Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

Алекс внимательно осмотрел торчащее из груды тел лицо островитянина. Все следы приема геля Аместрис — магической наркоты, которая одинаково отшибала башни как людям, так и иным расам, на… лицо, пардон за каламбур.

Собственно, даже если проигнорировать черную сыпь, розоватую слюну, то самый яркий симптом использования наркоты — немного раздвоенный зрачок.

Его еще называли «козьими яйцами».

Почему «козьими» — никто не знал.

— Слишком долго объяснять, — развел руками Дум и стряхнул пепел на этот самый глаз. Тролль застонал и принялся дергаться еще активнее.

— А долбануть мне канализационным люком по башке это самое оно, да?

— На тебе как на собаке.

— Иди ты нахрен, дорогуша.

— Уже слышал нечто подобное сегодня.

— Сука! — выкрикнул Грибовкий и, оставив попытки вытащить клык, попросту стянул с себя сапог и, присмотревшись к груде тел, потянулся руками к чужому ботфорту. — Прости, любезный, будем считать это контрибуциями.

В итоге, в левом сером ботинке из нубука, правом черном, ботфорте из лакированного кож. зама, Грибовский спрыгнул на асфальт и поднял воротник запачканного зеленоватой кровью пальто.

— Я вообще не удивлен, что одна половина города хочет тебя замочить, а вторая…

— Пыталась, — Алекс похлопал по рюкзаку. — закупка прошла удачно, так что предлагаю навестить одного моего старого знакомого.

— Вот опять! — вздернул указательный палец Грибовский. — Ни пожалуйста, ни спасибо. Я, между прочим, вообще никакого отношения к этому кровососу не имею. Так что, дорогуша…

— Ну, ты ведь гвардеец, — перебил Алекс. — а теперь представь, сколько крови невинных требуется лорду-вампиру, который законсервировал себя в своей дыре.

— Законсервировал себя в своей дыре? — хмыкнул эспер.

Где-то рядом пробежал полосатый грызун из игры «Переспроси меня енот», но Алекс постарался не обращать на него внимания.

— Ну да, окей, получилось двусмысленно, но суть ты уловил.

— То есть ты меня сейчас шантажируешь?

— Даже отрицать не буду, — пожал плечами Алекс и поправил соскальзывающую лямку рюкзака.

Грибовский что-то пробурчал на своем родном языке, затем пригладил влажные от пота и чужой крови волосы и возвел горе-очи.

— Тебе кто-нибудь говорил, дорогуша, что ты редкостный мудила?

Алекс начал загибать пальцы. Когда они закончились и на второй руке, он пошел по второму кругу.

Нет, ему правда стало интересно сосчитать поштучно.

— Это риторический, проклятье, вопрос! — выкрикнул Грибовский, после чего шумно втянул воздух носом. — Ладно, поехали.

— О? Пришло время причинять добро и наносить справедливость?

— Только не думай, что я оставлю эпизод с люком не отомщенным, — Грибовский подошел к стоявшему неподалеку небольшому Фольксвагену Жук и, вырвав дверь с «мясом», кое-как уместился внутрь. — Залезай, дорогуша. Фараоны уже скоро подвалят, а мои нервы не выдержат их счастливые лица.

Алекс, поступив точно так же как и его напарник, только вместо того, чтобы отрывать дверь с петель, он попросту срезал её окутанной пламенем ладонью.

После этого, едва уместившись, и высунув ногу наружу, он уселся на пассажирское.

Грибовский к этому времени закончил шаманить с проводами под рулем и машина, недовольно прорычав двигателем, тронулась с места.

Грибовский дернул рычаг механической коробки передач (да, такие динозавры еще водились в степях Хай-гардена).

— Не задумывался подработать сварщиком?

— А ты не задумывался, почему тебе люком по башне прилетело?

— Ой, ну все, дорогуша, моя мстя будет страшна.

— Ага, — только и ответил Алекс.

Так, привлекая всеобщее внимание, лишенный дверей Жук, с двумя торчащими из салона ногами, помчался по улицам Маэрс-сити.

Глава 12

Спустя полчаса, несколько красных светофоров, на которые они пронеслись со свистом ветра под торчащими пятками, пару попыток дорожных фараонов остановить их, а так же чьи-то выбитые зубы (байкер очень неудачно подвернулся под кибернетический протез Алекса и его плохое настроение), напарники, приехали в место назначения.

Лофтовый комплекс «Райские Бани» находился на границе становящегося в последние годы модным и дорогим старого заводского района. Когда-то здесь поднимались к небу листы прокатной стали фабрик и производств. Чего здесь только не производили.

Начиная волшебным фарфором, узор на котором менялся сродни изображения в электронных фото-рамках; заканчивая фабричной, масс-маркет одеждой с какими-нибудь приятными волшебными дополнениями.

Но сейчас легкая промышленность на Острове практически полностью загнулась. Кто смог — переформатировались в нео-IT сферу, где сложно отличить технологии от магии (в прямом смысле выражения. Даже в протезе Алекса магии было намешано магии ничуть не меньше, чем проводков и плат) или в военку. А все остальные — загнулись, а их производства переместились на территорию Старой Земли, где это было дешевле и меньше законодательных препон на пути честного комерса, желающего обогатиться за счет почти бесплатного труда.

Алекс достал сигарету и закурил. В пачке осталось всего пять белых трубочек — недобрый знак. Думу никогда не везло с числом пять.

Взять хотя бы, что завтра утром ему нужно отправиться в какой-то там круиз в компании пяти бездарных студентов-светлых, над которыми у него шефство.

— И давно здесь, — Алекс еще раз посмотрел на неоновую вывеску, которой увенчали кованные ворота фешенебельного лофтового комплекса. Если не знать, что здесь когда-то производили трусы и носки, то и не догадаешься… — Райские Бани?

— Года три, — Грибовский проверил патроны в барабане и крутанув его о предплечье, захлопнул револьвер. — Стоимость квадратного метра — как в Эльфийском Квартале.

Дум присвистнул. У Эльфов всегда было больше всего денег. Кино, музыка, мода, блогинг, фото и все с этим связанное — смазливые ушастики подмяли под себя все сферы быстрых и больших денег. Не говоря уже о медицине, где они владели едва ли не половиной всех активов в мире.

Так что неудивительно, что у них имелось денег ничуть не меньше, чем у Фейри, чья история уходила корнями куда-то совсем вглубь тысячелетий.

— Я как-то брал у них люксовый номер в отеле «Лазурная Ночь», — вспомнил Дум.

— «Лазурная Ночь»? Это там где останавливалась та популярная певичка… ну, которая жениха на карьеру променяла. Постоянно забываю, как её зовут.

— Ага, — Алекс выдохнул облачко дыма. — в нем самом.

— Сука, дорогуша, иногда мне кажется, что я не на тех ребят работаю. Слышал там за ночь можно годовую зарплату отвалить.

— Учитывая твою зарплату, то её не хватило бы даже на аренду подсобки.

Поляк еще раз выругался.

Дум же, стряхнув пепел, поправил лямку рюкзака.

— Не хочешь поделиться?

— Баблом? Прости, эспер, у меня сейчас висит пара долгов этой сраной дыре, которую ты почему-то так отчаянно защищаешь и…

— Я про тролльские ништяки, — перебил Грибовский.

— Тролльские ништяки… — протянул Алекс. Он внимательно рассматривал пространство за оградой. Аккуратные лужайки, небольшие дорожки, где только на