Эра скорпиона. Том 2 - Егор Серебрянский

Он услышал только первое слово и упрямо на него ответил:

— Сейчас. Или засуньте весь этот график шестиноге под хвост. Что с твоими каналами? Ты вообще в курсе, что у нас связка, по которой передается и усиливается магия — и я не из банального любопытства интересуюсь? Касалось бы это только тебя — мне бы и дела не было. Я ведь в прямом смысле прикоснулся к твоему резерву и только потом понял, в какую странную субстанцию вляпался.

Осознав сказанное, я невольно отшатнулась, а вопрос вылетел помимо моего желания:

— Ты теперь тоже заражен тленом?

— Чем?! — на высокой ноте взвизгнул Руперт.

На него я не посмотрела. Казалось, что раскрытие тайны перед тем, кто и так постоянно рядом и получает выигрыши от нашей компании, не так ужасно, как перед Лиамом с неизвестными мотивами. В ярком свете нагрудных фонарей показалось, что лицо последнего не дрогнуло — разве что кожа стала бледнее. И голос стал еще холоднее, чем обычно:

— Присоединяюсь к вопросу — чем?

Выкручиваться было поздно. После вздоха я подтвердила:

— Тленом. Я и Имиль совершили ошибку, но ему повезло меньше — он показал это от незнания, за что и поплатился. Извиняться перед тобой не стану. Я не хотела, чтобы ты ко мне прикасался, Кей пытался тебя остановить, поэтому вини только себя.

Я не кривила душой и сожалений не испытывала. В конце концов еще недавно я мечтала о смерти сына Шеллы и все еще не уверена, что он к моему делу непричастен. Вполне возможно, я и сама когда-нибудь использую этот козырь — если узнаю, что мое свержение произошло при его участии или одобрении, то лично и заявлю о том, что мы оба носим в себе тлен. Пусть Лиама уничтожат архимаги, раз моих силенок не хватает. Правда, придется отодвинуть его в конец очереди, сначала доберусь до всех, заслуживающих мести, а после уже можно будет и полечь рядом с последним.

Мой брат успешно держал себя в руках — он тоже уже осознал, что шаг назад не сделаешь, поэтому придется танцевать от той точки, в которой мы оказались:

— Северт, ты ощущаешь заражение? В этом случае тебе тоже придется молчать — никуда не денешься.

Лиам чуть опустил голову, прислушиваясь к ощущениям. После паузы неуверенно проговорил:

— Никаких изменений нет. Вначале появились странные ощущения, но потом исчезли как если бы в меня попала грязь, но потом очистилась. Все-таки мой ранг в три раза выше, каналы гораздо сильнее, чистой силы много — ее хватило, чтобы нейтрализовать искажения.

— Или тлен развернется в тебе позже, — так же монотонно продолжил Кей. — А молчать ты будешь в любом случае. Подумаешь заявить на Мину — я сразу же выдам информацию и про тебя. О вашей связке знают многие, в том числе Рист и Ири, они подтвердят. Будешь ты заражен к тому моменту или нет, уже мало кого волнует, разбираться не станут. Тленная магия пугает людей так сильно, что хватит и одного подозрения. Что, герой, подставишься ради того, чтобы сдать мою сестру?

Лиам отвел от него взгляд, вновь посмотрел на меня и прямо не ответил:

— Скрывать можно, но не до бесконечности. Рано или поздно Мина начнет с удовольствием истязать и убивать людей, такую маниакальную потребность отмечали у всех тленных магов. Когда это начнется, мы тоже продолжим молчать?

— Нет, — решительно возразил Кей. — До того момента мы найдем лекарство. Возможно, чистая мана постепенно уберет все искажения. А если нет, то обязательно отыщем еще какой-нибудь способ.

Лиам выглядел таким заторможенным, словно был не с нами, а копался в ворохе своих многочисленных знаний и всех прочитанных книг. И в итоге нехотя заявил:

— Я не знаю о лекарстве. И, похоже, никто не знает. Существуй оно, Имиля не приговорили бы так скоро — увезли бы подальше, попытались излечить, а уже потом по результатам решали бы его судьбу. Я достаточно хорошо знаю нашего ректора, он никогда не пойдет на крайние меры, если есть хоть одна возможность спасти человеку жизнь. Ладно, мы действительно потратили слишком много времени, поэтому меняем план. Эфира на первом уровне уже нет, весь собрали. Поэтому мы с Кеем спустимся на второй, добудем его и голову монстра. А вы пока найдете подходящую пещеру и разведете огонь. Так будет быстрее.

Мой брат кивнул и прикрикнул на Руперта:

— Ну, что застыл? Радуйся, что опять обошелся без грязной работы! Но на всякий случай будь внимателен — мелочевка могла сюда пробраться. Если Мина пострадает — три шкуры с тебя спущу.

— Да хватит тебе уже рычать, замотал до колик, — устало отмахнулся вор. — Вы, черти, почему и меня заодно не усыпили, прежде чем сыпать страшными тайнами? Обещаю, если я сегодня в шахте тоже случайно погибну, то останусь в этом мире призраком и найду способ свернуть вам кровь!

Кей даже не отреагировал — пошагал в темноту первым. Я с вымученной улыбкой успокоила:

— Отставить панику, никто тебя убивать не собирается. Руперт, ну ты уже с нами повязан тайными делишками — одной больше, одной меньше. Или ты думаешь, что тлен в моей крови намного серьезнее воровства у Гельта, ректора и самостоятельной очистки эфира? Наше министерство добротой не отличается, если ты еще не понял.

— Да понял я, понял, — скривился он. — А ты, маньячка, держись от меня подальше — еще не хватало и мне заразу подхватить.

Зарядил арбалет и отправил меня вперед. Ясно, не доверяет и опасается удара в спину. Про заражение тленом просто отговорился, ведь не зря же мы брошюру штудировали — к счастью, тленная магия от человека к человеку передается разве что по наследству. Про магов в связке вопрос пока остается открытым, но это не случай Руперта.

Пещеру мы выбрали ближайшую. Я колдовала небольшой огонь, надеясь, что он не выжжет весь воздух до того, как мы закончим, и раскладывала на полу нужные ингредиенты, а Руперт за ноги тащил спящих поближе, чтобы их не обглодали слепые монстры. По нашим предположениям, чудовища острее реагируют на звуки, чем на запахи, поэтому у мирно спящих большие шансы вообще не привлечь внимания хищников. Однако рисковать мы права не имели. Эту дилемму придется решить всем вместе, а пока я старалась сосредоточиться на текущей задаче.