Отдай мою посадочную ногу - Любовь Александровна Лукина

разрядом, причём мощность разряда увеличивается с возрастом отнюдь не в арифметической, но скорее в геометрической прогрессии… Далее. Паучки типа того, что залез в прошлый раз за пазуху, микроголовками, естественно, не лоцируются, и засеянные ими районы (сведения получены от Чаги) считаются практически безопасными. Единственная предосторожность – кожаный полог над укрытием…

Пауки размером с тарантула, скорее всего, воспринимаются микроголовками как неподвижные крупные осколки. Туземцы их побаиваются, но, кажется, только из опасения получить электрический разряд… Ну и наконец о гигантских накопителях Бальбуса, вблизи ещё не наблюдавшихся, известно, что микроголовки их «видят», «знают» и атакуют по нескольку раз в сутки…

А теперь что установить не удалось. Первое. Откуда берутся эти крохотные новорождённые паучки? Не из осколков же, в самом деле, вылупляются!.. И второе. Куда они потом деваются, когда раздобреют до стадии накопителей Бальбуса? Они же тогда скорее ворочаются, чем ползают… Может, закапываются, а дальше – под землёй, как кроты? Тогда опять же – куда?..

Ну и масса вопросов по мелочи. Каким образом они, например, добывают электрическую энергию? Химическим путём? От солнца?.. Господи, как всё просто выглядело с орбиты! Считалось, что существуют слегка разрегулировавшиеся автоматические подземные заводы, откуда разлетается и расползается вся эта металлическая погань. Какие-то подземелья были даже обнаружены в предгорьях Главного хребта. И вот нá тебе! Всё с ног на голову!

Хотя почему с ног на голову? Очень просто: накопители, набрав нужную массу, действительно зарываются в грунт, докапываются каждый до своего заводика, там их быстренько в переплав, а потом уже на поверхность вылезают готовые новенькие микрокомплексы. И тут же начинают палить друг в друга… Да, кстати! Кто с кем воюет? Тоже неплохо бы выяснить…

Главный хребет располагается где-то на юге. На севере, естественно, океан, но очень далеко. Маршруты Чага прокладывает шизофренически – мечется по степи, ведомая одной ей известными приметами, но в целом они откочёвывают к востоку, хотя через Большую реку ещё не переправлялись…

А ведь не так и далеко, должно быть, отсюда до этих таинственных подземелий в предгорьях. Интересно, знает ли о них Чага? Может, легенда какая есть. Надо бы под хорошее настроение подкатиться и спросить…

Влад запихнул последние очёски в мешок и, отступив, с удовольствием оглядел Седого. Модель моделью! Пойти, что ли, похвастаться?.. Точно! А заодно и спросить.

– Пошли, Седой! – велел Влад и, сопровождаемый важно вышагивающим зверем, двинулся к Чаге, плетущей хитрую ловчую снасть.

– А? – спросил он победно.

Хоть бы для виду обрадовалась! Встала, взглянула испуганно на красавца зверя, как-то растерянно провела рукой по шелковистой шерсти и вдруг отвернулась.

– Хороший зверь, – произнесла упавшим голосом. – Плохо.

Влад только руками развёл и пошёл вычёсывать Рыжую.

Вообще, сложно было с Чагой. Вроде и словарный запас у Влада увеличился, и грамматика прояснилась – свободно мог уже низать по нескольку слов во фразу, и всё же временами он просто отказывался понимать свою спутницу.

Разорённая степь осталась позади, места пошли, если верить Чаге, спокойные, но опять же – как ей верить?! Лицо у самой озабоченное, всё высматривает что-то, однажды вдруг ни с того ни с сего свернула в низину, чуть зверей на косогоре не покалечили! Зачем-то приказала залечь, причём сама осталась на ногах.

Влад немедленно поднялся и, осерчав, подошёл спросить, какого чёрта. Не спросил. Чага пятилась, не сводя глаз с седловины между холмами, и совершала опущенными кистями обеих рук вращательные движения, наматывая на каждую сыромятный ремень, на конце которого висел тяжёлый полированный камень с дыркой… Господи, да это же кистени! Она что, от металла собирается ими отмахиваться?!

