Резидент КГБ. Том 2 - Петр Алмазный

И тогда я решился на отчаянный шаг.

* * *

По телевизору показывали футбол, и три охранника набились во флигель и не показывали оттуда носа. Даже двери прикрыли, чтобы их было там не слышно. Профессионалы, чего уж. Видать, считали, что тех двоих, что бродили снаружи по периметру виллы, для полного спокойствия достаточно. А их было на такое расстояние маловато. Они не заметили, как большая быстрая тень бесшумно перемахнула через стену и затаилась в саду.

Тот неудачливый охранник, кому вместо футбола выпало сидеть на посту у двери, тоже был так себе работник. Он только успел услышать за спиной шорох и почувствовать, как точка в районе шеи вспыхнула болью. Дальше он свесил голову на грудь и застыл в плетёном кресле, вытянув вперёд ноги.

Верный ключ-отмычка сделал своё дело. Дверь отворилась без щелчков и ненужных скрипов.

Внутри пахло кофе. Седого человека я отыскал в кабинете. Он сидел за столом над бумагами и задумчиво кусал карандаш. Увидев меня, человек вздрогнул. Он медленно повернулся. Карандаш бесшумно упал на ковёр, следом туда же с шуршанием спланировала пара исписанных листов.

— Вы пришли, чтобы меня убить? — спросил седой человек.

Глава 14

— Вы пришли, чтобы меня убить? — спросил меня седой человек.

Мой пиджак оттопыривался пистолетом, с этим было ничего не поделать.

— Жену не троньте… Пожалуйста… Она в этом всём ни при чём…

Человек ссутулился в кресле. Его острые плечи поникли, взгляд помертвел.

Я шагнул внутрь комнаты и аккуратно прикрыл за собой дверь.

— Нет, я не собираюсь вас убивать, сеньор Моро, — сказал я. — Моя цель состоит как раз в противоположном… Вы разрешите, я присяду?

После этого последовала пауза.

— Присаживайтесь… Конечно, садитесь…

Очки итальянского премьера растерянно блеснули. На нём был домашний спортивный костюм и тапочки. И всё равно Альдо Моро выглядел представительно и элегантно. Даже вот такой, захваченный врасплох. Вынужденный разговаривать с кем-то, прошедшим сквозь его усиленную государственную охрану подобно человеку-невидимке.

Рефлексы и умения Николая Смирнова помогли мне попасть сюда. И ещё, конечно, безалаберность итальянских охранников. Теперь нужно было говорить. Причём делать это складно и уверенно. А я, как назло, растерялся. Просто, взглянув в глаза хозяину этой виллы, я внезапно осознал масштаб его личности. Бывает такое, что на вершины власти возносит людей случайных, мелких. Но здесь был явно не тот вариант.

— На вас готовится покушение, — начал я свою подготовленную, но вылетевшую из головы речь. — Готовят его граждане Италии, при участии иностранного государства. Ваша идея «исторического компромисса» больно бьёт по правому крылу итальянского политикума. Вас решили устранить. Участвовать в заговоре могут даже те люди, которым вы привыкли доверять…

Я замолчал, собираясь с мыслями. Да, когда случилось похищение, премьера предали многие. В том числе и те, кого он считал своими близкими соратниками.

— А вы сами, простите, кто?

Воспользовавшись паузой, осмелевший Моро задал логичный вопрос.

— То есть, я хотел сказать: какое государство или, может быть, организацию вы представляете?

К тому, что этот вопрос возникнет, я был, конечно, готов. И ответил на него так, как собирался изначально:

— Это не имеет значения, господин премьер-министр. Куда важнее то, что я сейчас говорю.

Дальше я попытался убедить его, что угроза реальна и очень серьёзна. Чтобы он прислушался — и отложил все намеченные на ближайшее время встречи. В крайнем случае, принимал бы посетителей здесь, у себя в резиденции. И чтобы он, за ради бога, поменял свою охрану. И максимально её усилил. Сам факт того, что я прошёл сюда и беседую сейчас с ним, говорит о многом.

Всё плохое должно случиться в ближайшие дни. Надо постараться пережить это время без трагических потерь. А дальше — будет видно. Об этом я тоже ему сказал.

— Если существует возможность отправиться в заграничное турне, это было бы отлично, — добавил я. — Вы нужны своей стране, сеньор Моро. Поэтому вы должны сохранить себя. А для этого обязаны думать о своей безопасности.

Тут за дверью послышался неясный шум. По коридорному паркету зашелестели шаги. Я повернул голову, привстал с кресла. Потом расслабился: опасности человек за дверью не представлял.

Дверь распахнулась. В комнату заглянула женщина, невысокая и светловолосая. Немолодая. Одета она была в домашний халат.

— Кто у тебя здесь, Альдо? — спросила она, всматриваясь и близоруко при этом щурясь.

Она рассмотрела меня. То, что она увидела, ей очевидно не понравилось.

— Кто это такой? — повысила она голос. — Американцы снова взялись тебя запугивать? Уже прислали кого-то прямо сюда, к нам домой. Мерзавцы!

Её лицо сердито нахмурилось.

— Я позову Виченцо, пусть выпроводит его.

— Не надо, — устало ответил Моро. — Виченцо тут не поможет…

Женщина озадаченно заморгала. Но отступать она не собиралась.

— Как вам не стыдно! — напустилась она на меня. — Оставьте человека в покое!

Было похоже, что она вот-вот набросится на меня с кулаками.

— Тише, тише, Элеонора! — встал Моро у неё на пути. — Успокойся, дорогая. Всё хорошо. Этот человек… Он не от американцев. У нас тут всё нормально, мы уже заканчиваем.

Он мягко, но неуклонно выпроводил женщину за дверь.

— Иди, иди… Я сейчас тоже приду.

Сердитые шаги прошуршали и стихли.

Премьер-министр посмотрел на меня поверх своих узких очков. Теперь взгляд его был спокоен. И проницателен.

— Молодой человек…

Моро помолчал, подбирая слова.

— Я признателен за вашу заботу, — продолжил он. — И, мне кажется, я понимаю причину вашего беспокойства. Да, я летал в США, разговаривал с их правителями. Они давили на меня. Они там привыкли говорить с позиции силы, им плевать на наши национальные интересы… Киссинджер кричал, угрожал мне. Я, вот, имел неосторожность рассказать об этом супруге…

Моро невесело усмехнулся.

— Но я им не уступил. И дальше уступать тоже не намерен. Теперь мне нужно встретиться с американскими представителями уже здесь. Но вашей стране нечего опасаться. Я буду встречаться с ними только для того, чтобы расставить все точки над «и».

Он догадался о том, кто я и откуда. Он был умный человек.

Моро продолжил свою речь. Глаза его горели убеждённым ярким огнём.

— Моя цель — сделать Италию по-настоящему независимой, — говорил он дальше, в увлечении размахивая руками. — Чтобы мы здесь сами решали за себя. Без подсказок и рекомендаций извне. Я не дам втянуть свою страну туда, где она станет инструментом, расходным материалом в противостоянии сверхдержав. Не позволю этого сделать. Ни одной из сторон… Понимаете?

Я, конечно, понимал. У этого человека была благородная цель. Однако пистолеты-пулемёты уже лежали где-то в сарае, в неприметном