Ловец разбитых отражений - Юлия Борисовна Гладкая

Опять же, Елена Александровна прислана из Петербурга и едва ли является злодейкой. А вот новый денщик – лошадка темная. Он служил в доме негоцианта, когда там побывал незваный гость, а теперь то же самое происходит и тут. Впрочем, вор, если, конечно, это вор, забрался и к Ульяне Семеновне. Мог ли это быть Захар?

Митя вспомнил про дымоход и покачал головой. Нет, если кто и проникал в квартиру Лазина, то некто маленький, такой, что, найдя ножик, не удержится да возьмет. А вот помощником его вполне мог бы быть и денщик. Хотя, с другой стороны, Игнат Исаакович уже год как скончался, для чего было ждать так долго?

Мысли роились, набегали одна на другую. Вспомнился и сожженный дом Вареньки. Кто и что ищет? Неужто все дело в той самой кристальной подвеске?

Митя прикрыл рукой глаза, а затем, резко поднявшись, принялся за дело.

Задумка много времени не заняла. Разместив в укромных местах зеркала и снабдив их защитными заклятьями, он, прикинув, что у Стешки и без того все замечательно, перешел к следующему этапу плана.

– Стеша, – заглянул он к ведьме, которая как раз плела что-то из длинных шерстяных нитей, – я ж сказать забыл, мы у скупщика артефакт нашли, я его покамест у себя в сейф убрал, завтра уже оформлю как полагается.

Ведьма бросила взгляд на Митю:

– Ну что ж, одной проблемой меньше. Если не возражаешь, я продолжу работать.

– Да, да, конечно, ухожу, – кивнул Митя, – только ты пока остальным не говори, не хочу, чтобы Лебедева сызнова пилить начала.

Далее пройдя по коридору, он постучался в кабинет волшебницы. Елена Александровна уже вернулась из госпиталя и теперь пила чай с пирожным, принесенный Захаром.

– Вы уже тут? – как бы удивился маг. – Я вот сказать хотел, забрал у Васьки Косого кулон, вместе с прочими к Стешке в каморку убрал, самое надежное место во всей конторе.

– А почему мне не показали? – удивилась Лебедева, отставляя чашку. – Давайте я проверю, тот ли.

– Елена Александровна, завтра, все завтра, сегодня сил нет, – Митя потер плечо, – я, пожалуй, домой отправлюсь, а вы уж, будьте добры, никому не рассказывайте до завтра.

– Кому, интересно, я должна об этом рассказать? – волшебница поджала губы. – Или я, по-вашему, похожа на болтушку?

– Ни в коем разе, – заверил маг. – Засим откланиваюсь, встретимся за ужином.

Не дожидаясь ответа, Митя ушел и, дойдя до выхода, обернулся к денщику:

– А ведь как удачно нынче день прошел, – подмигнул он Захару, – и Лазина поймали, и этого скупщика нашли, а с ним и артефакт. Я его покамест в тайник в подвале убрал. Уж будьте любезны, приглядите, чтобы туда никто не лез.

– Как скажете, господин маг, – денщик поклонился.

– И никому ни слова. Что-то я разговорился сегодня, от усталости, видно. – Маг надел цилиндр и, коротко кивнув Захару, покинул департамент.

Возвращаться домой он, однако, не собирался, на вечер у мага имелись другие планы.

Заглянув в цветочную лавку и приобретя скромный, но душистый букетик фиалок, Митя направился в аптеку. Ульяна Семеновна уже ждала его на улице, то и дело поправляя атласный бант капора, глядясь, точно в зеркало, в отражение в стеклянной двери.

– Вы пришли, – обрадовалась она, завидев мага, – а я уж, право, думала, что, может, одной на променад выйти.

– А что же ваша матушка, не с нами? – уточнил маг, протягивая девушке цветы и предлагая руку.

– Ох, что вы, мамушка – моя нянька, с младенчества меня воспитывает, так-то я сирота, – Ульяна вздохнула, отвела взгляд, и Мите стало совестно, что, сам не зная того, он огорчил ее.

– Я, знаете ли, тоже бабушкой воспитан, – признался он, – так что очень вас понимаю.

– Сызмальства? – тихо спросила аптекарь.

– С отрочества, – откликнулся Митя, – у моей семьи печальная история. После пропажи младшей сестры сначала матушка покинула сей мир, а после и отец, так и оказался я в доме бабушки, а после ее ухода и вовсе возвращаться стало некуда.

– Знаете, Дмитрий Тихонович, я вас очень жалею, потому как Господь велел сирот жалеть, а ведь мы с вами сироты и есть, – Ульяна посмотрела на Митю, и тот подивился, до чего же у нее чистый взгляд, точно весеннее небо.

Он улыбнулся ей в ответ и решил, что лучшим местом для прогулки этим вечером станет набережная. Туда они и направились.

Вечер пролетел словно миг. Выпив кофе с круассанами в кафе, Митя проводил Ульяну Семеновну до дома и, откланявшись, направился к себе.

В прихожий его встретил Добряк, пес вертелся у ног, всем своим видом показывая, что скучал. Не раздумывая маг взял поводок и отправился выгулять пса. Все то время, пока Добряк, довольный свободой, носился по вечернему парку, Митя, сидя на скамейке, вспоминал давешнюю прогулку, и на сердце становилось тепло.

Вернувшись домой, он хотел незаметно проскользнуть к себе, но его выцепила кухарка.

– Что-то ты загулялся, господин маг, – Лукерья Ильинична поджала губы. – Я уже и со стола все убрала, раз барыни отужинали.

– Ну тогда и я перебьюсь, – Митя пожал плечами.

– Ну уж нет, всех подряд кормлю, а хозяина с пустым животом на покой отправлю? Как бы не так. – И кухарка, ворча под нос что-то о загостившихся дамочках, направилась на кухню, и Митя послушно направился за ней.

Перекусив хлебом с заливным да запив все квасом, он, поблагодарив кухарку, ушел спать, но будильник поставил так, чтоб завтра первым оказаться в департаменте.

* * *

Встав затемно, Митя поскорее оделся и, не выходя из комнаты, сквозь зеркало для бритья открыл портал.

К его удивлению, он вовсе не оказался первым, кто прибыл на работу. Из открытого подвала доносился шум и ругань денщика.

Хмурясь, маг спустился по ступенькам. На всякий случай заготовив заклятье, он заглянул под лестницу и крикнул:

– Захар, это ты там?

– Ох ты ж господи, – вздрогнул тот, оборачиваясь к Мите и держа кочергу наперевес, – напугали вы меня, господин маг, я-то думал, что нету тут никого.

– Я только прибыл, а ты что здесь делаешь?

– Да как что? Вот пытаюсь паровой нагреватель так подстроить, чтоб лишнего не жарил, а тепло давал в меру, на улице-то уже совсем лепота, – денщик смахнул рукой со лба выступивший пот, – но ежели вам что надо, так скажите.

– Нет, нет, ничего, разве что скажи, вчера, после моего ухода, сюда никто не спускался?

– Елена Александровна вроде как бумаги хотела искать. Но опосля передумала, сказала, завтра найдет, но я ей про наш уговор ничего не говорил, могила, –