– Металл? – туповато спросил Влад.

Она всё ещё пятилась, заворожённо куда-то глядя, и он невольно взял её за плечи, когда она буквально упёрлась в него спиной. Вздрогнула.

– Нет, – сказала она. – Не металл.

И он почувствовал, как напряжены под курткой из шерсти зверя её прямые плечи. Весело… Выходит, тут ещё водится кое-что пострашнее металла?

– Хищник? – спросил Влад, вспомнив ночные шакальи рыдания за холмом.

Чага отрицательно тряхнула головой и быстрым бесшумным шагом пошла к седловине. Влад последовал за ней, высматривая по дороге камень потяжелее. С голыми руками он уже чувствовал себя как-то неуютно. Достигнув седловины, Чага, кажется, успокоилась и позвала животных.

– Так что это было? – допытывался Влад.

Чага обернулась. За время странствий он научился неплохо различать мельчайшие изменения этого дочерна загорелого лица, но теперь оно снова показалось ему застывшим.

– Люди, – глухо отозвалась она.

15

Влад лежал в окопчике, откинув, как всегда, из упрямства кожаный полог, а над ним, в ночном сияющем звёздами небе, судя по взрёвыванию, взвизгам и прочему, шёл серьёзный бой. Временами что-то впарывалось в землю, сеялись мелкие осколки, а Влад лежал, полуприкрыв глаза ладонью, и вспоминал, какие плечи были у Чаги, когда он обнял её сзади. То есть не вспоминал – он гнал от себя это воспоминание, но оно почему-то отказывалось уходить.

Тогда он приподнялся и принялся натягивать полог, по которому немедля пробарабанила порция стальной крошки. Однако в кромешной темноте стало ещё хуже.

«Дурак! – раздражённо мыслил он. – Упёрся в свой металл и ничего уже вокруг не видишь! Она же из-за этого бесилась, неужели не ясно? Из-за этого с места срывала, придиралась к тебе из-за этого… Кстати, правильно делала! Таких придурков вообще надлежит брать за шиворот, вести в ближайшую балку и бить головой обо что-нибудь реликтовое…»

Влад злобно фыркнул и, сняв ремешки с колышков, снова откинул полог. Опустился на кошму. Шальной снарядик чиркнул сразу по двум брустверам. Дуплетом. Рявкнуло прямо в лицо, обдало землёй.

– Ноктюрно, сталь тебя порази!.. – отплёвываясь, пробормотал Влад. Тут же поймал себя на том, что впервые вместо привычного «чёрт побери» использовал местное выражение, и криво усмехнулся. Зверей он уже вычёсывает классно, роет тоже, болтать насобачился. До полной натурализации осталось совсем немного. Один шаг. Точнее, десяток шагов…

«А вот не дождёшься! – с неожиданным ожесточением, к которому, впрочем, примешивалось и злорадство, подумал он. – Умыкнула не спросясь, ноги связала, думаешь, не помню? А теперь, значит, на измор берёшь?.. Ну-ну, посмотрим, как это у тебя получится…»

Он свернул потуже седельную подушку и, пристроив её поудобнее под голову, отвернулся к земляной стенке. Прямо перед глазами, мерцая отражённым звёздным светом, копошился крохотный металлический паучок. Влад взял его двумя пальцами и, не обращая внимания на слабый укол, выкинул к лешему из ямы.

«Собственно, что меня останавливает? – мыслил он. – Обетов я никаких не давал, невеста меня на Земле не ждёт… Господи, да о чём я вообще?! Какая Земля? Какие тебе невесты? Ты в списках погибших, дурак! Тебя нет! Тебя подберут лет через тридцать. Если подберут… И вообще, что я, железный, голышом с ней купаться! По нескольку раз в сутки!..»

Влад перевернулся на четвереньки и, выпрямившись, осторожно высунул голову из