"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

— А если он тебе и сейчас что-нибудь такое скажет? — поинтересовался Скай.

— Он ушел. Выжал меня, как тряпку, и убежал, — пожаловался пленник. — Наверно, ему тоже больно, когда он внутри.

Это было похоже на правду. Но верить одержимому до конца волшебник не спешил.

— А если вернется? — спросил Пит, тоже настроенный скептически.

— Он не может уйти далеко от особняка, — возразил пленник. — Кажется, ему нужен волшебник, чтобы разорвать какую-то связь. Но я не совсем понял, что это. Он мне не объяснял, я просто словно бы подслушал.

— А ты разве не волшебник? — не поверил Пит. — Колдовал-то как взаправдашний.

— Нет! — почти расплакался одержимый. — Это от духов. Ну, других духов, не страшных! Я могу прятаться. И дорогу путать, как Леший. А колдовать я не умею. Это он, когда во мне, колдует, и от этого мне очень плохо. А ему этого мало. Ему нужен настоящий волшебник! Когда он перешел в того, другого, я думал, что все. Он нашел того, кто ему нужен, и оставит меня в покое. Но он вернулся совсем злой. Хотел убить слугу и поймать волшебника. А когда не получилось, убежал.

— Зовут-то тебя как? — спросил Скай, которому история показалась вполне убедительной.

— Ник.

— Пойдем, Ник. Перекусим и подумаем, что делать дальше.

— Но смотри без фокусов! — погрозил кулаком Пит. — А то тюкну топором в порядке самообороны — и дело с концом.

— Да и тюкни, хоть мучиться больше не бу- ду, — устало ответил пленник, то ли огрызаясь, то ли всерьез. Кажется, он и сам это не вполне понимал.

У костра Скай все-таки снял ремень и повязки с рук Ника, хотя кучер смотрел на это неодобрительно и напоказ держал топор под рукой. Одержимости сейчас в пленном действительно не чувствовалось. А фокусы с невидимостью с волшебником не проходили. Вообще, уловки нечисти уступают настоящему волшебству в прямом противоборстве. Хотя, конечно же, иметь их в дополнение к основному арсеналу Скай бы не отказался.

Рассказ Ника о том, как он попал в особняк и оказался на пыточном столе безжалостного господина Юстиниана, вполне совпадал с тем, что успел понять и сам Скай. Только Ник не знал, что Юстиниан мертв: пропустил все самое интересное, пока его тело привыкало к подселенным духам. Их стремлений он, кстати, совсем не ощущал. Голосов тоже не слышал. А вот болели знаки гораздо сильнее, чем должны бы болеть порезы такой глубины. Из чего Скай сделал закономерный вывод, что так тело реагирует на вселение чужеродных сущностей. А потом появился совсем другой дух — и вот с ним Нику не поздоровилось.

Сначала Скай подумал о Темном Духе. Но, вспомнив, как ведут себя одержимые нечистью, отмел эту версию. Тот, кто хотел найти волшебника, чтобы разорвать связь, был человеком. Немертвым человеком, причем, скорее всего, волшебником. Кусочки головоломки вставали на свои места.

Теперь Скаю уже хотелось поскорее вернуться в имение и закончить наконец это проклятущее дельце. Проводить в последний путь злосчастного господина Юстиниана.

— Пит, а скажи-ка, где учится сын твоего господина? — проверил он последнюю догадку.

— В Академии Волшебников, — подтвердил подозрения кучер.

— А те, другие наследники — среди них нет магов, да?

— Ну, клясться я бы не стал. Но, кажется, нет.

— Ну теперь, по крайней мере, понятно, почему в наследники выбрали именно его. Видимо, старый господин понимал, что осталось ему недолго. Вот и примерился заполучить тело помоложе.

— А что за связь ему разорвать понадобилось?

— Призрак связан или с телом, или с домом, или с местом смерти. А волшебники умеют разрушать эту связь. Обычно для того, чтобы упокоить несчастного с миром. Но Освобождение и Упокой — это два независимых заклятья, хоть и используют их обычно в связке. Тут старик все правильно рассчитал. Могло бы и сработать.

После обеда одержимый подошел к настороженному Питу. Долго переминался с ноги на ногу, пока кучер не буркнул:

— Ну?

— Я знаю, что ты мне не веришь. Но все равно должен извиниться. Я не хотел тебя убивать, правда! Просто со зла сказал, что убил бы.

Пит помолчал немного. Потом сказал примирительно:

— В другой раз не прощу, имей в виду.

Экипаж был вымыт и блестел черным лаком. Лошадь тоже сменила масть с грязно-бурой на серую в яблоках. Но трогаться в путь к городу никому не хотелось.

Одержимый тихо сидел у колеса, обхватив колени руками.

Кучер вычесывал безупречную уже лошадиную гриву в пятый раз.

Волшебник шевелил палочкой в костре, который давно пора было залить.

В конце концов Пит не выдержал первым:

— Слушай, а может, не будем сдавать его страже? Он же как будто и правда не при делах. Пострадавший тут я, а я его уже простил. У меня к тому духу гораздо больше вопросов. — Кучер потер синяк и поморщился.

Скай улыбнулся.

— А я думал, тебе такое предложение не понравится. Вот только бросать его сейчас тоже нехорошо, а назад в особняк везти нельзя: дух в него уже дважды вселялся, в третий раз даже спрашивать не будет, войдет как к себе домой.

— Не надо в особняк! — взмолился одержимый. — Хоть в тюрьму, но только не назад.

— А я ему комнату в таверне сниму на недельку, — щедро предложил Пит. — Дождешься нас? А там придумаем, что дальше делать.

Ник кивнул.

Скай идею одобрил. Даже если одержимый сбежит, скорее всего, он уже не особо опасен. И вряд ли он побежит на каждом углу хвастать узорами на спине и новообретенными волшебными умениями. Сам понимает, что нужно помалкивать. А больше от него ничего и не требуется.

— А как у тебя с бюджетом, Пит? Мне бы кое-что прикупить в городе, исключительно для дела.

— Надеюсь, не рог единорога? — засмеялся кучер. — А то его в Скалках, поди, и не найдешь.

— Пряности, мед, травы, соль, — перечислил волшебник. — Ну и еды побольше. Магические компоненты у меня как раз есть, а того, что везде можно найти, не припас. Все думал, как понадобится — так и куплю.

— На еде мы с тобой разоримся, пожалуй, — продолжил веселиться Пит. — Я ж когда буду отчитываться за траты, мне господин не поверит, что можно столько сожрать. Придется ему тебя за обедом показывать. А если серьезно, то все будет.

Теперь сборы не заняли и четверти свечки. Экипаж бодро покатился к виднеющемуся вдали городу.

Дородная хозяйка таверны встретила их как родных. Картошка со шкварками была еще вкуснее, чем в