Спутница стража - Ольга Олеговна Пашнина

До поры до времени она просто бросала на меня настороженные взгляды, которые я принимала за привычную настороженность. От меня явно исходила враждебность и, признаться честно, я бы на себя еще не так смотрела. Но потом Марина подала голос:

– Давно ты открыла в себе дар?

– Пару недель назад, – нехотя ответила я. – Меня учит Энджин.

– Значит, пока ты мало что умеешь?

Кое-что у меня все же получалось, пока я тренировалась в комнате, изображая больную. Но об этом я решила умолчать и, пожав плечами, отвернулась. Из-за шума я не заметила, как Марина поднялась и вцепилась в мои волосы, но заорала хорошо. Не знаю, услышал ли Энджин, но даже если б услышал, на помощь прийти не смог.

– Думаешь, Нэнси Дрю13, всех победила?

Тут надо было ввернуть остроумную и емкую фразочку, но я позорно растерялась и выдала двухэтажную конструкцию. Выдала бы и трех, если б не почувствовала толчок и не задохнулась от холодного воздуха. Осознание, что меня выпихнули из вертолета, пришло секунды через две, а потом я ударилась о воду.

Слава всем стражам, летели мы низко, и я только разок хлебнула мерзкой соленой воды.

– Ах ты сука! – рявкнула я.

Фокус, который я проделала в дальнейшем, срабатывал обычно только на мелких предметах. Но гнев и шок от падения усилили способности, и я почти физически почувствовала, как волна сбивает с ног Марину. Ей не хватило совсем капельки, чтобы тоже вылететь вслед за мной. Но вертолет уже удалялся.

От обиды захотелось реветь. Чем думает Энджин? Он что, Раммштайн14 слушает там в наушниках?!

Затем я вспомнила, что на дворе сентябрь и перепугалась до смерти! Я ведь была в холодной воде Белого Моря, а она и летом не прогревается. К тому же, море глубокое. Вот всплывет сейчас подо мной подлодка, буду знать.

Но когда паника стихла, и я начала мыслить логически, пришло понимание, что… не холодно. Совсем не холодно, только мокро и неприятно. Странное ощущение: я чувствую ледяную воду, но не чувствую онемения или дискомфорта. Только тяжело плыть в куртке и ботинках. Потратив изрядное количество времени и свернувшись в позы, которые не снились ни порноактрисам, ни пловчихам-синхронисткам, я сняла ботинки, и куртку. И только потом задумалась, а что я, собственно, буду делать в открытом море?

Мама дорогая, вот это я вляпалась. Это пока они долетят, пока развернутся, и еще неизвестно, какой сюрприз устроит Марина стражу, пока он поймет, как меня искать. И будет ли вообще – фиг его знает, ибо в таких условиях человек бы не выжил точно. Я, видать, держусь за счет сил стража.

Пока я барахталась, успела окончательно запутаться, с какой стороны мы прилетели, где берег, а где остров. Со всех сторон виднелась только серая вода, она же сливалась с серым небом. У меня начала болеть голова.

– Блин!

Утонуть не утону, плаваю неплохо. В крайнем случае, просто лягу на спину и буду дрейфовать… до первого шторма. Или сдохну от голода, но шторм вероятнее, они у нас частенько бывают. Влипла, значит, влипла. И ведь не поймешь, куда плыть вообще, хотя бы пытаться. Вдруг я в Баренцево море плыву? А Энджин меня ищет в другой стороне.

Конечно, я чуть поревела, потому что такого отчаяния не испытывала еще никогда. Умирать совершенно не хотелось, но дурацкая бабская натура нашептывала лечь и пострадать. Вспомни, Инна, все приятные моменты своей жизни, посетуй, что забыла позвонить маме, что не спросила Энджина о поцелуе. Пореви, размазывая сопли, похнычь. Поори во всю глотку, в этом море явно не хватает ненормальной.

И акул! Вот акул очень не хватало, без них экшн не тот.

Вот что мне оставалось? Я плавала туда-сюда и болтала сама с собой, частью сознания понимая, что скоро так свихнусь.

– Титул «неудачница года» получает… Инна Лебедева! Спасибо, друзья, спасибо, товарищи. Очень неожиданно, что меня выбрала эта награда. Так приятно… да, конечно, я работала, чтобы получить этот титул, давно работала. Завалила экзамены, провалила поступление, связалась с Энджином – это пришлось проделать за неделю, времени не хватало. Но вот я здесь… и этот титул мой, и… я так растрогана. Хочу сказать спасибо маме… Энджину, конечно… Сучке Марине – она сыграла, можно сказать, ключевую роль… и всем, кто меня поддерживал! Только с вашей помощью, ребята! Без вас я бы не смогла!

– Очень трогательно, – произнес какой-то скрипучий и холодный голос.

Я потеряла равновесие в воде и еще разок хлебнула, но успела отплеваться. Бе-е-е!

– Глюк? – поинтересовалась я у воздуха.

Рядом никого не было, но на воде появились круги. А вскоре всплыло… то, что эти круги образовывало. Я б заорала, до горло охрипло с непривычки.

Сначала я подумала, что это женщина с очень-очень белой кожей и черными длинными волосами. Потом чудище вышло из воды полностью и словно уселось на поверхность. Руки у нее были в виде плавников, такие же белые, как лицо. Ноги… ног было много, и, заметив, как я пялюсь, она поспешно убрала их под воду, так что пересчитать я не успела. Одеждой русалка себя не утруждала.

– Ты кто? – ошалело спросила я.

– Ино, – представилась незнакомая… нечисть. – Так в корейской мифологии называют русалок, если тебе будет проще.

– Я, честно говоря, представляла себе русалку иначе. Не такой страшной.

Ино не обиделась, только фыркнула. Она меня жрать будет? Не хватало еще драться с какой-то рыбой.

– Инна, Ино, Энджин, а какие-нибудь другие буквы в вашем алфавите есть?

И снова корейская. Да откуда ж вы тут беретесь, на заработки приезжаете, что ли?!

– Я спишу твое невежество на страх перед стихией, – задрав нос, проговорила Ино. – Дай мне руку, пока ты окончательно не утонула.

– Зачем?

Я слышала миллион историй о русалках, которые топили заблудившихся путников. Меня и топить не надо было, я сама скоро б утонула, но кто ее, эту Ино, знает.

Она закатила глаза совсем по-человечески.

– Да кому ты нужна, убивать тебя? Ну, вот ты мне скажи, логика-то у тебя есть? Ты утонешь, начнешь разлагаться, отравишь воду. А у меня дети, между прочим. И все этой водой дышат. Нет уж, никаких утопленников на моей территории. Не дашь руку сейчас, дождусь, когда утонешь, и оттащу тело к берегу, – пригрозила под конец русалка.

Была не была – я протянула руку и вздрогнула от прикосновения мокрых и холодных плавников. Хуже уже точно не будет, разве что ждать, когда прилетит Энджин, но тут шанс совсем