Ежевика и шиповник. Гончие Аннуна - Наталия Зябкова

— До меня дошли слухи, ты вышла замуж. Честно говоря, немного удивлён, выбору. Король Благого Двора вместо рыжеволосого Люциана? Одно хорошо — не Сильвара, хотя уверен, он предлагал?

— Предлагал, — не стала я увиливать. — Но у него до сих пор странные понятия о любви.

Он кивнул, соглашаясь.

— И всё-таки, за Люцианом готова отправиться даже в Аннун, хотя он и не муж? Похоже, моя Слеза сработала несколько неожиданно.

— Так бывает, не всегда брак заключается по любви.

— Я хочу услышать всю историю! — неожиданно подмигнул он. — У тебя столько приключений! Но ты права, все-таки ответная просьба у меня есть.

Его лицо посерьёзнело, а в глазах поселилась грусть.

— Моя жена, Кэрридвейн, грустит.

Я чуть не ляпнула, что понимаю её, однако сдержалась.

— Она не бывает на балах, а лесные праздники — совсем не то… У неё нет подруг. Иногда женщинам необходимо поделиться своим, сокровенно женским, тем, о чём не расскажешь мужу. Я бы хотел, когда будешь приглашать меня, позови и её тоже — вдруг у вас получится подружиться? Возможно, она станет не такой нервной и… Мне бы была приятна ваша дружба.

У меня возникли огромные сомнения в такой возможности — в последнюю нашу встречу она пыталась меня испепелить молнией… Кернунн закрыл меня собой, иначе там бы эта история и закончилась.

— Я-то с радостью, но захочет ли она?

— Если приглашение прозвучит от королевы Благого Двора, официально, она не сможет отказать.

— Даже если королева позовёт её не ко Двору, а в некий особняк между Тир Нан Ог и миром смертных?

— Главное, приглашение будет передано официально, от королевы.

Проблема! Однако, я Кернунну тоже когда-то создавала проблемы и не малые.

— Я непременно позову вас официально, дай только время.

— Не смею торопить, ваше величество! — он церемонно раскланялся, что выглядело немного комично, учитывая его обнаженный торс и свободные полотняные брюки, из которых выглядывали голые ступни.

* * *

Вернувшись в Замок Ночи, я первым делом отправилась на кухню. Как и предполагала, Броди по-прежнему был там. Пина до сих пор суетилась рядом с ним, что дало свои плоды. Домовик выглядел намного лучше — волосы его ещё покрывала корка пепла, но лицо и руки уже оттёрли при помощи кухонных полотенец, грязной грудой валявшихся в углу в ожидании стирки. Главное — он уже не рыдал, а сидел относительно спокойно у стола и что-то пил из кружки, поданной заботливой кухаркой.

— Броди! — позвала я. Он тут же отставил кружку и встал из-за стола.

— Чем я могу вам помочь, моя госпожа? — тихо проговорил он. Фанатичная готовность служить стёрла из его голоса истеричные ноты.

В голове медленно созревал безумный план. Что ж, придётся стать новым Орфеем и отправиться в настоящий ад за своей Эвридикой, то есть Люком.

— Принеси мне серебряную цепь, — я выпустила его и задумчиво похлопала указательным пальцем по губам — детская привычка, от которой королева Мэдб так и не сумела меня отучить. — Она должна быть где-то в комнате Сильвара. Толщиной с мизинец, длинная, так и лучится магией.

Можно было пойти самой, но меня наверняка сразу поймают. Сильвар всполошится, и весь план пойдёт в тартарары.

— Я пойду выручать Люка.

Не знаю, зачем сказала, но у Броди был такой несчастный вид, что капелька надежды ему не помешала бы. Как и мне.

— Как я рад это слышать!

Широкая жутковатая улыбка растянула его рот от уха до уха.

— Можно мне с вами?

— Ты уверен? — удивилась я. Насколько знаю, фейри обоих Дворов одинаково боятся оказаться в Аннуне. Мать рассказывала, много веков назад, на заре её юности, чтобы удержать Аннун в прежних границах, раз в десять лет поочередно от каждого Двора отправляли по одному фейри за его ворота. Тогда Дворы враждовали, и частенько использовали для откупа пленных.

Мэдб описывала этот аналог ада как очень холодное место, где птицы падают замертво в полёте, а воздух, выходя из лёгких замерзает, осыпаясь ледяными иглами. Там живут тёмные существа, похожие на призраков, состоящих лишь из чёрного дыма, белые гигантские арахниды, и ледяные великаны, от прикосновения которых гибнет всё живое. Они очень могущественны и сильны, но связаны Договором настолько древним, что даже Мэдб не помнила его нюансов. По тому же договору, Дворы и обязаны были платить страшную дань. Лишь раз договор нарушился, когда Дворы примирились и не пожелали отдавать ни одного из своих подданных. И тогда великаны вышли за ворота, расширяя границы ледяной пустыни и забирая жизни у всего, что попадалось у них на пути.

Альберих, Мэдб и Араун совершили невозможное — загнали ледяных великанов обратно в Аннун и закрыли врата. Араун пожертвовал собой, добровольно оставшись в Аннуне, чтобы скрепить новый договор, а Гвин Ап Нудд остался стеречь врата. Но Араун выжил, и сумел договориться с обитателями ледяной пустыни. И вот теперь Гвин пленил, и хочет занять его место? Сомневаюсь. Скорее всего, он использует силу жителей Аннуна, позволяя им бесчинствовать в разных мирах в виде Дикой Охоты. Возможно, отправляясь каждый раз с ними, Гвин пытается сохранить хотя бы видимость контроля?

Вопросы без ответов.

— Я пойду за сэром Люком даже в Аннун, — храбро сказал домовик. — Вам наверняка понадобится помощь.

— Благодарю тебя, маленький друг!

Он поклонился и исчез с тихим хлопком.

— Ариадна…ой! Ваше величество, давайте я соберу вам в дорогу провизии! — засуетилась Пина.

— Не нужно, дорогая! Мы отправимся туда, где всё есть.

Через несколько минут вновь раздался хлопок — у камина появился Броди с очень довольным лицом. Он успел вымыться и надеть другую одежду. Он подошел ко мне и с поклоном протянул серебряную цепочку, ту самую.

— Вот теперь нам нужно уходить, — сказала я, принимая её. Не думаю, что Сильвар обрадуется её пропаже.

Глава 37 Люк

Глава 37 Люк

Я выскочил из зала и бросился вперед по длинной анфиладе, продуваемой всеми ветрами. В темном небе за окнами звёзды танцевали куранту[1] под грохот пульса. Спин в руке пел любимую боевую песню, переливаясь рунами. Добежав до лестницы, я резко остановился, застав неожиданную картину: Гвин Ап Нудд стоял на коленях и держал одной рукой за морду