Лекарь из Пустоты. Книга 4 - Александр Майерс

Вернувшись в лагерь, я вызвал к себе Демида Сергеевича и отдал приказ перевезти всех пленных офицеров в усадьбу. Несколько дней назад мы, наоборот, перевезли всех в полевой лагерь, потому что планировался обмен пленными. Но он сорвался потому, что Мессинги решили пойти в крупное наступление.

Так что даже не пришлось ничего выдумывать. Обмен сорван, убираем ценных пленников от греха подальше, вот и всё.

Я мысленно позвал Шёпота. Дух мгновенно появился передо мной и сделал лихой кульбит.

«Я здесь, я здесь! Опять сломать что-нибудь у Масингов?» — радостно завопил он.

«Пока нет. Но есть другое важное задание. Ты отправишься с партией пленных офицеров, которых после заката повезут в нашу усадьбу. Твоя задача — помочь кое-кому сделать так, чтобы один из пленников сбежал…» — сказал я и затем разъяснил Шёпоту детали плана.

«У-у… Скучища», — ответил он, когда дослушал. Что, кстати, сделал с трудом.

«Почему скучища? Ты прослушал самое интересное. Тебе предстоит сломать мотор у машины, которая будет везти пленников. А мотор-то магический. Сколько там вкусной магии, м-м. Сам бы съел», — усмехнулся я.

«Не прикалывайся надо мной! Ты не ешь магию!»

«Зато тебе она нравится. Задание понятно?»

«Понятно, понятно… Ладно, сделаю», — проворчал дух и метнулся к машинам.

Я повернулся и направился к командному пункту. Дальнейший успех операции зависит уже не от меня, Служба сама разберётся.

Ну а мне предстоит закончить войну.

Российская империя, пригород Новосибирска

Мокрые осенние сумерки быстро сгущались, превращаясь в такую же мокрую ночь. Снова дождь. Единственное, что хорошо, — во время дождя меньше обстрелов из-за плохой видимости. Можно почти не бояться, что артиллерия Мессингов ударит по грузовику.

Андрей Колесников сидел в кузове, среди других пленных офицеров. Все молчали. А о чём говорить? Их таскают туда-сюда, как невостребованный товар, а слухи о ходе войны всё менее приятные. Мессинги медленно, но верно проигрывают, а Измайловым уже кирдык.

Обидно. А в начале казалось, что это будет лёгкая прогулка — растоптать какой-то нищий баронский род и спокойно вернуться домой.

Ни хрена себе, нищий род… Они в одиночку дали такой отпор, что некоторые боевые рода позавидуют. А уж потом, когда подтянулись Строговы, стало совсем тяжело. Про Курбатовых и говорить нечего — у них не бойцы, а звери какие-то. В результате он попал в плен, и выбраться отсюда не представляется возможным.

Они проехали уже больше половины пути, миновали покосившийся указатель на деревню Калиновку, когда грузовик вдруг резко дёрнулся и с недовольным урчанием заглох. Из кабины выскочил водитель, гвардеец Серебровых, и, ругаясь на чём свет стоит, полез с фонарём под капот.

— Что там? — крикнул офицер конвоя, высунувшись из броневика, который ехал впереди.

— Мотор сдох! Непонятно, что за хрень. Ща гляну… — ответил водитель.

Охранники вышли из машин, растянулись вдоль дороги, держа оружие наготове. Ситуация не из приятных: сумерки, глушь и два десятка военнопленных, пусть и связанных. Командир конвоя отдал приказы: усилить наблюдение, никого близко к грузовикам не подпускать. Сам подошёл к сломавшейся машине, чтобы оценить ущерб.

Колесников напрягся. Просто случайность? Или что-то другое? Он ведь прекрасно помнил, на кого работал. Эти люди — мастера удобных случайностей…

Андрей оглядел других пленных. Большинство сидели, уставившись в пол, усталые и безразличные. Лишь пара человек нервно перешёптывалась, бросая взгляды на суетящихся гвардейцев. Но ничего не происходило.

Прошло несколько минут. Гвардейцы по-прежнему возились под капотом грузовика, звенели инструментами и матерились. Внезапно со стороны леса раздался резкий, сухой треск — будто сломалась большая ветка. Все охранники разом повернули головы, вскинув автоматы.

— Что за хрень? — пробурчал командир.

— Зверьё, наверное, — неуверенно предположил один из бойцов.

— Проверить! Ты и ты — только осторожно!

Двое гвардейцев медленно двинулись в сторону леса.

Всё произошло мгновенно.

Прямо из воздуха вдруг возник непроглядный серый дым. Магия, причём очень мощная. За считаные секунды всё пространство вокруг потонуло во мгле. Со стороны головы колонны послышались автоматные очереди, но звуки казались приглушёнными — магический дым их гасил.

Пленные зашевелились, зашептались. Колесников ощутил, как у него пересохло во рту. Похоже, не ошибся. Это действительно работает Служба…

Прямо перед ним, растолкав других пленных, вдруг появились двое мужчин в масках. В лицо ударил луч фонаря, и Андрей невольно зажмурился.

— Он, — коротко произнёс один из мужчин.

Колесникова рывком подняли и потащили за собой. Тот едва успевал переставлять ноги, а когда споткнулся, то его просто понесли.

Через минуту-другую они вышли из дыма на опушку леса, где уже ждал тёмный внедорожник с выключенными фарами. Андрея втолкнули на заднее сиденье. Машина тут же тронулась, почти бесшумно уходя вглубь лесной тропы.

Только когда они отъехали на приличное расстояние, и окрестности поглотила ночь, один из людей снял маску и посмотрел на Колесникова.

— Успокойтесь, старший лейтенант. Вы в безопасности.

Колесников, всё ещё не пришедший в себя, ответил не сразу.

— Кто вы?

— Майор Игнатов.

— Служба? — только и выдавил Андрей.

— Так точно. Благодарите барона Сереброва, что вы здесь. Это с его разрешения была проведена операция.

— Я больше благодарен, что барон Серебров вылечил меня от смертельной раны, — пробормотал Колесников.

— Ну, он это сделал по нашей просьбе, — пожал плечами Игнатов.

Андрей какое-то время молчал, глядя перед собой, а затем спросил:

— Что теперь?

— А что теперь? Вы официально сбежали из плена, а затем пропали без вести. Это же война, так бывает. Но ваша карьера в Службе будет продолжена.

— Продолжена?

— Конечно. Если сами захотите. Если нет… Ну, возможны варианты, какой в этом случае будет ваша дальнейшая судьба. В любом случае сначала нам с вами предстоит долгий и обстоятельный разговор. Полковник Воронцов хочет задать вам несколько вопросов.

— Хорошо, — вздохнул Андрей, будто у него был выбор.

Машина неслась сквозь ночь, увозя Колесникова прочь от войны и прошлой жизни.

И он пока что не понимал, радоваться этому или нет.

Российская империя, пригород Новосибирска, усадьба рода Мессингов

Леонид вошёл в кабинет отца, стараясь держаться уверенно. Получалось не очень. После переговоров с Серебровым он чувствовал себя так, будто его окунули в грязь лицом.

Александр Викторович сидел за столом и просматривал какие-то документы. При появлении сына он поднял голову и вопросительно приподнял бровь.

—