Барон особого назначения, том 3 - Евгений Щурский

стукнув копытом о землю, единорог сорвался с места и устремился ко мне. Я решил поиграть в героя и побежал навстречу. С такими надо держать ухо востро, а ещё лучше — удивлять первым.

Я ушёл немного левее, с силой ударив в сустав передней ноги противника. Раздался гулкий хруст, а вот единорог даже не пискнул — нежить, что с неё взять! Кроме того, он попытался контратаковать тем же копытом, но подвела масса — тварь была раза в полтора крупнее тяжеловесной лошади.

Отпрыгнув в сторону, я в очередной раз пожалел о том, что так мало времени упражнялся в фехтовании. Не всё в этом мире можно решить магией, ой не всё…

Рожок круто развернулся, поднимая в воздух дорожную пыль и остановился на месте. Озлобленно фыркнув, он выпустил пар из ноздрей и замер. На его роге начала скапливаться магическая энергия.

— Твою мать… — напряжённо проскрипел я, готовясь уклоняться от грядущего луча смерти или чего похуже.

Почти угадал! В мою сторону с треском устремился непрерывный электрический разряд. Я пригнулся и со всей силы отпрыгнул, уходя от атаки. На этом ничего не закончилось — единорог повернул голову, вместе с ней и атака сменила направление.

Я рванул наперерез, стремительно сокращая дистанцию, а за мной тянулся луч, моментально превращающий лужайку в тлеющие угли.

В этом мире не было маны, а значит, он использовал ту, что каким-то образом сохранил в своём источнике. Тактику я выбрал простую, но эффективную — взять врага измором. Пусть побесится, фаерболами меня закидает… А там уж настанет и мой черёд!

На миг Рожок остановил бесконечный молниевый поток. Я подскочил в три широких прыжка и попытался срезать магический рог. Не судьба — с рога сорвался плотный сгусток какой-то дряни и с силой ударил меня в бок.

Отшвырнуло меня знатно — земля ушла из-под ног, а противник в моих глазах начал стремительно отдаляться. Моноферритная броня отработала как надо, но я отчётливо слышал хруст рёбер.

На меня уже неслась здоровенная туша с рогом наперевес, так что распивать зелья времени у меня не было. Натужно крякнув, я стиснул зубы и поудобнее перехватил меч.

Выпад, скачок в сторону. Зараза! Никто не попал.

— Доставай меч, — крикнул я. — Или до конца времён за мной бегать будешь?

— Нет меча, — сухо проскрипел единорог, остановившись в десятке метров от меня. — Тебе и без него придёт конец!

— Удиви, — я сплюнул на землю сгусток крови, скопившейся во рту. Нужно было срочно заканчивать этот цирк.

Противник громко фыркнул, в очередной раз ударив копытом по земле. А что, если… Я напрягся, пытаясь выдавить хоть каплю маны. Да! Мне удалось поставить перед собой небольшой щит бездны, в который тут же прилетела молния врага. Видать, у неживого короля пони был сильный магический фон, раз уж мне удалось впитать крупицы маны!

Энергия разливалась по телу, наполняя его живительной прохладой, источник стремительно заполнялся, свободной рукой я уже готовил к атаке копьё бездны.

Заклинание сорвалось с моей руки без звука, треска, его даже не видно было почти, но этого хватило, чтобы сильно ранить единорога в бок. Прервав свою атаку, он хрипло взревел и завалился на бок, оставшись без движения. Я подошёл ближе, не отрывая взгляда от его печального, уставшего глаза, неотрывно наблюдающего за мной.

— Хорошая битва, — сказал я, занося свой меч над шеей противника. Реакции не последовало и мой удар поставил точку в этой битве.

На мгновенье мне показалось, что я всё понял. Он каким-то образом сообщил мне за долю секунды всю свою историю. О том, как пришёл в этот мир, как стал его богом, как, не найдя утешения, влился в ряды добрых пони. О том, чем это всё закончилось.

— Чего завис? — подошёл ко мне Романов. — Сигаретку?

— Даже две, — отрешённо сказал я, наблюдая за тем, как противник медленно обращается в прах. — Саш, чего они такие странные все?

— Говорю же, Янчик, — мужик крепко затянулся, — в душе я не чаю, почему к тебе эта погань липнет. Что не поход, то драма в трёх актах.

— И зажигалку, будь добр…

— С зажигалкой каждый может, — рассмеялся наставник. — Спроси у пони, уж как-то поджечь они нас хотели!

— Давай уже!

— Да держи, держи! Чего злой такой?

— Не знаю, — я присел на одно колено, просеивая меж пальцев прах единорога, рассыпающийся горстью радужных блёсток. — Наверное, просто устал.

Я сидел на выжженной поляне и смотрел в сторону деревни в паре десятков шагов отсюда. За моей спиной сиял манящий портал. Раньше всё было проще — пришёл, увидел, победил. Теперь же, когда приходилось противостоять разумным существам, всё больше казалось, что новая жизнь мало чем отличается от предыдущей.

От кучки пони, столпившейся возле выхода из деревни, отделилась та, что звалась Яблочком. Она подошла неуверенным шагом, будто боясь провалиться под землю.

— И… — пони запнулась, посмотрев на пепел, собранный мной в банку. — И что теперь?

— Не сжигайте никого больше, — устало процедил я, похлопав по рукояти меча, лежавшего рядом. — И всё будет хорошо.

— Но… пророчество… — глаза пони округлились, а сама она испуганно попятилась. — Мы не можем не…

— Можете, — перебил её Сашка. — Всё вы можете!

— Господин Сянь прав, — я поднялся на ноги, не выпуская из рук банку. — Скорее всего, она питалась энергией путников, принесённых в жертву во время ваших…

— Ритуалов… — помрачнела Яблочко. — Похоже на то.

— Завязывайте с этим, — я кивнул в сторону церемониального столба. — Кто знает, может, ваш мир спасёт магия дружбы, а не жертвоприношения?

* * *

Пока ехали в поисках следующего Оазиса, случилась оказия: на дорогу выскочила косуля и скоропостижно распрощалась с жизнью, столкнувшись с толстым слоем брони нашего багги. Мы с Романовым отделались лёгким испугом, но посчитали, что это знак: время привала.

Место подобрал Райден, возражать мы не стали. Рядом журчал тонкий ручей ледяной водички, в котором каждый из нас успел как следует умыться. Вверх по течению расположился тёплый источник, а буквально в метрах пятидесяти под нами развалилась увесистая наледь.

— И я ему говорю, — Сашка ностальгирующе улыбался, нанизывая худо-бедно замаринованное мясо косули на толстый металлический шампур. — Разве это удар? И бью его в ответ, да так, что он улетает в другой конец помещения.

— И потом, небось, сказал: «Вот это удар»? — усмехнулся я, осторожно нарезая сухое полено небольшим ножиком, сотканным из бездны. В материал вошёл он как масло, можно было бы даже художественной резкой заняться, но подобными талантами меня природа не наградила. Зато щепок на костёр заготовить — это ко мне!