Кому много дано. Книга 4 - Яна Каляева

Шавуха из ларька ранним утром, когда с пацанами вывалились из клуба? Дошик ночью перед экзаменом? Или вот как-то в Тае я попытался на спор дуриан сожрать. Проиграл.

Мне их жалко! Каждое из этих воспоминаний! Ведь каждое — это я.

— Я отдам тебе воспоминание о кулинарной книге.

— О рецептах⁈

— Нет-нет, уважаемый, вовсе не о рецептах. Это книга, которую я прочитал недавно, э-э… меньше года назад. Там рассказывается о шеф-поваре, который попал в другой мир! Представляешь? И начал с самых низов, как Вышний какой-нибудь. Но, конечно, потом снова стал шеф-поваром. Во дворце.

— Э-э… — бормочет Шеф, — это правда? Есть такая книга?

— Конечно! Смотри.

Йар-хасут волосатой лапой стягивает повязку с глаз.

Лупится на меня круглыми бельмами.

— Хм, и вправду… Но погоди-ка! Это же… Это же просто ерунда какая-то! Чепуха на чепухе! В кулинарии все совершенно не так устроено! Чушь на постном масле!

— Не хочешь, не бери, — пожимаю плечами я. — Но вообще, я весь цикл тогда прочитал… зачем-то… Воспоминание комплексное и свежее! Н-нада?

Шеф краснеет, потом бледнеет, срывает колпак со лба и утирает им пот.

— Беру! — решается он. — Про весь цикл!!!

— Принято. Сделка. И про колу тоже бери. Оно, считай, в подарок.

Чувствую, что я стал как-то… легче? Или нет.

Шеф недовольно кривится.

— Мне тоже финал не понравился, — киваю ему. — Слитый! Но уговор состоялся. Ты должен мне кирпичную стену. В аренду. На одну минуту. Потом, если хочешь, можешь засовывать нас в мясорубку, в сифон или куда угодно. Но сейчас — требую своего.

Чудовищный повар скалится.

— Верно, юноша. Я тебе обещал в аренду кирпичную стену. Только вот не обещал, что с дверью! У меня на кухне две кирпичных стены! И одна из них на целую минуту твоя — изволь!!! Вот эта! Можете бошки об нее расшибить, Верхние!!! А-ха-ха-ха-ха!!!

— Ну, ты сам выбрал, — пожимаю плечами я. — Эту, значит, эту! Стало быть, я теперь хозяин этой стены и могу кое-чего поменять. Минуты хватит.

Именно на второй стене находится календарь — грубые почеркушки углем по красному кирпичу. Знаки, из-за которых Лишай и компания застряли на кухне.

Раков день, значит. А вот это — сегодняшний день.

…Опа!

— Стой! Ты чего творишь! — ревет Шеф.

Ба-бах! — Гнедич разряжает свой револьвер, и огромная бутыль с маслом, стоящая на верхней полке, разлетается на осколки. Отвлекает гада, дает мне закончить.

— Ар-ргх!

Болотник бросается к к нам — но Николенька уже разлил подсолнечное масло. Шеф рушится на пол, содрогаются стены кухни — и кирпичные, и все остальные.

Может, даже весь Дворец!

Перед яростной рожей лежащего на полу великана неожиданно возникает Лишай.

— Раков день! — торжественно провозглашает он. — Согласно древней традиции, объявляю, что ухожу с кухни Дворца Владык под руку князя Ялпоса, моего старинного боевого товарища, которого я неоднократно спасал из беды.

— И мы, и мы! — пищат сбоку Скребок, Точило и как их там. — Мы тоже к Ялпосу!

— Убью! Съем! Зажарю! — рычит Срединный.

Но мы, конечно, уже бежим. И я, и Гнедич — вслед за юркими Вышними. Подныривая под огромные столы, перебегая с одной линии на другую, чтобы Шеф не угнался.

Столы тут как для великанов — ну, собственно, для великана и сделаны. Я пробегаю под одним, не пригибаясь. Гнедич матерится и всё-таки цепляет головой столешницу.

— Коля, живой?

— «Быстрее лани бежала она», — хрипит дядя, не сбавляя темпа. — Это, блин, про меня сейчас!

Где-то за спиной что-то падает — шкафы с утварью, очевидно, — но мы уже у дальней двери. У выхода.

Лишай без усилий ее распахивает.

— За мной, Верхние! Я обещал провести Наследника Договора к Тронному залу — так и будет!

Бежим.

И вот наконец они — ворота тронного зала, в котором ведут прием Нижние Владыки. Выглядят они аляповато, как и все здесь. Массивные створки в избытке украшены орнаментами и символами — броскими, но едва ли имеющими какое-либо значение. Пару стражников в средневековых латах со скрещенными копьями я сперва принял за элементы декора, пока один из них не моргнул нарисованными поверх бельм глазами. Сбоку примостился письменный стол, за которым сидел выцветший человечек в канцелярских нарукавниках — я видел такие в фильмах о середине прошлого века. В общем, типичный Изгной — разнузданная эклектика. Это и есть Нижние, верхушка иерархии Изгноя? И стоило веками проявлять чудеса хитроумия, чтобы оказаться в позиции мебели у ворот тронного зала? Они тут даже не беседуют о жизни и не ищут развлечений, как стража на внешних воротах, а просто… исполняют функцию.

А, ладно. Не моя это печаль. Мне надо, чтобы стражи свою функцию исполнили.

Сообщаю деловито, буднично даже:

— Егор Строганов, наследник Договора, запрашивает аудиенцию у Нижних Владык.

Человечек в нарукавниках пищит «будет доложено» и ныряет в неприметную дверцу за столом. Незаметно проследовать за ним? Нет, по всему понятно, что с Нижними такие фокусы не прокатывают.

Приваливаюсь к стене и жду. От скуки разглядываю гобелен, изображающий охоту. Он словно сляпан дешманской нейросеткой — вроде фигуры охотников и дичи похожи на аутентичные средневековые рисунки, но между собой никак не взаимодействуют. Коля раздраженно сопит рядом — кажется, его тоже вконец утомила эта игра в имитацию.

Ничего, недолго осталось. За этой дверью скоро определится будущее моего рода — а заодно колонии и всего Васюганья. Мы прошли чертовски долгий путь — и вот, мы здесь. Если вдуматься, с первого дня в этом мире — с обшарпанного душа Тарской колонии — начался путь, который привел меня в эту точку.

Возвращается серенький человечек, открывает рот, чтобы сообщить ответ — и тут стражники синхронно отводят копья, и главные ворота распахиваются. Оттуда вываливается смешанная толпа — в ней и юркие карлики Вышние, и оживленно галдящие Срединные, и даже маячит бесстрастная рожа Нижнего. Все они сопровождают одну центральную фигуру — даму.

Дама молода и пронзительно красива. Это не приятная глазу красота куколки, а грация хищника. Черты лица как будто даже неправильны, зато сияют энергией и чувством превосходства. Если еще в детских мультфильмах жесткие опасные антагонистки казались вам интереснее ванильно-сиропных главных героинь, вы поймете, что я увидел.

Главное, лицо сразу показалось мне неуловимо знакомым, но по-настоящему насторожила одежда