Мелодия для завтра - Дмитрий Соловей

— Не собираюсь я тут полуголой бегать! — вспыхнула Ольга.

— Значит, сиди и голодай, — пожала женщина плечами.

Просмотрев запись сцены, я поинтересовался у нейросети:

— Как имя женщины?

— Дарья Мирная, — ответила система.

Взял даму на заметку. В её реакции было то, чего не хватало многим: способность быстро адаптироваться.

Ольга просидела без еды до самого обеда. Думаю, к этому времени она проголодалась уже всерьёз. С момента пробуждения дочь ничего не ела, лишь попила воды. Тюбики с пюре она опрометчиво выбросила (нужно потом посмотреть, кто их подобрал), а на новые продукты у дочери баллов не хватило. Ещё немного — и система вернула бы её обратно в медкапсулу на принудительное восстановление.

В конце концов дочь всё же собралась в столовую. Долго пыталась соорудить из простыни нечто похожее на платье, ругалась из-за отсутствия зеркала и несколько раз переделывала получившуюся конструкцию. Далее выяснила, что босиком ходить по каменным дорожкам больно, и Ольга снова попыталась надавить на соседей.

То требовала одолжить обувь, то просила купить ей еду.

Безрезультатно.

Слух о некой неадекватной Колесовой уже успел разойтись по посёлку. На её просьбы никто не реагировал. Зато многие с интересом наблюдали за происходящим. Развлечений у людей сейчас немного, а тут разворачивалось настоящее представление. Нейросеть даже отметила необычно высокий уровень социальной активности вокруг жилого блока Ольги.

— Причина? — уточнил я.

— Формирование коллективной модели поведения через наблюдение за чужими ошибками, — ответила система.

Проще говоря, люди смотрели и делали выводы, как поступать не следует.

До столовой дочь всё-таки добралась.

Аппарат выдал ей положенный обеденный рацион из трёх тюбиков. На этот раз кидаться едой она не стала. Более того, сразу вскрыла один из них и съела содержимое буквально за несколько секунд. Однако в столовой Ольга не осталась. Вместо того чтобы сесть за общий стол, познакомиться с кем-нибудь или хотя бы послушать разговоры соседей, она с оставшимися тюбиками поспешила обратно в жилой бокс.

Голод оказался недостаточно сильным мотиватором. Ольга по-прежнему воспринимала остальных колонистов как посторонних людей, а само место — как временное недоразумение, которое скоро закончится.

— Прогноз адаптации? — спросил я у нейросети.

— Отрицательная динамика сохраняется. Основной фактор риска — социальная самоизоляция.

— Переведи на человеческий язык.

— Она всё ещё считает себя лучше окружающих.

С этим диагнозом я был полностью согласен. Вливание в коллектив для Ольги будет непростым.

Глава 16

У дочери хотя бы осталось постельное бельё, которое можно было использовать вместо одежды. Однако нашлись такие «умники», которые решили, что после одной ночи простыни достаточно загрязнились и их тоже следует отправить в утилизатор. Примерно двадцать процентов колонистов по всем поселениям оказались в подобной ситуации. То есть они не оставили себе ни клочка ткани, вообще ничего.

На просмотр этого «кино» мы собрались перед экранами почти в полном составе. Даже Мишка оторвался от своих программ. Лично мне было интересно, что предпримут эти люди и найдётся ли кто-нибудь, кто выйдет наружу совершенно голым.

Нашлись.

Причём, почти все пострадавшие отправились к пищевым аппаратам без особого смущения. Видимо, голод оказался сильнее чувства неловкости.

— Большинство современных людей переоценивают значение социальных норм и недооценивают влияние физиологических потребностей, — прокомментировала нейросеть.

— Проще говоря, жрать захотели сильнее, чем стесняться, — перевёл Михаил.

— Корректная формулировка, — согласилась система.

Ожидаемо, что первое потрясение ожидало колонистов у бытовых принтеров. Одежду они купить не могли. На комбинезон не хватало баллов. Поэтому многие приняли единственно возможное решение — сначала поесть, а уже потом думать о приличиях.

Из почти двух тысяч переселенцев лишь три молодые девушки пробрались в столовую голыми поздно ночью, надеясь избежать лишнего внимания.

Одной из них неожиданно повезло.

К этому времени начались уже третьи сутки её пребывания в колонии, и система начислила очередные десять баллов. В итоге та стеснительная смогла купить комбинезон за пятнадцать баллов, обувь за три и ещё на оставшиеся два нормально поужинать. После чего гордо прошла через весь жилой сектор.

— Отличная идея, — похвалила Мария ограничение на покупку одежды. — Колонисты очень быстро запомнят правила проживания.

— Запомнят, — согласилась нейросеть. — Зафиксирован высокий уровень обучения через последствия собственных решений.

— Это называется набивать шишки, — добавил я.

Мы ещё некоторое время наблюдали за людьми. Народ только-только начал знакомиться и общаться. Серьёзных конфликтов пока не возникало. Все были слишком слабы после пробуждения, проходили адаптацию и больше думали о собственном самочувствии, чем о каких-либо «дурных идеях».

Кое-кто обнаружил настольные игры. Теперь сидели, читали правила этого довольно скудного развлечения.

По сравнению с большинством колонистов подопечные посёлка «Командорский» находились в гораздо более выгодном положении, хотя оценить это в полной мере они не могли. Необоснованные претензии меня лично возмущали.

Особенно выделялась Яна. И по какой причине я решил, что она подойдёт Мишке? Прочитал в анкете, что девушка не стесняется высказывать начальству всё, что думает, и сделал совершенно неверные выводы.

После тестирования и нескольких бесед с нейросетью стало понятно, что Яна крайне болезненно относится к вопросам личного пространства и контроля над собственной жизнью. Система зафиксировала повышенный уровень настороженности, склонность видеть угрозу там, где большинство людей её не замечает, а также категорическое неприятие внешнего давления.

Кроме того, Яна демонстративно игнорировала гимнастику и реабилитационные тренажёры. Об этом я и не знал, поскольку наблюдение за группой перепоручил нейросети. Она же посчитала, что Яне требуется дополнительный стимул, и задействовала ближайший свободный ресурс.

Ближайшим свободным ресурсом оказался Ми-2. Вот вроде умная нейросеть, а до человеческой сообразительности всё равно не дотягивает. Зачем было посылать этого биоробота? Он же запрограммирован под вполне конкретную, немного нахальную личность.

Ми-2 подошёл к Яне во время занятий и принялся объяснять, как правильно выполнять упражнения. Причём с той самой фамильярностью, которая в его алгоритмах считалась дружелюбной.

— Ну что, красавица, опять отлыниваем? — поинтересовался Мишкин двойник. — Давай покажу, как надо.

— Ты что себе позволяешь⁈ — мгновенно взорвалась Яна. — Я доложу вашему руководству! Не этому начальнику, Эдварду. А кому-нибудь повыше!

— Кому именно? — педантично уточнил робот.

— Не знаю! Но доложу! — продолжила негодовать девушка.

Ми-2 замер, пытаясь проанализировать ситуацию.

— За что? — наконец выдал он, уточняя.

— Это сексуальное домогательство!

Если бы у