Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

– Всё, – сказал Охэйо. – Теперь реакцию уже не остановить. Мощность будет расти по гиперболе и предсказать, когда произойдет взрыв, довольно трудно. Теперь возвращаемся. И быстро!

Лэйми не имел ничего против. Хотя вариатор Реальности сейчас, в сущности, бездействовал, у него уже кружилась голова и двоилось в глазах. Охэйо чувствовал себя не лучше. Едва они вышли, он нажал кнопку и огромные броневые плиты захлопнулись с отрывистым ударом, похожим на звук механического молота, чтобы уже никогда не открыться.

14.

Обратно они двинулись бегом – вспомнили, что их товарищи – и единственный путь к спасению – могут в любой миг попасть в руки Бывших. Охэйо остановился, впрочем, чтобы включить защитную систему. Лэйми не возражал – если бы твари прорвались к реактору, шансов у них тоже не осталось бы...

Когда вагон стремительно помчался назад, он ощутил вдруг небывалое облегчение – отчасти от того, что прямо сейчас они должны покинуть этот мир, большей же частью от того, что они удалялись от превратившегося в чудовищную бомбу реактора, хотя и понимал, что расстояние – и даже толща земли – не имеют тут никакого значения.

Они выскочили из вагона. Охэйо на бегу хлопнул ладонью по кнопке, управляющей подъемной стеной, а потом, вместе с Лэйми, нырнул в лифт.

В верхней галерее радужное настроение парня прошло: шум наверху стал гораздо громче. Иногда его заглушали могучие удары, от которых содрогался пол – шаги. Лэйми сразу вспомнил о чудовищных силуэтах, виденных им из окна Малау. Теперь они – чем бы они ни были – оказались совсем рядом. Он невольно прибавил шаг, но Охэйо вдруг поймал его за руку. Парень обернулся. Аннит смотрел на него широко улыбаясь, не отпуская его руки, и его глаза сияли.

– Я всё же сделал это, – сказал он и в его голосе звенела радость исполнения несбыточной, многолетней мечты. – Если бы только знал, как мне этого хотелось, – в каждый миг моей жизни, – он засмеялся. – Наверное, я мерзкий, испорченный мальчишка, но я рад, что ты – мой друг. Никто другой не смог бы сделать для меня это.

Лэйми заметил, что глаза Аннита были серьёзными. Отныне их объединяло нечто большее, чем детская дружба: вина в чудовищном – и спасительном – деянии, ещё не состоявшемся, но уже неотвратимом. Парню было и страшно, и радостно одновременно. Раньше он не знал, что настоящий грех может быть так сладок. Ради одного этого мига ему стоило жить – ради тайны, нерасторжимо связавшей их.

15.

Выбравшись наверх, Лэйми устало прислонился к стене. После беготни по реактору в голове у него гудело, она кружилась и соображал он не очень хорошо. Охэйо чувствовал себя не лучше, но достал из кармана датапад и провел за ним минут пять; потом встал, старательно потягиваясь.

– Переход полностью настроен и запущен. Теперь остается лишь надеяться, что его привод сработает раньше заряда.

Когда Аннит отпер, наконец, дверь комнаты, их встретил шквал возмущенных и испуганных голосов – из дальнего конца коридора, из-за поворота, уже слышался плеск бьющегося стекла и яростный рев Бывших.

– Что вы там делали – так долго? – спросил Вайми. По его хмурому лицу было видно, что он вообще-то догадывается.

Охэйо опустил глаза.

– Любовью занимались, – сказал он вероятно первое, что пришло ему в голову. – Мне всегда хотелось попробовать – а другого шанса может и не быть.

Лэйми ощутил, как горят его уши, чувствуя себя полным идиотом. Но именно его инстинктивная реакция успокоила Вайми – по крайней мере, подозрение в его глазах сменилось растерянностью.

– Всё, хватит болтовни, отправляемся! – крикнул Охэйо, снова запирая дверь комнаты и лихорадочно набирая команды на своем датападе.

Панели громадной двери раздвинулись. Лэйми и остальные торопливо вошли в просторную комнату с гладкими стальными стенами. Когда вход закрывался, он успел заметить, как из-за поворота выплеснулась вопящая черная волна. Но твари были ещё слишком далеко...

– Вам лучше не касаться стен, – предупредил Охэйо, открыв стальную крышку возле двери и щелкнув выключателем.

Послышался приглушенный гул работающей гидравлики. Двери и потолок неожиданно поползли вверх, а пол, напротив, вниз, опускаясь в просторную шахту. Лэйми понял, что комната оказалась ни чем иным, как огромным лифтом.

Они спустились вниз на три этажа. Потом стальные двери на дне шахты открылись. Из большого помещения холла они вошли в длинный коридор. Совершенно пустой, он упирался в громадные глухие ворота со странным символом – стрелой, пронзившей два диска. Как только они приблизились к ним, ворота сами медленно разошлись в стороны, словно створы шлюза, впуская их в просторную галерею перрона. Раздвинулись ещё одни двери и Лэйми переступил порог, ведущий в траспортную камеру. К его удивлению, это была просторная светлая комната, почти пустая. Пол её был застелен пушистым белым ковром, вдоль стен стояли сплошные диваны, обитые роскошной красной кожей. Сами стены и потолок были из панелей черного стекла и ярко-белые прямоугольники ламп в нём смотрелись тревожно. Направляясь в неё, он потрогал поддерживающее поезд силовое поле. Тёплая, упругая масса, совершенно неосязаемая, как воздух, и неподатливая удивила его...

Ожидая их, здесь сидело восемь или десять человек, молчаливых и сосредоточенных. Остальные их спутники прошли в двери соседних вагонов. Никто не сказал им ни слова, даже толком не взглянул на них, и Лэйми вздохнул с облегчением, плюхнувшись на удобнейший диван. Охэйо сел рядом с ним. Они не говорили, посматривая в проем открытой двери, на перрон. Оттуда доносились голоса и лязг металла. Лэйми чувствовал странное, неопределенное волнение – он знал, что сейчас навсегда покинет родной мир, однако не верил в это. Лишь вход вагона, похожий на вход в лифт, казался ему необычным.

Без какого-либо предупреждения массивные стальные панели с шипением закрылись и всего через несколько секунд Лэйми ощутил, что они движутся – скользят по наклонной плоскости вниз. У него закружилась голова, но ничего больше он не чувствовал.

16.

Путешествие оказалось довольно долгим. Равномерный, слабый гул и особые мягкие покачивания, характерные для всех средств передвижения, скользящих на силовой подушке, навевали сон. Но Охэйо вовсе не хотелось спать: ему хотелось показать другу как можно больше, – и вслед за ним Лэйми, зевая, побрел в заднюю часть состава. Тот состоял из вагонов длиной метров в двадцать. Соединенные