Бывает и хуже? Том 9 - Игорь Алмазов

Ох, очень надеюсь, что нет.

— Это замечательно, — улыбнулся я.

— Это ещё не всё, ты же это и так знал, — Чердак переступил с ноги на ногу. — Машка решила его назвать Александром. Ну, как тебя.

Ух ты. Вот этого я точно не ожидал. А приятно ведь!

— В мою честь? — переспросил я.

— В твою, — подтвердил Чердак. — Она сказала, что хотела бы, чтобы её сын был таким же умным, добрым, отзывчивым, мужественным и симпатичным. Ну короче, как ты. Да и с родами тогда ты знатно помог. Успокаивал её, говорил, что да как.

— Чердак, — проговорил я. — Это очень неожиданно. Даже слишком. Спасибо!

Меня благодарили за спасённые жизни сотни раз, и в прошлой жизни, и в этой. К этому я привык. Но вот так, чтобы в честь тебя назвали целого нового человека, который только-только пришёл в наш мир, это было что-то совсем другое.

— Да тебе спасибо, — он похлопал меня по плечу. — Ты приходи в гости как-нибудь, на тёзку посмотреть. Машка рада будет!

— Приду, — кивнул я.

— Лады, я побежал, — сказал Чердак. — Лизке надо что-то вкусное принести, она у нас голова, а мозгу сахар нужен!

Я усмехнулся такой трогательной заботе и наконец отправился на приём.

Примерно в середине приёма ко мне пришла женщина лет пятидесяти. Наталья Павловна, грузная женщина с одутловатым лицом.

— Здравствуйте, доктор, — начала она. — Не знаю, зря я пришла, наверное. У меня возраст уже… Но вот всё-таки решила сходить.

— Давайте по порядку, — мягко сказал я. — Что вас беспокоит?

— Да всё беспокоит, — она махнула рукой. — Устаю страшно. Вот вроде ночь всю сплю, а с утра бодрости никакой. Мёрзну постоянно, сейчас вот лето, а я в кофте хожу. Запорами мучаюсь. И вес набираю. Мне соседки бесконечно говорят, мол, возраст уже. Отдыхать надо больше и всё. А мне не легче.

Я слушал и мысленно уже выстраивал картину. Усталость, зябкость, запоры. Слишком уж знакомый набор, чтобы списывать его на возраст.

— Наталья Павловна, а голос у вас не менялся? — спросил я. — Не стал ниже, более хриплым?

Она удивлённо моргнула.

— А вы знаете, стал, — сказала она. — Муж даже шутил, что я как будто курить начала тайком от него.

— А кожа сухой не становилась? — спросил я.

— Сухая, — закивала она. — На локтях… Да везде! Кремами мажусь, не помогает.

— Отёчность по утрам бывает?

— Бывает, — Наталья Павловна снова вздохнула. — Встаю вся отёкшая.

— А память? Не стали ли вы рассеяннее, медлительнее? — уточнил я. — Бывает, слово на языке вертится, а вспомнить не можете?

— Ой, да постоянно! — всплеснула она руками. — Я уж думала, совсем из ума выживаю. В магазин приду и забуду, зачем пришла.

Я задал ещё несколько вопросов и перешёл к осмотру. Кожа сухая, холодная, бледная, с желтоватым оттенком. Лицо одутловатое, веки припухшие. Щитовидная железа при пальпации чуть увеличена, плотноватая. Проверил рефлексы, постучав молоточком по сухожилию под коленом. Вообще молоточек иметь терапевту было необязательно, но я всё равно пользовался им во время осмотров. Нога после удара возвращалась в нужное положение медленнее обычного.

— Пульс у вас редкий, — заметил я. — И давление пониженное.

Праной я тоже проверил, разумеется. И быстро определил, что проблема тут в щитовидной железе.

— Наталья Павловна, — сказал я. — Я почти уверен, что дело вовсе не в возрасте. Похоже, у вас снижена функция щитовидной железы. Гипотиреоз. Это когда щитовидная железа вырабатывает мало гормонов, и весь организм из-за этого замедляется. Отсюда все ваши симптомы и берутся.

Она удивлённо подняла на меня взгляд.

— Так это что же… Это лечится? — спросила она.

— Лечится, — кивнул я. — И довольно успешно. Но сначала нужно подтвердить диагноз анализами. Я вам сейчас выпишу направления. Сдадите кровь на ТТГ. Ещё антитела надо проверить, чтобы понять причину. Но этот анализ у нас не делается, только платно. И общий анализ крови заодно, посмотрим на гемоглобин. С этими результатами снова придёте ко мне. Думаю, или сам назначу лечение, или отправлю к эндокринологу в Саратов. И всё вам вылечим.

— Поняла, — серьёзно кивнула женщина. — Доктор, спасибо вам большое!

Лена уже выписала все анализы, я отдал пациентке направления, записал на повторный приём. И она ушла.

Дальше день снова пошёл в обычном режиме. А после приёма мне позвонила Варя.

— Алло, — взял я трубку. — Привет, Варь.

— Саша! — голос у неё был встревоженный. — Саша, у нас проблема! Нам очень нужна электрическая трава!

Я застыл с ручкой в руке.

Ёлки-иголки. Что ещё за электрическая трава?

Глава 13

Вот только разберёшься с одной проблемой, как тут же возникает другая. И чаще всего самая неожиданная из всего, что можно представить.

— Какая трава? — может, мне послышалось.

— Электрическая! — повторила Варя. — Ну Саша, ты что, не знаешь про такую?

Первый раз в жизни слышал. Я попытался это представить. Трава, которая даёт электричество? Кактус в виде столба с проводами? Электрокактус?

— Варь, — осторожно произнёс я. — Что это за трава такая, которая бьёт током?

— Да не бьёт она током по-настоящему! — рассмеялась Варя. — Это спилантес, растение такое. Его называют по-разному, но среди потребителей вот прицепилось «электрическая трава». Если пожевать листок или цветок этой травы, то на языке начинается покалывание, будто слабый разряд током.

Я выдохнул. Ну хоть не кактус с проводами.

— И зачем оно людям? — спросил я.

— Так в том-то и дело! — радостно воскликнула Варя. — Оно очень полезное! В нём вещество есть, спилантол называется. Ты должен про него знать.

Да, это вещество я знал.

— Оно даёт этот эффект онемения, — продолжила Варя. — Люди его при зубной боли используют. Ещё говорят, это растение иммунитет поддерживает. И вот в Аткарске почему-то про него узнали. У меня уже несколько человек спросили, будет ли у нас продаваться эта трава. А у меня её нет. И поставщиков таких я не знаю, у меня же в основном местное всё. Саш, помоги найти, а?

Я задумался.