Мастер Рун. Книга 11 - Артем Сластин

Рен облизнул пересохшие губы и начал говорить.

— В Яме около сотни деревень Корневиков. Ближайшие же семь находятся в одном-двух днях пути от нас, в каждом мы можем собрать от пяти до десятка охотников, годных сражаться и при этом не лишая женщин и детей еды и охотников. Кривой когда-то посчитал, что…

— Кривой?

— Да, мой дед не всегда был таким, в молодости он хотел того же что и я.

— Дальше.

— Двести человек, практики уровня от мышц до кожи и их хватит чтобы пробиться с боем в глубины города и добраться до сердца, выбив оттуда всю охрану древнего Стража.

— Да ты издеваешься! — я был готов прямо сейчас ударить его в лицо, этого дурного пацана.

И хотя мой возраст был меньше, то, что я сейчас видел перед собой это был упрямый фанатизм, оголтелый и безосновательный, построенный не пойми на каких фактах и теориях. Он ведь вообще не понимает, что без разведки, без серьезной подготовки начать такое дело, только поубивать людей. Если они раньше не справились, когда их было больше, то как я-то им помогу?

А затем он добавил, огоршив меня.

— А еще ты научишь нас драться.

Глава 11

Просьбу-приказ, которую я послал Бабаю, он ради разнообразия, либо понимая серьёзность ситуации, выполнил, не дождавшись моей повторной просьбы, как иногда было. Просто встал, подошел к створке, толкнул её мордой и лег поперек прохода, положив голову на лапы, тем самым давая понять, что сейчас отсюда никто не выйдет. По-моему, чувствовал он мое настроение гораздо лучше, чем я сам, а сейчас мое настроение было таким, что молоко в радиусе десяти метров от него скисло бы только от одного моего взгляда.

— Так ты говоришь, я должен учить вас драться, да? — спросил я Рена. — Вот прямо по настоящему, по-боевому махать копьями, убивать своих же соотечественников? Этого ты хочешь от меня?

Рен, видимо, еще не остывший от проведения ритуала, с белыми, уже зажившими шрамами на обеих ладонях, стоял посреди мастерской и, видимо, не совсем понимал, что происходит. Ещё минуту назад он смотрел на меня с выражением лица, как у человека, у которого все получилось, ведь по его мнению, карты легли как надо, фигуры встали, типа, партия сыграна. Ему осталось только дождаться, когда противник, то есть я, признает, что проиграл. Вот только я не собирался играть в его игры.

Подойдя вплотную, я ударил его кулаком в лицо без замаха.

Голова охотника мотнулась в бок, ноги поехали по гладким доскам, и он влетел спиной в стену мастерской, сбив с полки две заготовленные заготовки, которые вчера там ещё аккуратно сложил. Потом он сполз по стене, ошарашенный, и рука метнулась к поясу, где обычно висел нож, но не нашла его.

Замер он на полпути, потому что Рен встретил мой взгляд и, видимо, понял, что всё пошло совсем не так, как он хотел. Что я, во-первых, не злюсь, а во-вторых, у меня тоже есть, что ему сказать.

— А теперь сядь, пока я тебе еще сильнее не навалял, — сказал я ему.

Тот медленно сел, не отрывая меня глаз, и, сжимая челюсти. Выпячивал их так, что на скулах заходили желваки. На левой щеке у него наливался красным след от моего кулака.

— Вытяни правую руку, предплечье ко мне, — приказал я.

— Зачем?

Хороший вопрос, можно сказать, правильный. Я бы тоже спросил, прежде чем подставлять руку человеку, который только что врезал мне по морде. Поэтому я ответил честно.

— А что, неужели ты и правда думаешь, что сможешь меня обмануть?

Парень не шевельнулся, но лицо его дрогнуло. Мелочь, конечно, которую я бы не заметил еще полгода назад, но я уже давно не был простым смертным, и любые микродвижения мышц вокруг глаз, даже секундное сужение зрачков, я видел. Что ж, я попал, я угадал. Но я, впрочем, в этом и не сомневался. Ты хотел этого, парень, значит, это и получишь.

— Думаешь, что кровная связь — это поводок, который ты надел на своих людей и привязал ко мне? — продолжил я, садясь напротив него на стул и доставая из сумки чехол с иглами. — А сам ты типа остался свободен, да? Думаешь, теперь я буду делать то, что нужно тебе, потому что у меня на шее висит ответственность за сорок семь человек, которых я не просил? Ты убил деда, забрал его власть и пришел ко мне с готовым ошейником. Только надел ты его не на себя, парень, а на меня, через них. Так думал, да?

И тут он побледнел. Всё-таки я действительно попал в яблочко. И я увидел в его глазах немного не то, что ожидал, не страх, а понимание того, что его прочитали, как открытую книгу, и что книга эта оказалась не такой уж и хитрой, как ему казалось.

— Я не…

— Заткнись и дай сюда руку. Это приказ. Ты ослушаешься исполнить мой первый приказ?

Он ненадолго замолчал, наверное, секунд на десять. Посмотрел на Бабая у двери. Байшоу лежал с закрытыми глазами, и в его позе не было ни капли сочувствия ни к кому бы то ни было, кроме себя. Через связь я чувствовал ровное и правильное эмоциональное направление от друга. Правильно, так и надо, и этого хватало. И Рен понял, что отсюда он уже не выйдет, пока не сделает то, что я прикажу. Но всё-таки попробовать смелости у него хватило.

— А если я откажусь? — спросил Рен ровным голосом, просто задавая вопрос.

— Тогда я просто оставлю тебя в живых, встану, выйду отсюда, заберу Белого Духа и улечу. Крылья у меня есть, если ты не заметил, починить их, работы там осталась всего лишь на пару дней. А ты останешься в своей деревне и с кучей проблем, и с тем пониманием, что скоро весь твой род умрет. И все эти проблемы создал себе ты сам, избавившись от единственного человека, который умел их решать. Это я про твоего деда. Кривой сук столько лет держал деревню на плаву, а ты, в погоне ли за властью, или за мечтой, убил его. Молодец, что сказать, герой, живи теперь с этим. — а затем жестоко,