Идеальный мир для оценщика - Натан Раух

— Да откуда ж вы все беретесь?

В доме стояло два скелета… на первом этаже.

Один спиной к двери, прямо рядом с ямой.

Ну, сам виноват. Ударом ноги чуть пониже поясницы я отправил костяного придурка к товарищам.

Второй скелет метнулся в мою сторону от лестницы. Я встретил его ударом меча. Клинок ударил в основание шеи и проскрежетал по кости. Я по инерции сделал несколько шагов вперед, войдя со скелетом в клинч.

Длинные желтые зубы клацали у моей шеи. Я повернул клинок, и челюсти твари сомкнулись на металле. Отскочив, я приготовился к новой атаке. Бродячий двигался гораздо быстрее тех скелетов, что я убивал раньше.

Уворачиваюсь от очередного удара, перебегаю в соседнюю комнату. Скелет за мной. Еще несколько ударов мечом не наносят твари никакого ущерба.

Оценка молчит, как назло.

Попавший под руку камень летит прямехонько в череп скелета, от удара рассыпается в щебенку, а скелету хоть бы хны. Опять кидается на меня, норовя снести мне голову ударом лапы. Меч отскакивает от гладкого черепа и чуть не вырывается из моей руки.

Я бросаюсь к стене, небольшая скамья лежит перевернутая неподалеку от разваленной печи.

Переворачиваю скамью и пинаю под ноги скелета. Бродячий спотыкается и падает.

Тут же подскакиваю к растянувшемуся скелету и опускаю меч ему на голову.

Бить, бить, бить. Не дать подняться. Скелет раз за разом пытается встать, но удары ему не позволяют.

Я как будто тушу разделываю. Топор бы сюда.

Меч в конце концов не только скелета превращает в труху, но и скамью в щепки.

Опускаю клинок, пальцы подрагивают. Мышцы гудят.

Переведя дух, поднимаюсь на второй этаж.

Стрелок здесь. Кресло лежит в дальнем углу комнаты, вещи из сумки разбросаны по всей комнате. Тело стрелка — у двери, словно он полз к выходу. Руки вытянуты вперед, ногти обломаны, словно он скреб каменный пол.

Умирал стрелок в агонии.

Труп изодран когтями, на нем следы зубов.

Переворачиваю мертвеца ногой. На губах стрелка желто-зеленая пена, одежда в каких-то пятнах. Так что же его убило в итоге?

— Сумка! — осеняет меня.

Вот она лежит. Арбалетный болт валяется неподалеку. Из дыры в сумке вытекает жидкость.

Твою дивизию. Сумку-то я разобрать не успел. Видимо, там были зелья, а болт перебил флаконы. Зелья среагировали и превратились в токсичную жидкость, она и отравила стрелка.

Быстро отхожу подальше от тела, вдруг испарения не рассеялись, еще надышусь и прилягу рядышком. Рассматриваю тело, пятна на одежде, сведенные в агонии пальцы, глаза, вылезшие из орбит…

[ОЦЕНКА — ур. 3

Труп обыкновенный

Тип: человек

Состояние: деактивирован, 3 часа

Опасность: отсутствует

Особенности: причины смерти — укусы зомби, обширные травмы мягких тканей, обильная кровопотеря.

Открыто: 4/8

Примечание: незадолго до смерти был отравлен алхимической субстанцией неизвестного состава]

Стрелок вдохнул пары, или жидкость попала на кожу.

— А поблизости ни аптеки, ничего. — Я сочувственно покачал головой, все-таки мучился человек сильно. А я его, бедолагу, еще ругал.

Выл и кричал стрелок именно из-за отравления. Ну а скелеты лишь довершили действие отравы и прекратили мучения стрелка.

Я невольно почувствовал уважение к стрелку. Даже отравленный, он все-таки сопротивлялся и, судя по всему, одного из скелетов завалил.

Вот так. Первый человек, с которым можно было наладить контакт.

Как-то даже печально, что ли. Могли бы поговорить… И вот из-за глупости, из-за страха и нелепой случайности человек, еще недавно полный сил, лежит куском коченеющего мяса.

— Вокруг, блин, столько ходячих мертвецов, а ты решил потратить стрелу на живого.

Я покачал головой, глядя на труп, словно он мог меня услышать…

А с другой стороны, первый выстрелил… Сам виноват.

Досадно, конечно, но ладно.

Я провел в этой комнате уже достаточно времени. Понятно, что испарения от зелий уже не опасны.

Обшариваю труп. Арбалет лежит неподалеку. Верчу его в руках.

[ОЦЕНКА — ур. 3

Арбалет «Готлег»

Тип: метательное оружие

Прочность: 85%

Точность: высокая (до 50 метров)

Скорострельность: низкая (зависит от ловкости владельца)

Открыто: 4/7

Примечание: материал ложа — аларийский дуб, материал плеч — рог безорога. Ложе универсальное, пригодно для использования как обыкновенных, так и магических болтов. Механизм взведения — железный рычаг («козья нога»). Такой тип оружия пользуется популярностью у мелких бандитов, так как не требует особого навыка стрельбы и обеспечивает высокую точность и убойную силу]

Понятно. Арбалет — оружие бандита и мародера, годится для устрашения крестьян, для выстрела из засады…

Продолжаю осмотр. Так, на поясе — небольшая сумка с болтами. Отлично, снаряды всегда пригодятся. Шипастая дубинка — очередное орудие романтиков с большой дороги. В бою с обученным воином — слабое подспорье, но пугать путников или бить исподтишка — самое то. Да и в бою со скелетом дубинка удобнее меча.

В кармане трупа нашел пару медяков.

— Дело-то у тебя совсем хреново шло, — хмыкнул я, — оно и понятно, живых в округе не осталось, а у мертвецов откуда деньги?

Собрав разбросанные по полу вещи, я упаковал их обратно в сумку.

Тот мешок, что снял с зомби-коня и который спас мне жизнь, по здравому рассуждению брать не стал — зелья внутри разбились, и ни одна оценка не могла показать, какой эффект эта смесь могла произвести не только на меня, но и на вещи в сумке.

Жалко, очень жалко…

Но лучше быть живым и без сумки, чем с сумкой, но мертвым.

Собрав все, что мог, и все, что могло быть полезным, я покинул комнату, бросив напоследок сожалеющий взгляд на сумку с зельями.

— Нельзя, нельзя, — уговаривал я сам себя.

На улице уже сумерки. Ночь — время мертвых. Возвращаться в башню сейчас — просто самоубийство.

Короткими перебежками добираюсь до дома, из которого вышел несколькими часами ранее. Внутри темно, хоть глаз выколи, но вроде пусто. Осматриваюсь. Нет никого.

В дальнем углу сбрасываю мешки с добром. Быстро набираю соломы и дерева для костра.

Сложил несколько камней — вот и очаг. В углу комнаты — чтобы с улицы не было видно. Уже привычным ударом камня о меч высекаю сноп искр. Пара минут — и языки пламени освещают сложенную из грубых камней стену.

Сижу лицом к двери — если кто войдет, то не