Код волхва. Книга 4 - Алексей Даньшин

— А что с ней стало?

— Это было задолго до того, как я в Киев приехал, — пожал он плечами. — Не знаю доподлинно, что там у них произошло, и кто она была такая, но говорили, что именно она Корнея к Христу привела и покрестила. А может, он и сам сподобился, чтобы она от него не ушла, и они смогли обвенчаться. Уж очень, говорят, прикипел он к ней. А потом она умерла. Вроде бы при родах. А Корней с тех пор на Господа Бога нашего очень сильно обижен стал.

Отец Анатолий перекрестился.

— На всё воля Божья!

Как-то картинка общая от этого мне немного понятнее стала. И ненависть Заболотного, и его отношение к церкви и к Горемыслу. И ко мне. Не просто он за деньги тему тогда держал, а идейный. Я думал, там только в деньгах дело было. Даже с ним договориться пытался, а его, похоже, периодически клинит на религиозной почве.

Ну, не всегда и не все вопросы решают деньги. А идейные враги самые опасные.

— Так что про Горемысла? — вернул я беседу в прежнее русло.

— А что про него? — встрепенулся священник. — Старый волхв. Сколько ему зим, уже никто и не знает. Будто бы всегда он тут был. И власти у него раньше было больше. А как начал князь Володимир церкви ставить да народ крестить, то напрямую вступать с ним в спор никто не захотел. Полезен Горемысл оказался для всех. Так и жили.

— А где бы мне почитать про все эти древние заклятия? — задал я самый важный вопрос.

— Все трактаты по старославянским волховским практикам собраны были в Константинополе, в смысле в Царьграде, в церкви Сорока Мучеников близ Форума Аркадия. Там обширные подвалы и библиотека братства. Я сам там учился.

— А на вынос там книжки и свитки дают?

Отец Анатолий с удивлением посмотрел на меня.

— Как туда попасть можно? — переспросил я на более понятном ему языке.

— Никак, — пожал он плечами. — Только члены братства и высшие иерархи церкви могут иметь туда доступ.

О как! А я бы в эту библиотеку абонемент приобрёл! А ведь ещё, небось, в Ватикане тоже книжек разных интересных полно.

— Вообще-то, — с усмешкой проговорила Ника у меня в голове специально для такого неуча, как я, — самые крупные библиотеки сейчас вовсе не в христианском мире, а у мусульман. В Кордове, столице Кордовского халифата, есть дворцовый комплекс Алькасар. Там сейчас самая большая библиотека на западе: до четырёхсот тысяч томов. А есть ещё Дом мудрости в Багдаде. И великие библиотеки в Нишапуре и Мерве.

— В Азии? Почему именно там? — мысленно удивился я.

— А как по-другому? После того как в восьмом веке новой эры в Самарканде была освоена технология изготовления бумаги, державшаяся до того китайцами в секрете, в Багдаде и других городах появились бумажные фабрики. Бумага значительно дешевле и практичнее пергамента или папируса, что позволило производить книги там в относительно больших количествах. А местные халифы и правители разных династий вкладывали огромные средства в науку. Они основывали библиотеки, привлекали лучших учёных, переводчиков и переписчиков со всего известного мира. Тырили знания отовсюду, где можно.

— Ага, или искали что-то специфическое… — задумался я.

Надо не забыть Шастуну задачку поставить, чтобы с теми самаркандцами, которым они с Михаилом камни продавали, договорился на поставку книг определённой тематики.

— А тебе зачем? — опять подала голос Ника. — Почитать нечего? Соскучился по литературе?

— Ну так у тебя ведь в базе нет учебников по местным рунным структурам? А методом тыка работать я не привык. Надо знаний набираться, чтобы опять от неожиданных сюрпризов не пострадать. Я после «дискотек» было почувствовал себя прям великим воином, что армии одним щелчком сокрушать может. А тут мне опять урок преподали. Каждый раз одно и то же: только вроде сам себя в безопасности ощущать начинаю, как люди вокруг меня умирают. А я так не люблю!

Я поблагодарил отца Анатолия и хотел уже было возвращаться домой, как он остановил меня вопросом:

— Княже, а что мне князю Ярославу-то сказать?

— Ты про то, что он тебя просил меня «посмотреть»?

— Про то, — вздохнул он. — Если раньше у тебя ауру и вовсе не видно было под амулетами, то теперь я и через них вижу, что у тебя будто светится всё. А если я вижу, то и другие «видящие» могут. И если я ему скажу, что ничего особенного в тебе не углядел, то ведь другие ему всю правду поведают. А тогда уж и я могу за ту ложь сильно пострадать.

Блин. Ника?

— Я пытаюсь. Но полностью скрыть твою матрицу сознания не получается. Я же говорила уже.

— Грёбаный самозапрет?

Я вздохнул.

— Значит, скажешь, что ничего плохого не углядел. Оно ведь и правда так? А остальное и не важно пока.

Он поклонился в пояс и даже потянулся было мне руку поцеловать. Пришлось слегка притормозить его за плечи, чтобы он тут не палил меня перед народом, которого на кладбище ныне собралось приличное количество. Всё-таки не часто князь сам приходит на похороны своих воинов. Тем более все присутствующие такие разодетые и с флагом Древлянского княжества. Даже из похорон местные умудрялись шоу делать. Вот что отсутствие телевидения и интернета с людьми делает!

…

…

Утром Елена проснулась раньше меня, и, когда я открыл глаза, она лежала рядом на боку и сверлила меня взглядом. И не улыбалась.

— Что? — я зевнул. За окном уже вовсю орали петухи, но солнце только-только показало первые лучи. Рань несусветная, можно ещё спать и спать. Князь я или не князь? — Случилось что-то?

Я спросил чисто для проформы. Ника бы меня предупредила, если бы что-то случилось. Так что происшествий никаких новых точно не было. Тут, похоже, опять сейчас тема про мою будущую свадьбу начнётся.

— По капищам ты со мной пойдёшь или мне с парнями прогуляться? — сказала она совсем не то, что я ожидал услышать.

— Можешь сама, если так хочешь. Я подскажу тебе, где ещё десяток капищ поблизости искать. Только перед этим вам новые амулеты надену и передаточные камни тебе дам. Под всеми алтарями прикопаешь. А я пока охрану дома усилю.

— Хорошо, — кивнула она и поднялась, чтобы одеться.

Вчера ночью у нас не было ничего, как-то настроение совсем не располагало к постельным играм. Но вот сейчас, когда она голая встала и сладко потянулась, во мне начало просыпаться нечто