"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

Глава 20

«Никогда не сдавайся!»

Наконец-то центральную аудиторию доделали! И карту на потолке, и электрическое освещение, и вентиляцию. Правда, сегодня я всерьёз задумался о том, что неплохо бы и отопление установить. Зимнее солнцестояние как-никак, самая длинная ночь в году выдалась особенно холодной, даже чай, оставленный на ночь недопитым в стакане, покрылся тонким слоем льда[1].

Поэтому на утреннюю лекция я оделся соответствующе: туфли, носки, джинсы, рубашка и поверх неё — тёплая курточка, аналогично экипировались и слушатели. Если не знать, не поверишь, что вокруг «знойная жаркая Африка», а тропики начинаются всего в двух днях пешего пути на юг.

— Александр Великий своими походами изменил мир! — вещал я ученикам, преподавателям и почётным гостям. — И дело не только в его поразительных победах, но и в том, что мореплаватели расширяют наши знания о мире, а торговцы связывают открытые земли между собой. Посмотрите на фреску над входом.

Все дружно уставились на картину, изображающую «Любимца Ранхи» и его экипаж.

— Знаменитый мореплаватель Савлак Мгели исследовал Ранху до пятьдесят третьего градуса северной широты[2], его флотилия первой прошла Канал Фараонов и восстановила путь в Индию, они же открыли для эллинов и персов морской путь в Китай и обследовали не только всё его побережье, но и соседнюю с ним страну Пэкче. А сейчас его флотилия отправилась искать легендарный Южный материк.

* * *

[1] Самая низкая температура в Асуане за время письменных наблюдений была зафиксирована 06.01.1989 и составила (-2.4 С), так что отрицательная температура декабрьской ночью вполне возможна, хоть и случается нечасто. Впрочем, средне-минимальная температура декабря составляет +12 С, и тоже не особо комфортна для тамошних жителей.

[2] Судя по всему, Волк со своей командой добирался по Волге примерно до сегодняшней Сызрани. История его исследований и географических открытий кратко упоминалась в этом и предыдущем романах.

* * *

В зале восхищённо загудели. Про Южный материк и его богатства слышали многие, но только Волк и ветераны его «стаи» знали, что я эти слухи и запустил. К моему огромному сожалению, карту тех мест я помнил весьма приблизительно. Знал, что к югу-юго-востоку от Индокитая тянется цепочка больших островов, за которыми и лежит Австралийский материк. Смутно помнил названия Малаккский пролив, Сингапур, Малайзия, Индонезия, Филиппины, Папуа (Новая Гвинея) и Тимор, а также почему-то был уверен, что север австралийского материка в основном покрыт пустынями, и там непросто разжиться водой.

Но в чём я точно был убеждён, так это в том, что тридцать седьмая южная параллель пересекает Австралию по более-менее комфортным местам. Именно на это я и напирал, «продавая» Волку, Йохану Длинному и остальным ветеранам его «стаи» идею проложить путь к этому материку. Расписывал, как оттуда можно возить листья удивительных деревьев, отвар которых прекрасно помогает бороться с простудой, и диковинных зверей, которых тут с руками оторвут.

Про месторождения золота и плодородные земли я благоразумно помалкивал. Свободной земли хватало прямо на северном побережье Понта Эвксинского, и плыть за ней в такую даль незачем. А где именно искать золото на континенте размером почти с добрую половину России, я понятия не имел.

— А мореплаватели Карфагена прямо сейчас восстанавливают маршрут вдоль западного побережья Африки. Опреснители морской воды помогают им решить проблему снабжения свежей едой, выращиваемой на крепостных огородах, и водой.

— Наставник! — раздался звонкий голос какой-то молоденькой красавицы. — А почему-то же самое не делают вдоль восточного берега?

— Что значит «не делают»? — удивление из моего встречного вопроса так и сочилось. — Вы что, никогда не посещали «Кофейню»? Так сходите, она стоит прямо напротив входа в Школу.

Послышались смешки.

— Кофе там варят из зёрен «дааматской ягоды».

Кстати, теперь и мякоть не пропадала, её вместе с небольшим числом целиковых ягод заваривали. Дальше часть подавали как «дааматский чай», но куда больше уходило на изготовление ликёра, он почему-то понравился народу, хотя в будущем я его аналогов не помнил.

— Но ходят и дальше, торговля с Пунтом идёт давно, и постепенно продвигается всё южнее. Просто купцам незачем торопиться.

Я улыбнулся, переходя к следующей, более важно части своего выступления.

— И отовсюду к нам везут сырьё для химии. Соль, соду, уголь, серу и сульфиды. С далёкого Моря Белого золота везут соли брома, а из золы водорослей Эритрейского моря добывают йод. Из легендарного Альбиона везут олово, а из Индии — оксид хрома и селитру…

— И жемчуг с алмазами! — выкрикнул мальчишеский голос из задних рядов.

— Сразу видно, что вы ещё не знакомы с химией! — ответил я, прервав выступление. — С точки зрения химии алмаз ничем не отличается от угля, а жемчуг — от мела!

— Наставник! — обладатель голоса тут же встал и оказался незнакомым мне даже в лицо юнцом со жгуче-чёрной кожей. Похоже, соплеменник Трипидавра. — А почему тогда мы не делаем алмазы из угля?

— Потому что ещё не умеем! — признался я с театральным вздохом. — Я знаю, что для такого превращения нужны чудовищные давления и очень высокие температуры, причём одновременно! Но понятия не имею, как их создать.

— Вы — и не знаете⁈ — простодушно изумился он.

— Да, не знаю, и не стесняюсь в этом признаться. Эта Школа для того и построена, чтобы вырастить исследователей. Тех, кто узнает больше, кто пойдёт дальше, чем я. Когда-то род Еркатов начал восстанавливать химию, как науку, с производства спирта и уксуса. И нас сильно ограничивал дефицит серной кислоты. Теперь мы имеем огромное количества сырья, умеем повторно использовать отработанную кислоту и знаем, как увеличить её выход при помощи соединений азота. После этого нас ограничивало количество производимых оксидов азота.

— Какое ограничение? Его же сняли, открыв месторождения индийской селитры! — выкрикнул китаец Ли, так никуда и не уехавший. Теперь он был слушателем Школы, и одновременно — преподавателем палочного боя и основ китайской культуры.

— Ты не совсем прав, уважаемый! Теоретически, чисто теоретически, мы могли обойтись и без них. Сам посуди, взрослый мужчина за год способен дать примерно половину таланта мочевины. Женщина и подросток — около трети, а ребенок — примерно четверть. В одном только Египте сейчас живёт около трёх с половиной миллионов человек, а жаркое солнце позволяет выделить это столь нужное нам соединение без затрат топлива.

— Но мочевина — не оксид азота и не селитра! — стоял