Тренировочный День 12 - Виталий Хонихоев

Венгрия, ГДР… привозила потихоньку. Плюс у папы связи в торговле, он иногда присылает всякое. А мебель — это федерация расщедрилась, когда я чемпионат Европы выиграла в составе молодёжки. Сказали — живи, Железнова, заслужила.

Виктор присвистнул, разглядывая корешки книг на полке. Собрание сочинений Дюма в красных переплётах. Хемингуэй. Ремарк. И тут же — учебники: «Спортивная физиология», «Биомеханика движений», «Английский для спортсменов».

— А это? — он кивнул на странную конструкцию в углу.

— Музыкальный центр, — гордо сказала Арина. — «Панасоник». Папа привёз из Финляндии. С колонками и эквалайзером. Хотите, музыку поставлю?

— В полночь? Соседи спасибо не скажут.

— А, точно…

Лиля прошла дальше, заглядывая в комнаты. Спальня — тоже огромная. Кровать — широкая, двуспальная, с резным изголовьем и горой подушек в шёлковых наволочках. Шкаф-купе — невиданная роскошь, с зеркальными дверцами во всю стену. Туалетный столик, заставленный флаконами духов и баночками с кремами. На стене — постер Дэвида Боуи и календарь с Аленом Делоном.

— Ванная там, — Арина ткнула пальцем. — Итальянская плитка, между прочим. И джакузи.

— Джакузи⁈

— Ну… не совсем джакузи. Но ванна финская, большая, с гидромассажем. Почти то же самое.

— Дефицитом нас, конечно, не удивишь. — сказал Виктор: — у Лильки дома у самой дефицита коробками, но чтобы все так аккуратно было. Все-таки ты Арина — перфекционистка.

— Чего?

— Отличница ты, вот что. Всегда у тебя все должно быть на «пять-с-плюсом». Понимаю, чем тебя Лилька достала…

— О! Тут конфеты шоколадные! — отзывается Лиля, которая уже залезла в сервант с головой: — у меня такие тоже есть! И… ликер немецкий! А давайте…

— Завтра у тебя соревнования. — прерывает ее Виктор: — никакого алкоголя.

— Ну вот… — расстроенная Лиля опускает бутылку: — ладно, тогда после соревнований. Отметим Аринину квартиру!

— Да я ее уже год как получила!

— Тем более. Все, я тогда в душ, Арин, полотенце большое есть?

— В шкафу, левее. Ага, вот тут… — Арина смотрит как Лиля удаляется в душ и поворачивается к тренеру: — Виктор Борисович, а что вы имели в виду, когда сказали, что знаете чем меня Лиля достала? А?

— Что? — Виктор отвлекся от изучения корешков книг на полке и повернул голову к ней: — а, ты об этом… ну, вы как Моцарт и Сальери. В смысле если бы Моцарт и Сальери оба были бы талантливые, понимаешь? Лилька периодически людей бесит, но таких как ты — вдвойне. Потому что у нее все легко получается, без усилий. Раз и в теннис десятую ракетку мира обыграла. При этом в волейболе ничуть не хуже тебя, а ты — гений поколения, высшая лига, все дела. И ты приложила немало труда. — он оглядывается по сторонам: — многие считают тебя избалованной принцессой, но твой дом говорит, что это не так. Слишком уж все аккуратно расставлено и убрано по местам. Ты работаешь над собой, работаешь тяжело, ежедневно и потому позволяешь себе критиковать других — ты считаешь, что они недостаточно стараются.

— Так и есть. — хмурится Арина: — если бы девчата из Ивановского «Текстильщика» действительно старались бы — это было бы видно. Только «девятка» молодец, вот кто выложилась на полную.

— Вот! — поднимает палец Виктор: — ты бы с Евдокией Кривотяпкиной сразу общий язык нашла. Она трудяга, которая себя не жалеет, и ты тоже. А Лилька — это же живое воплощение басни о стрекозе, которая лето красное пропела… но продолжает порхать и все у нее получается. Тебя как того муравья корежит от такого. Думаю и на турнир ты с нами поехала чтобы лично убедиться, что Лилька не везде может быть классной, хоть где-то она да проиграет.

— Да я уже лучше, чем Лилька! — вскидывается Арина: — у нее не дом а разлом хаоса и средоточие энтропии! И… готовить она не умеет, вот!

— А ты умеешь?

— … зато я молодая!

— Как сказала Мария Волокитина, этот недостаток гарантировано проходит со временем.

— Хорошо! Вот выйдет Лилька из ванной — тогда и проверим кто лучше! Виктор Борисович, вы будете судить!

— Поздно уже в игры играть, ночь на дворе, давай спать Арина…

— Ну уж нет! Лильке тоже нужно взбодриться перед соревнованиями, а меня Наташа Маркова кое-каким играм научила! Вот и скажете кто из нас лучше!

— О, боги…

Глава 14

Глава 14

Лиля проснулась от запаха кофе. Сильный и в то же время нежный аромат витал в воздухе, заставляя втянуть утро полной грудью и открыть глаза в предвкушении. Она перевернулась на спину и открыла глаза. Рядом что-то зашевелилось, засопело, буркнуло «спи, рано еще».

Она привстала на локте и посмотрела на спящую Арину Железнову, отметила, что во сне та выглядит удивительно беспомощной и милой, совсем не похожей на себя дневную. Зевнула и сладко потянулась, вытягиваясь во всю длину. Откинула одеяло и почесала голову. Свесила ноги с кровати, нашла тапочки на паркетном полу, натянула на себя большую футболку с надписью «Олимпиада-80» и изображением того самого Мишки, который улетел в свой таинственный лес. Все еще зевая во весь рот, направилась в туалет, отметила там что плитка в ванной комнате у Арины действительно итальянская, а вот мыло обычное, земляничное.

Умывшись и почистив зубы дорожной щеткой и пастой «Жемчуг», она вытерлась розовым полотенцем и вышла в коридор. Потянулась вслед за ароматом кофе.

— О, ты уже встала! — приветствовал ее Виктор на кухне, одетый только в трусы и кухонный фартук с изображением овощей: — и уже умылась! Отлично. Садись, я тут завтрак сварганил.

Лиля села и подперла голову ладошкой, изучив взглядом мускулистую спину Виктора, когда тот отвернулся к плите, потом ее взгляд опустился ниже…

— Классная задница. — сказала она и Виктор замер. Повернул к ней голову.

— Непривычно получать такие комплименты. — сказал он: — но спасибо. У тебя тоже. Ээ… давай я тебе кофе налью.

— Давай! — она еще раз зевает и потягивается: — удивительно, но я выспалась. Аринка еще спит.

— То, что она спит как раз неудивительно. — говорит Виктор, наливая кофе: — сливки? В смысле — молоком забелить? Сахар? Вот сахарница.

— Аринка вчера очень старалась. — кивает Лиля: — вот и устала. Сколько в ней энергии… — она делает