Дипломат. Игры компромиссов - 1 - Владимир Неровитов

так держал тир в Бад-Годесберге. Его основной задачей было приглядывать за иностранцами, особенно — за сотрудниками советский дипмиссии. Он привык к семье советника, которая регулярно заходила пострелять, но сейчас, глядя им вслед, старый лис думал о том, что в этих людях что-то неуловимо изменилось.

Зотов стоял за высоким уличным столиком и с завидным аппетитом расправлялся со второй сосиской. Советник с семьей присоединились к нему.

— Приятного аппетита, Сергей Петрович! Что порекомендуете нашей принцессе?

— Думаю, для такой красавицы самый лучший выбор — это сосиска по-берлински.

— Да, папочка, по-берлински, с кетчупом и жареной картошкой!

— А много тебе не будет?

— Ну папочка!

— Ладно-ладно, уговорила! Альбина, а ты что будешь?

— Гулять так гулять! Возьми мне блютвурст с пюре.

Стрелец направился в павильон, где загадочный Клаус готовил свои чудесные сосиски, заказал жене блютвурст, дочке сосиску по-берлински, две воды и колу.

— Господин советник, а вам? Как всегда? — пришел на помощь Клаус.

— Да, — коротко кивнул тот.

— Клара, одну по-берлински с кетчупом и картошкой, один блютвурст и панхас. Один момент, — он снова обратился к Стрельцу, — на улице будете?

— Да, такая прекрасная погода, что грех прятаться в помещении.

— Напитки холодные?

— Да, кроме колы.

— Будут на столе через минуту! Приятного аппетита! Спасибо, что не забываете старика Клауса! Ваши посольские ребята точно не оставят меня без гроша, — добавил он, сердечно улыбаясь.

Возвращаясь к столику, Стрелец думал об одном: как бы не забыть название любимого блюда Басова, которое он так опрометчиво заказал, не имея ни малейшего понятия о том, что такое этот загадочный панхас.

Альбина непринужденно болтала с Зотовым, выпытывая подробности скандального рок-концерта, на котором так опростоволосилась Маргарита Сергеевна, а Танюшка с разрешения Зотова кормила хлебом ленивых жирных воробьев.

Идиллия! По другому не скажешь! Стрелец решил, что может позволить себе слегка расслабиться, но работа никак не выходила из головы. «Интересно, оба этих парня из конторы Гроссмана?» — подумал Стрелец, имея в виду и Отто, и Клауса.

* * *

Маргарита Сергеевна поправила прическу, подкрасила губы, провела пуховкой «Lancôme» по лбу и переносице. Она аккуратно защелкнула черную французскую коробочку — вещь, о которой в Союзе грезила каждая женщина и за которую была готова отдать две зарплаты, тогда как здесь эта пудра продавалась в каждом серьезном универмаге. Сменив удобные туфли на лодочки на шпильке, она нанесла пару капель французских духов и направилась в то крыло, где располагался кабинет Игоря Прокопьевича.

Она вежливо постучала.

— Кого я вижу⁈ — начал Кузнецов как ни в чем не бывало. — Не рановато ли?

— Что именно? — спросила она.

— «Climat»… не слишком ли сильный аромат для теплого весеннего дня?

— Я смотрю, товарищ Кузнецов, вы уже и в парфюмерии стали разбираться, — она почувствовала, что с этими словами почему-то улетучился весь ее гнев.

— Работа такая, — ответил он, смеясь. — Ну что, Маргарита Сергеевна, пришли отметить счастливое разрешение вашей проблемы?

— Типа того, — буркнула она.

— Поздравляю вас! — сказал он без всякой иронии.

— Да уж, вашими молитвами!

— Серафима помогла?

— Да, а что? — ответила она с вызовом.

— Да нет, ничего… Серафима Павловна у нас человек с большими связями и с большими возможностями!

— Вот и вы теперь знаете: меня есть кому защитить.

— Маргарита Сергеевна, не о том думаете!

— В смысле?

— Не о том — это значит не о том.

— Так объясните, пожалуйста, своей «непонятливой» собеседнице, — произнесла она с вызовом.

— Учитывая ваши заслуги и наши с вами… добрые отношения…

— Боюсь, они остались в прошлом!

— Так вот, учитывая ваши заслуги и наши с вами добрые отношения, я советую вам крепко подумать: во что обойдется это покровительство.

— Ну, это время покажет. В любом случае, не дороже ваших поручений! Кстати, я пришла вам сказать, что заканчиваю эти скучные шуры-муры с Басовым.

— Ну да, ну да… С Зотовым-то будет повеселее. Молодая кровь, сила так и прет через край.

— Не смейте! Это не ваше дело! — вспыхнула она.

— Моя дорогая, все, что здесь происходит, является моим делом. Все и всегда!

— Так что по поводу Басова?

— А что, разве что-то было?

— Н-не было, — ответила Берсенева, не понимая, как относиться к этому странному диалогу.

— Ну вот и славненько. Хорошего дня, Маргарита Сергеевна!

— Игорь Прокопьевич, я вообще-то пришла к вам по делу.

— Слушаю.

— Серафима Павловна просила узнать, какие помещения в посольстве мы можем использовать для «передержки»… Ой, — Берсенева смутилась.

— Да ладно. Хорошее определение. Серафима придумала? — Кузнецов оценил иронию Царевой.

— Да.

— Предлагаю пойти другим путем. Составьте список помещений, где вам будет удобно принимать, контролировать и обслуживать высоких гостей, а я отмечу, что технически возможно, а что нет.

— Спасибо!

Громко цокая тонкими каблуками, в полном недоумении она шла по посольским коридорам. Маргарита Сергеевна была на все сто уверена: Кузнецов ни за какие коврижки не даст ей так просто «соскочить», но все случилось именно так. Она чувствовала, что в этом крылся какой-то подвох, но какой — не могла себе даже представить. Поверить в душевную щедрость Игоря Прокопьевича она не могла. Не такой он был человек, да и работа его не предполагала никакого особого гуманизма.

Маргарита Сергеевна побежала к Царевой. Нет, она не собиралась обсуждать с ней нетипичную доброту Игоря Прокопьевича — ее целью был список помещений.

Воздух в приемной был наэлектризован до предела; казалось, еще чуть-чуть, и разряды станут видимыми. Серафима Павловна, не стесняясь в выражениях, распекала шеф-повара. Берсенева попала к самому финалу разборок, но быстро поняла, что проблема заключается в том, что кухня по какой-то причине прошляпила заказ продуктов для посольского приема. До заветной даты оставались считанные дни, и Москва при всем желании не могла обеспечить стопроцентное выполнение заказа. Продукты и напитки для высокой делегации уже были закуплены, упакованы и ждали своей отправки в Бонн. Но к фуршету это не имело никакого отношения.

— Амвросий Маркелович, — гремела обычно тихая и мягкая Царева, — с какого такого перепугу вы манкировали своими прямыми обязанностями? Мы пригласили двести шесть человек, а у вас запасов — на две семьи из трех взрослых и одного ребенка. Как так вышло? Или мы их песнями кормить будем?

— Серафима Павловна, за закупки у нас отвечает Курочкин, — попытался вставить повар.

— Вы предлагаете запечь для гостей товарища Курочкина? — ледяным тоном уточнила она. — Целиком или по частям?

— Серафима Павловна, ну что вы такое говорите? Это невозможно!

— Невозможно? — она приподняла бровь.

— Да. Невозможно!

— Почему?

— Он ногу сломал.

На этой реплике Маргарита Сергеевна не выдержала