Игры Валхаллы - Александр Владимирович Мазин

— Они и при Харальде безобразили, — заметил кто-то в толпе.

— Но не так, как нынче, — возразил Кетильфаст. — Уж я-то знаю! Они мой дом разграбили! Многих убили. И что сделал Сигурд-конунг? Наказал разбойников? Нет! Он сам как разбойник напал на наш корабль, заставил выброситься на скалы! Кто был на тинге, знает!

Народ загомонил, подтверждая.

Сигурд мрачнел, злобился. Но возразить было нечего.

— Харальд мог бы их приструнить! — давил Кетильфаст. — А ты что же? Боишься?

— Пойди и приструни, раз такой храбрый! — не выдержал Вигфус.

— Гусь! — отдернул его Сигурд. Но поздно.

— Я — ярл, — с достоинством сообщил Кетильфаст. — Вольный ярл. Разве бонды Лутабьёрга платят дань мне? Нет, они платят дань конунгу.

— Вы тоже с нас слупить страндхуг норовите! — влез третий лутабьёржец, до этого момента помалкивавший.

И тут же получил по шее от Освивра. Тот сообразил, за кого топит чужой ярл.

— Я — ярл! Ты — конунг! — с вызовом произнес Кетильфаст. — Твой долг — защитить тех, кто несет тебе долю. Иначе за что им платить тебе дань?

Риторический вопрос. Попробовали бы они не платить!

— Ты убедил меня, Кетильфаст, — сдал назад Сигурд, сообразивший, каким будет следующий ход. Силы у него и Кетильфаста примерно равны. Если население гарда решит, что Сигурд не справляется, у ярла все шансы стать конунгом.

— Я мог бы пойти в Лутабьёрг хоть завтра! — заявил Сигурд. — Но кто тогда защитит от разбойников этот гард? Например, от тебя и твоих людей, Кетильфаст?

— Ты назвал меня разбойником, Сигурд? — мгновенно вскинулся Кетильфаст.

— Стоит тебе поклясться, что не станешь злоумышлять против меня и моего города, и у меня не будет больше сомнений в твоих замыслах! — заявил Сигурд.

Молодец. Подловил. Теперь, если Кетильфаст откажется клясться, то у Сигурда будет веская и понятная горожанам причина забить на Лутабьёрг и его проблемы. А если поклянется — еще лучше. Что бы у конунга не вышло с ульфхеднарами, Кетильфаст как противник будет заблокирован.

Но Кетильфаст тоже так умел.

— Я поклянусь, — пообещал он. — Обязательно. Но ты должен доказать, что ты — конунг, а не мокрая рубаха, забытая прачкой на причале. Призови к порядку ульфхеднаров! Накажи их за преступления против твоих данников, а я поклянусь, что не стану умышлять против тебя. Что же до этого гарда, то могу без всяких условий сказать: мне нравится и он и его жители. Так нравятся, словно они мои люди, а не твои. И боги свидетели моим словам! — Кетильфаст извлек меч и воздел его на собой:

Вот так. Тоже в своем роде идеальная формулировка.

Если Сигурд согласится на нее, то фактически переуступит свое место Катильфасту, пока не укротит ульфхеднаров. Если укротит. Если то, что Санек слышал о волкоголовых правдиво хотя бы наполовину, то принудить их Сигурду не по силам. Только договариваться.

Кетильфаст свой ход сделал. Теперь очередь за конунгом. А позиция у него, прямо скажем, сомнительная.

Глава 13

Глава тринадцатая

Игровая зона «Мидгард». Уровень один

Ван или йотун?

— Я сам буду оберегать их, пока ты призовешь к порядку волкоголовых! — заявил Кетильфаст.

Народу понравилась. Загомонили одобрительно.

Народу понравилось. Сигурду — нет.

И он не сразу нашелся с ответом.

Пока конунг думал, Санек изучал его бойцов. На предмет обнаружения игроков. На площадь с Сигурдом пришли лучшие хирдманы. Во всяком случае те из них, кто не отлеживался, регенерируя полученные в битве с конунгом Ведбрандом повреждения. Но раненые никак не могли повредить Алене по той простой причине, что на захват Ведбрандова гарда их не брали. Так что если в команду конунга затесался игрок, то сейчас этот персонаж должен быть здесь, на площади.

Если, он не свалил вместе с дезертирами. Тогда отыскать его будет непросто. Куда отправились экс-бойцы конунга, в гарде не знали. Это Санек уже успел выяснить. Родни у ушедших здесь у них не было. А если и была, то родством не хвасталась. Скорее всего самого Сигурда блудные вояки тоже не проинформировали о том, куда отправились. Рано или поздно это выяснится, но «поздно» Санька не устраивает категорически.

Хирдманы Сигурда стояли не строем, а гурьбой, так что Саньку ничто не мешало прогуливаться между ними и приглядываться. К рукам. А заодно и к оружию. Вдруг у кого-нибудь тоже обнаружится что-то артефактное.

Ничего. Ни меток, ни игровых… предметов.

Все, чего добился Санек, это косых взглядов в свою сторону. Но дальше взглядов дело не зашло. Все видели, что он пришел с Кетильфастом. А только что они вместе Сигурдом вместе вышли из его резиденции. И его бой с Альвом тоже видели. Так что задираться не спешили. Смотрит и смотрит. Не до того сейчас. По всему выходило: Сигурду все-таки придется идти к волкоголовым. И это не радовало ни его, ни хирдманов конунга.

Тем временем дикуссия вышла на пик.

Сигурд рычал на всех, Кетильфаст басом подавал реплики, на которые народ гарда активно реагировал.

Если бы не отсутствующие здесь волкоголовые, Кетильфаст и Сигурд, возможно, сцепились бы прямо сейчас. И поставил бы Санек на ярла. Насколько крут в бою Сигурд Санек не знал, но конунг явно был не на пике формы после ранения. А Кетильфаст… Кетильфаст хорош.

Подерутся или нет?

Не подрались.

Сигурд, старательно делая вид, что не замечает провокаций, продавил компромиссное решение: он все-таки пойдет к ульфхеднарам. С большей и лучшей частью своего хирда.

Меньшая часть остается для охраны персонального имущества.

Однако и Кетильфаст вынужден был вложить свою толику в восстановление законности. Вместе с Сигурдом пойдут его люди.

Как представители общественности.

Мол, не только от своего имени говорит начинающий конунг, но и от всего военизированного викингского сообщества.

Кстати, не такой уж проигрышный ход со стороны Кетильфаста. Велика вероятность, что Сигурд забьёт на все нарушения порядка и сделает все, чтобы договориться с волкоголовыми безумцами и добиться от них хотя бы относительной лояльности. Вот тогда грустно станет уже Кетильфасту. Потому что баланс сил будет радикально смещен в пользу Сигурда. И плевать ему станет на мнение народа. Пусть к Одину обращаются, если недовольны.

На том стороны и сошлись. Конунг отбыл в резиденцию. О Саньке Сигурд забыл. Потом вспомнит, надо полагать. Не договорили же. Но сейчас у него и