Ловец разбитых отражений - Юлия Борисовна Гладкая

Увы, планиды нынче сошлись так, что покоя на долю мага не выпало.

Нервно и тревожно задребезжал в приемной телефон, и почти сразу послышались быстрые шаги по коридору, а за ними стук в дверь.

– Чего еще? – крикнул Митя, желая, чтоб его оставили в покое.

– Вы уж простите, господин маг, да только звонила консьержка, что на мое место заступила, велела передать: Семен заходил, а после быстро отбыл, но не с пустыми руками, а с вещами, – затараторил Захар через порог.

– Что ж, видимо, Лазин пришел в себя. А раз так, то пора наведываться к нему в больницу, – решил маг, – сообщи Степаниде Максимовне, вместе отправимся.

– Как скажете, – кивнул денщик и исчез, притворив дверь.

Митя поднялся, сделал еще глоток чая и, разминая ноющее плечо, двинулся к выходу. Стешка уже ждала его у дверей. Однако, кроме нее, тут же стояла и Елена Александровна, всем своим видом давая понять, что едет с ними.

– Госпожа Лебедева, вы куда-то собрались? – холодно спросил Митя.

– Именно так, Дмитрий Тихонович, имею задать Борису Прокопьевичу несколько вопросов.

– Поверьте, с этим я и сам справлюсь, а вы останьтесь да принимайте посетителей.

– Их нынче нет, а я заодно гляну, где у вас госпиталь. Надо знакомиться с новым городом, – отрезала волшебница и, не дожидаясь ответа, вышла за дверь. Митя только раздосадованно цыкнул, а ведьма скривилась, глядя вслед Лебедевой.

– Захар, контора на вас. Посетителям говорите, что будем позже, если что, связное зеркальце у вас на конторке, только щелкните по нему, я вас услышу.

Захар поклонился, и маг с ведьмой покинули департамент.

Елена Александровна зря времени не теряла, и на улице их уже ожидал паровик. Сев в машину, никто не спешил заводить бесед, и оттого до самого госпиталя ехали в молчании. И только душный запах лилий отражал общее настроение среди коллег.

Пройдя по аллее, ведущей к главному входу, маги вошли в здание, и их тут же окружила небывалая суета. Посетители бежали прочь. Персонал, наоборот, устремился вперед по коридорам. Обычно спокойная и размеренная жизнь госпиталя превратилась в хаос.

– У вас всегда так? – удивленно приподняв бровь, спросила Елена Александровна.

Не удостоив ее ответом, Митя выловил санитарку и, держа ее за руку, спокойно спросил:

– Что происходит?

– Больной бежал, да как бежал, напал на других и потом бежал, ох, матушка заступница, ох-ох. – Женщина перекрестилась.

– Какой больной? – Неприятное предчувствие заставило Митю повысить голос. – Говорите же, черт вас подери!

– Давешний, поломанный, – пискнула та, – с громилой своим.

– То есть как сбежал? Куда сбежал? У него же нога сломана, и голова, а полиция? Я же просил охрану приставить!

– Не могу знать, пустите ужо!

Митя разжал руку, отпуская санитарку, и быстрым шагом направился к палате Лазина. Тут-то и происходила самая толчея. Прямо на полу без сознания лежал городовой. Фуражка его слетела, а из уголка рта к полу тянулась кровяная слюна.

Стешка, не обращая внимания на персонал, тут же кинулась к лежачему, Митя же лишь мельком глянул в палату и удостоверился, что кровать пуста.

– Ах ты ж, как нехорошо выходит-то. – Маг стукнул кулаком по стене, оставив на крашеной стене щербину. – Куда он мог податься в таком состоянии? Да и почему?

Вернувшись в вестибюль, Митя, хмурясь, глянул на часы, висевшие на стене. Затем, словно что-то прикинув, поспешил к телефону и набрал номер вокзала.

– Поезд отбывает через пять минут с первого пути, – пискнула невидимая собеседница. Митя про себя чертыхнулся. Оставалась надежда, что подчиненные Егора перехватят Лазина в срок, а что, если не успеют?

Даже не поблагодарив, он бросил трубку и приготовился позвать Стешку, но рядом с ним уже стояла Лебедева:

– Чего же вы ждете, Дмитрий Тихонович? Когда Лазин уедет? Идемте же скорее.

Маг лишь на миг замялся, но после кивнул, сообразив, что волшебница и в лицо Бориса Прокопьевича знает, и опыта больше.

– Тогда вы на полетную башню, знаете ее?

– Найду, – откликнулась Елена Александровна, активируя портал. Она сделала шаг, поправляя на ходу шляпку.

– А я на вокзал, – произнес уже в пустоту Митя и не мешкая прыгнул в зеркальную гладь.

Часть 7

Один миг, и вот он уже в отдельной каморке для перемещений. Не задерживаясь, маг вышел из нее и опрометью бросился на перрон. Паровоз уже томился на путях в ожидании дальней дороги, и дым из трубы клубами вырывался, как бы негодуя за задержку.

Митя заметался среди провожающих в надежде углядеть Лазина, но все тщетно. Разномастная толпа льнула к вагону, кто махал платочком, кто утирал слезы. Тут же под ногами мелькала ребятня, занятая игрой.

Протолкнувшись к ближайшему вагону, Митя вытащил гербовое зеркальце и, стараясь перебороть общий шум, крикнул кондуктору:

– Мужчина, высокий, дерганый, с охранником громилой, был?

– Никак нет, – замотал головой кондуктор, отчего фирменная фуражка едва не слетела с головы.

– Ах ты каналья, как быть-то? – Маг огляделся. – По всем пробежать не успею.

– Так вы по вагонам пройдите, а то отправляемся ужо. – Словно в подтверждение слов кондуктора, паровоз издал пронзительный гудок. – Ну, едете?

Митя кивнул и заскочил в вагон, кондуктор последовал за ним, подняв за собой лесенку и закрыв дверь.

Едва поезд тронулся, как Митя ощутил касание магии, взглянул в зеркальце и увидал в нем Лебедеву:

– На дирижабль Лазин не садился, – доложила волшебница, придерживая шляпку от сильного ветра.

– Понял вас, – ответил маг, завершая разговор. Что ж, теперь, если негоциант не найдется тут, значит, или затаился, или бежал на машине. От подобной мысли даже скулы свело, однако ж, решив не раскисать раньше времени, Митя направился осматривать вагоны.

Как и сказал кондуктор, в его вагоне Лазина не оказалось. Впустую прошли поиски и в следующих двух, салонах первого и второго класса. Пассажиры этих вагонов, господа чопорные и скучные, невозмутимо следили за магом, проходящим мимо них.

Но вот начались вагоны третьего класса, с их деревянными скамьями, расположенными поперек, и узким проходом посередине, занятым скарбом пассажиров. Воздух, заместо ароматов духов и дорогого табака, заполнили запахи махорки, пота и простой снеди. В ушах зашумело от мужицкого гогота и надрывного плача малышей. С трудом пробираясь вперед, Митя понимал, что тут Лазину не место. Ни за какие коврижки негоциант не станет делить место с хмурыми крестьянами да горластыми тетками. Маг уже раздумывал повернуть назад, как вдруг приметил впереди широкоплечую фигуру. Она настолько выделялась на общем фоне, что не узнать в ней Семена было невозможно.

Не веря своим глазам, Митя закрутил