Тень землянки - Алла Железнова

усадил меня на стул напротив. – Ты краснеешь, словно юная девочка. – Склонился он надо мной. – А ведь мы с тобой, если отбросить годы и сверяться по биологическим параметрам – почти ровесники. Не бери в голову, я не раздражен. Или на Земле есть какие-то этические и традиционные нормы, о которых мы не в курсе?

– Нет-нет. Просто не часто случается так, что я наблюдаю за переодеванием мужчины.

– Или вообще никогда?

Я вздохнула:

– Видишь меня насквозь.

Мистиф хмыкнул, поднялся, сходил до соседнего кабинета. Чем-то постучал, погремел и вернулся ко мне с контейнерами! Он протянул мне один из них вместе с заготовленной ложкой, а один оставил себе.

– Попробуй кафаре. На вашей родине называется – мороженым.

– А что в лаборатории делает мороженое? – остолбенела я.

– Не доверяешь? – зачерпнул он первую ложку. – Зря, – и отправил ее в рот.

Я открыла свою порцию, попробовала и чуть не растаяла от удовольствия.

– Какой приятный вкус.

– В соседней комнате есть морозильная камера, я держу в ней пару порций десерта на случай, если очень увлечен работой и забываю поесть.

– Это называется маниакальным синдромом. Когда ты что-то делаешь с такой самоотдачей, что забываешь о нормальном ритме жизни. Получается, что работаешь во вред себе. Так нельзя.

– Сказал медик медику, – кивнул Мистиф, наблюдая за мной. – Нравится?

– Да. Спасибо.

– По опыту, замечал не раз, что чародейкам по вкусу сладости, они успокаиваются, стоит им их попробовать.

– И ты решил, что это обязательно сработает со мной?

– Почему нет? Ты такая же девушка. Вы очень схожи.

– Не сказала бы, – тут же приосанилась я и мимолетно оглядела свой неизменный животик, что не укрылось от глаз медика.

– Не думай о комплексах так часто. Думаешь, у меня их меньше?

– Как я раз сказала, ты… – я слегка запнулась, осознав, что вот сейчас повторить свои слова уже не так просто. – Само совершенство.

Тело мужчины напряглось, его зрачки расширились. Плечи Мистифа окутала темная дымка, но лишь на некоторое время.

«Не боишься говорить это тени в столь позднее время, да еще и в совершенно пустой лаборатории?» – вдруг пришла мысль в голову. Отчего то было совсем не страшно, а наоборот, обстановка лишь подстегивала.

– Доедай, – произнес тень на выдохе и кивнул. – Я провожу тебя к себе. Завтра занятия, тебе стоит выспаться.

– Тебе тоже не помешало бы время от времени ложиться вовремя, – скинула я с себя наваждение.

– Не в ближайшие пару недель. Но обещаю исправиться, – ответил медик с легкой улыбкой.

Уже лежа в постели, я осознала, что Мистиф принял мой комплимент, но не выказал и грамма взаимности. И как тут не думать о комплексах? Ворочалась в постели я долго. Но в какой-то момент все мысли из моей головы вытеснила вчерашняя картина бескрайней вселенной. Пришло то всепоглощающее чувство и поистине магическое притяжение к той темноте, что скрывалась за яркими звездами. Черная бездна поглощала вокруг тени и блики, протягивала свои щупальца, но не затягивала в черный омут, а снова приглашала самой сделать первый шаг в бесконечность. Сон навалился тяжелой лавиной, вертеться я перестала, слабость словно опустилась на мои плечи, стоило вытянуть руку навстречу тьме… Мне она казалась осязаемой, я не собиралась идти ей навстречу необдуманно, но хотела ощутить, словно материю.

В итоге я проспала.

Глава 11

Анна

Последние несколько дней путешествия мы с Диаром почти не общались. После его «тонких» намеков на то, что я могу быть продана кому то как рабыня, мне было не по себе. Оказаться в лапищах незнакомого ящера очень не хотелось. К Диару я привыкла, имею о нем хоть какое-то представление. При этом о нем самом я не знаю ни подробностей, ни деталей. Только разве что он пират со стажем примерно лет в сто пятьдесят. Похищал иномирцев, свозил их на Кхагар и тайные космодромы.

В атмосферу Кхагара мы вошли почти плавно, после чего сразу попали в густые темные облака. Планета встретила нас пасмурной погодой. Диар отправил несколько сообщений на ближайшую станцию, после чего обратился ко мне:

– Старайся вести себя тихо и не привлекать излишнего внимания. Любая твоя выходка может усложнить жизнь нам обоим, – он смотрел мне прямо в глаза. Вертикальные зрачки сужены, жуткие. – Атмосфера Кхагара должна тебе подойти.

Я ничего не ответила. В моем взгляде он четко видел отрешение от происходящего, обреченность. Диар связал кисти моих рук, видимо полагая, что так будет надежнее, и я не наделаю спонтанных глупостей.

По иллюминатору затарабанили дождевые капли, морось быстро переросла в ливень. Вскоре мы смогли различить космодром, отстроенный на краю бездонной пропасти. Он почти ничем не отличался от тех, что рисуют наши режиссеры в фильмах, однако необычным декором на нем оказалось обилие крупнолистовой растительности. Я даже заметила несколько вьющихся лиан, свисающих вниз, словно канаты в пустоту. Неужели я скоро смогу покинуть свою «тюрьму»? Вдохнуть свежий воздух, полный всесторонних ароматов, распрямиться, потянуться и ступить на твердую зем… Твердый кхагар?

К стыковочному отсеку, к которому наш шлюп приближался, направились два серых кхагарта, менее крупных, нежели мой похититель. Молодые? Спецформа на них сидит идеально, словно вот-вот выйдет режиссер и начнет съемку. Чуть позже из здания вышел еще один ящер. Белоснежный, довольно крупный. Он неспешно выступил под струи дождя, вызвав непроизвольное шипение Диара. Они явно знакомы, и он не рад его видеть.

– Не высовывайся, пока я не позволю.

И не думала. Когда шлюп разгерметизировался, внутрь сразу проник прохладный ветерок. Пахло сыростью, но и это немного вскружило голову и заставило мои глаза заблестеть от непрошеных слезинок.

Диар вышел первым. Несмотря на слегка потрепанный вид, он потянулся и вдохнул холодный воздух полной грудью.

– Райсан Диар! Добро пожаловать домой, – воскликнули хором серые кхагарты, почтительно склонили головы и уперли кулаки в грудь.

– Реван Ррой, реван Сиддар, – кивнул он каждому из них довольно дружелюбно.

– Искренне рады твоему возвращению, – затараторили они наперебой.

– После неутешительной вести о судьбе корабля мы не ожидали увидеть тебя в живых.

– Но ты снова словно возродился из звездной пыли. Как тебе это удается?

– Райсан Диар, с возвращением, – едко протянул белый кхагарт, поравнявшись с ними. Он надменно вздернул голову, от чего его морда стала смотреться довольно мерзко. В его позе и взгляде не было ни одного намека на почтение. Рядом с ним чешуя Диара сильно контрастировала, от чего казалась смолисто-черной.

– Райсан Мессала, – несколько мгновений воцарившуюся тишину рассекал лишь шум дождя. – Чем обязан твоему появлению?

– Возвращался с обхода и случайно услышал твой сигнал.