"Фантастика 2026-98". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Волковский

Решили заночевать в таверне, а утром сходить на рынок и выезжать обратно. Ник клятвенно пообещал сидеть в комнате и не делать глупостей. Скай ему даже верил. Одержимому в городе оказалось нелегко. Громкие звуки, прикосновения, просто проходящие слишком близко люди заставляли его вздрагивать и сжиматься в комок. Только в комнате, прижавшись спиной к стене, он наконец смог расслабиться.

Пит вечером оставил их в комнате и куда-то ушел. Обещал вернуться к ночи, но если вдруг нет, то беспокоиться все равно не надо. Скай понимающе кивнул.

У волшебника тоже были дела. Он сходил к хозяйке и одолжил небольшую ступку. Достал купленный еще в Среднем Городе пучок мяты и принялся за работу. Для отвара мята годилась и просто раскрошенная, а вот в магическое зелье нужен был тонкий порошок.

Одержимый какое-то время наблюдал за его работой, потом заскучал и уснул крепким, но беспокойным сном. Он дергался, вскрикивал и все порывался, не просыпаясь, куда-то бежать.

Пит вернулся на рассвете возмутительно довольный, чисто выбритый и в новых штанах. От него на всю комнату пахло вином и цветочными духами.

Скай, которому рядом с беспокойным одержимым спалось не слишком хорошо, встретил его кислой физиономией.

— Не превращай меня в жабу, о ужасный волшебник, — слишком громко смеялся кучер. Если бы Скай это умел, как раз сейчас он бы всерьез задумался о превращении весельчака даже не в жабу, а в таракана. Жабы — они же тоже могут громко квакать.

— Я с дарами! — Пит протянул волшебнику сверток, от которого пахло грушевым пирогом.

— Хорошо, превращение отменяется, — усмехнулся Скай, принимая пирог. — А если ты еще и попить чего-нибудь повкуснее воды раздобудешь, то я пообещаю никогда не превращать тебя в жабу.

— А я уже договорился. Сейчас Олси принесет травяной отвар. Бодрящий!

— Не быть тебе жабой, — вздохнул волшебник.

— Увы, — смиренно кивнул Пит.

На рынок пошли все вместе. Даже одержимый собрался с мыслями и заявил, что если он и сможет куда-то пойти в ближайшее время, то только в уже немножко привычной компании. А выходить ему надо — может быть, так получится что-то вспомнить.

Пит нахмурился, велел ждать в комнате и ушел. Вернулся он через полсвечки с одеждой, изрядно поношенной, но чистой, бритвой и гребешком.

— Вообще, тут в пристройке есть помывочная с чаном, и просят за это удовольствие совсем недорого. Но ждать нам тебя сейчас некогда. Так что приведи себя в мало-мальски пристойный вид — и ладно.

Скай, которому тоже очень хотелось чан теплой воды и кусок мыла, печально вздохнул.

Заметивший это Пит развел руками:

— Если мы хотим купить все самое свежее, идти на рынок надо сейчас. Осеннее торжище же — к полудню от нужных тебе трав могут только чахлые веники остаться. А еще мне все-таки любопытно с народом потрындеть. Сейчас тут со всех окрестных деревень торговцы ошиваются. Вдруг что интересное всплывет? А помывка от тебя никуда не денется, можем тут даже на лишние сутки задержаться. В городе, кстати, есть горячий ключ и на нем купальня — говорят, целебная.

Скай идею одобрил. Но смотрел он на спину переодевающегося Ника. Сейчас, при свете дня, было видно, что знаки на его коже образуют три очень похожих друг на друга круга. Словно кто-то перерисовал один и тот же рисунок трижды с небольшими отличиями. В этом было что-то неуловимо странное, но волшебник пока не мог понять что.

Скай решил, что подумает об этом позже.

Умытый, выбритый, причесанный и переодетый в чистое, Ник стал похож на ученика писаря или помощника лавочника. Ну или на студента, подумалось Скаю. Тогда и бледность была бы объяснима: много над книгами страдал. Лицо у него оказалось умное, с правильными чертами. Серые глаза смотрели внимательно, с легким прищуром. Русые волосы он собрал в короткий хвостик, и эта прическа сделала его совсем юным.

— Ник, а сколько тебе лет? — поинтересовался Скай.

Одержимый задумался, сразу став мрачнее и старше.

— Кажется, восемнадцать, — неуверенно сказал он в итоге. — Трудно вспоминать.

Скай в свои двадцать пять сразу почувствовал себя умудренным прожитыми годами старцем.

Рынок был шумен и пестр. Не так, конечно же, шумен, как столичная ярмарка. Но после тишины имения Скай чуть не оглох. Пит, на правах почти что местного, чуть ли не бегом тащил спутников мимо шерстяных платков, цветных лент и гор капусты куда-то в самые недра торжища. Наконец они миновали ряды телег, расстеленных прямо на земле дерюг и кривых переносных столиков и оказались на неширокой улочке из лавок, которые, видимо, оставались здесь и в обычные дни.

Торг здесь тоже шел бойко. Среди народа сновали лоточники с разной снедью и юркие мальчишки, при виде которых Скай порадовался, что кошель, саквояж и пояс защищены чарами.

Одержимый крепко, как маленький ребенок, держащий волшебника за руку, провожал лотки с леденцами таким тоскливым взором, что Скай решил, что непременно купит ему конфету, как только они где-нибудь остановятся. Но Пит все вел, пока они не прошли рынок до противоположного конца.

Здесь народа было меньше, а лица сосредоточеннее. На столиках и лотках лежали пучки трав, связки кореньев, стояли банки с разноцветными порошками.

Одержимый оживился. Даже отпустил руку Ская. Подошел к ближайшему прилавку и долго-долго смотрел на травы. Пит хотел уже поторопить его, но Скай остановил кучера и приложил палец к губам. Торговец насторожился было от такого пристального внимания к своему товару, но Пит показал ему кошель, и он успокоился.

Ник разглядывал травы целую вечность. Трогал, принюхивался. Выудил из кучи корешков одну связку и протянул Скаю.

— Купи! Эти из Лоннской долины, причем росли у самой воды. Самый лучший горный корень, какой только можно найти.

— А зверобой выберешь? — спросил Скай. — И медянку.

— Зверобой тут весь хороший. Любой пучок бери. А медянку в это время года только болваны покупают. Ее надо брать в конце весны и сразу ферментировать.

Торговец одобрительно кивнул и сказал, что ферментированная медянка у него как раз майского сбора. Ник потряс банку возле уха, открыл, понюхал и согласился.

Пит, которому надоело ждать, отсыпал Скаю монет на расходы — для дела же — и оставил их в травяном ряду.

— Встретимся через две свечки вон возле той башенки. Медом как раз возле нее торгуют, — кучер показал на возвышающийся над рынком шпиль и скрылся в толпе.

Скай посмотрел ему вслед и наткнулся на пристальный, внимательный