило и отвалилось, и брёвна местами разошлись, открывая широкие полыньи. Моя группа успела пройти половину пути. Шли, придерживаясь левого края, видимо, связки там были крепче. Я шагнул на первое бревно, оно погрузилось в воду, мутная жидкость залила берц до щиколоток. Шагнул на следующее и, балансируя руками, начал быстро перебирать ногами.

Брёвна чавкали, вода всхлипывала. Через каждые десять шагов оборачивался, смотрел, не появилась ли погоня. Чапыжник частично скрывал меня, но всё же не полностью, так что для любого стрелка я сейчас отличная мишень.

Возле первой полыньи застопорился. Ещё на подходе пытался определить, смогу ли перепрыгнуть. Ширина небольшая, метра два, но как отреагируют брёвна, когда на них приземлится тело весом под восемьдесят килограмм плюс снаряжение? Вряд ли они обрадуются.

Группа поступила проще: кто-то, скорее всего, Коптич, залез в воду, и послужил временным мостиком. Об этом ярко свидетельствовали шлепки грязи и не высохший ещё отпечаток ладони. Выбирался он с трудом, болото засасывало, Кира с Грузилком тянули его; на брёвнах в виде следов этой борьбы остались свежие царапины.

Я прыгнул. Сделал это не останавливаясь, предварительно сняв со спины калаш и ранец. Оттолкнулся сильно и приземлялся не на ноги, а сгруппировавшись с переворотом через плечо. По-прежнему не останавливаясь побежал к следующей полынье. Та была ничуть не уже, поэтому снова пришлось прыгать. После второго кувырка открылась рана в боку. Как будто ножом полоснули — и зажгло.

Выдохнув и стараясь не думать о боли, прыгнул через третью полынью. Половина пути осталась позади. Мои уже выбрались на берег. Грузилок с Лидией скрылись в ельнике, Кира с Коптичем стояли на краю болота. Коптич замахал, знаками показывая мне за спину. Я обернулся. На гать выходили люди в плащах. Двое присели на колено, вскинули винтовки. Солнце дало блик на оптике, и в четвёртую полынью я прыгнул солдатиком. Успел раскинуть руки, но всё равно погрузился в жижу с головой. Отпустил ранец, нащупал бревно и, ухватившись за него, потянулся вверх. Высоко подниматься не стал, лишь чуть приподнял голову над гатью, чтобы видеть противника.

В бревно возле щеки ударила пуля. Несколько крупных щепок отлетели в направлении выстрела, одна, зараза, угодила мне в лоб. Боли не было, только досада. Установил поудобнее калаш и пустил в ответ длинную очередь. Стрелки прыгнули в разные стороны, зарываясь в осоку. Пользуясь моментом, подтянул ноги под себя, упёрся в бревно и оттолкнулся. Тело распрямилось как пружина, и я головой ткнулся в противоположный край. Подтянулся и выбрался на гать. Ранец остался в болоте, а вместе с ним последние наши сухпаи и пять пачек патронов.

Ладно, чего уж жалеть — поднялся и побежал.

Прикрывая меня начал стрелять Коптич. Пули летели настолько близко ко мне, что я чувствовал их горячее дыхание и шелест воздуха. Адепты тоже открыли огонь, но Коптич патронов не жалел и постоянно сбивал их с прицела. К тому моменту, когда я добежал до берега, он сменил два магазина.

Перепрыгнув последнюю полынью, я остановился и сунул меж брёвен гранату. Вот вам подарок на прощанье. Надеюсь, сработает как положено.

Пробежав последние метры, укрылся в ельнике. Прошёл ещё несколько шагов и упал лицом в мох. Мягко, прохладно. Перевернулся на спину и увидел лицо Кирюшки. Она присела передо мной на корточки и смотрела с тревогой.

— Пап, как ты?

Переход по гати меня утомил. Даже неожиданно как-то. Что тут сложного? Полоса препятствий на полигоне в Центре подготовки штурмовиков была сложнее и вытягивала все силы без остатка. А тут по прямой, через пару ямок, немного искупался, освежился, пострелял… Но почему-то чувствую себя уставшим.

Однако показывать этого не стал.

— Бывало хуже, котёнок. Намного. Но сейчас рядом со мной ты, и плохо просто быть не может, — высмотрел меж еловых лап Коптича и спросил. — Видишь кого?

— Нет, — помолчав, ответил дикарь. — Свалили. Бояться. Понимают, уроды, что мы их ждём. Как считаешь, Дон, может, передохнём, обсушимся, заодно позавтракаем? Засветло они по гати не пойдут, скорее всего, в обход рванут. Зря ты гранату в брёвна сунул. Впустую это.

— Может и зря, посмотрим. А вот позавтракать не выйдет, все наши завтраки и ужины тоже в болоте плавают.

— В мешке консервы есть, — Коптич кивнул на брошенный у дерева мешок адептов. — На сегодня хватит, а завтра посмотрим. Грузилок, долго ещё до Зелёного угла?

— Километров двадцать, — пожал плечами загонщик. — Я этой дорогой не ходил никогда, всегда в обход. Я и не знал, что по гати пройти можно. Все говорили, что сгнила она.

— Теперь и адепты знают, что по ней пройти можно, — проговорил Коптич.

Он вдруг насторожился, словно спаниель при виде утки.

— Редбули… на гать вышли. Трое. Решают, идти не идти.

Я пригнул еловую лапу и присмотрелся к противоположному берегу. Трое в гимнастёрках стояли у кромки болота и топтались. Один оглянулся, похоже, выслушал наставления, и шагнул вперёд. Опробовал на устойчивость бревно, другое. Он боялся, но боялся не идти, а нас. Значит, не дурак, понимает, что может ждать его на этом гнилом пути.

— Ну чё, Дон, завалить их? — поднимая автомат, спросил Коптич.

— Погоди, — остановил я его. — Эти не денутся никуда, если хотят, пусть идут. Валить надо тех, кто в чапыжнике. Похоже, они только и ждут, чтоб мы стрелять начали, на живца нас ловят.

Коптич помолчал, приглядываясь к редбулям. Те подошли к первой полынье и в нерешительности остановились. Один присел на корточки. Страшно, сукам.

— Дон, если стрелять не начнём, они до нас доберутся.

— Постреляем, Коптич, обязательно постреляем, не спеши только. Сделаем так. Грузилок!

— Да? — откликнулся загонщик.

— Вставай за ель. Ты самый худой, она тебя как раз прикроет. Коптич, а ты шагов на пять вправо отойди. Грузилок, по моей команде открываешь огонь по редбулям. Одну короткую, понял? Коптич, ну а мы с тобой по тем, кто по Грузилку, уяснил?

— Уяснил. Тоже, типа, на живца. Ага. Только их живцы как на ладони, а наши за деревом. Слышь, Грузилок, ты только не ссы, дерево тебя прикроет.

— Верно, — кивнул я. — Девочки, а вы отойдите подальше. Кира, консервы открой. Мы сейчас поговорим с плохими дядями и завтракать придём.

Я отступил влево, выбрал позицию, приладил автомат к ветке. Подходы на гать