База 211. Том первый - Алексей Леонидович Самылов

этим копьем бросился в атаку на укрепленный Иерихон Иисус Навин и стены укрепленной крепости пали перед ним. Упоминали также, что именно это копье Саул бросил в юного Давида в бессилии и ревности к будущей славе. Другим владельцем копья был Ирод Великий.

Легенды также рассказывают о судьбе копья после Распятия Христова, называя в его числе следующих владельцев:

им владел Константин Великий в битве у моста Милвиус;

им владел король готов Теодорих I, который благодаря ему победил орды Атиллы в 451 г. при Труа;

им владел Аларих;

император Юстиниан;

Карл Мартелл сражался им при Пуатье в 732 г.;

им владел Карл Великий. Его вера в силу талисмана была такой сильной, что он постоянно держал его рядом с собой.

Затем копье стало упоминаться как собственность императоров Священной Римской империи, что заставляет предполагать, что с какого-то времени речь идет о реальном предмете, экспонирующемся в наши дни в Вене, или же о нескольких копьях, выдаваемых за одно.

В рассказе о победе Генриха I Птицелова в Унструтском сражении упоминается могущественное копье-талисман в его руках. Первый известный владелец собственно венской реликвии — Оттон I, в хронике о короновании которого оно и упоминается. Затем копье фигурирует в описании сражения у города Леха (955 г.).

Копье Лонгина фигурирует и в рассказе о гибели императора Фридриха I Барбароссы, утонувшего во время Второго крестового похода (1190 г.). Существует предание, что незадолго до его гибели копье выпало из руки императора.

Как считалось, Копье Судьбы награждало владельца способностью утверждать добро, добиваться побед и совершать сверхчеловеческие поступки: «Тот, кто объявит его своим и откроет его тайну, возьмет судьбу мира в свои руки для свершения Добра и Зла».

(В общем, ничего нового. Молодое христианство нуждалось в символах. Заметьте, что-то нет во владельцах крестьян. Все сплошь правители. А любой правитель нуждается в легендировании своего статуса и статуса своих потомков. То есть да, это были именно те люди, которые прям непрерывно творили добро).

В различных церквях мира хранится несколько реликвий, которые считаются Копьем Лонгина, либо его фрагментом. С целью установления возраста, наиболее соответствующего евангельскому времени, ученые нередко проводят экспертизы.

(да-да, а кто проверяет самих ученых?)

Ватиканское копье хранится в базилике Святого Петра в Риме, куда попало в XVIII в. из Парижа, где оно хранилось, как считается, со времен Крестовых походов. Оно отождествляется с копьем, хранившимся в Константинополе, а прежде в Иерусалиме по крайней мере с V в.

Армянское копье находится в сокровищнице Эчмиадзина (новое название Вагаршапат). Там оно хранится с XIII в.; до этого находилось в Гегардаванке (Армения), куда было привезено, как считается, апостолом Фаддеем. (Гегардаванк дословно переводится как «монастырь копья».) Армянские верующие утверждают, что учеными Великобритании доказано ( отличный довод, прямо вот сразу убеждает!), что лишь армянское копье является настоящим и относящимся к I в. н. э.( Еще бы верующие (!) говорили обратное!)

Краковское копье после исследования оказалось копией венского копья.

Венское копье ведет свою историю со времен Оттона I (912–973). Оно характеризуется вкраплением металла, считающегося гвоздем с распятия ( просто нет слов ). Копье вместе с другими атрибутами императорской власти ( а вот с этим трудно поспорить, что это атрибут власти ) с конца XVIII в. хранится в палате сокровищ Венского дворца. В 1938 г., после аншлюза Австрии, обербургомистр В. Либель перенес из Венского дворца атрибуты императорской власти, которые выставлялись в течение года в церкви Святой Катарины.

Обстоятельства перевоза атрибутов императорской власти из Вены в Нюрнберг и их возвращение Австрии генералом Джорджем Паттоном обросли многочисленными легендами. Благодаря этому копье является важной составной частью современной мифологии, возникшей вокруг замка Вевельсбург.

С Хофбургским музеем в Вене косвенно связана одна из самых трагических страниц в истории XX в. Именно здесь Копье Судьбы впервые увидел молодой Гитлер. Об этой встрече он позднее написал в своей «Майн Кампф». «Вначале я не обращал внимания на то, что говорит гид, считая присутствие групп рядом с собой вторжением в интимное течение моих мрачных мыслей. Но вдруг я услышал слова: „Тот, кто откроет тайну Копья, возьмет судьбу мира в свои руки для совершения Добра или Зла“».(доктор Геббельс отработал на все сто, просто безупречный миф).

На следующее утро он буквально примчался в музей задолго до его открытия. Когда будущий фюрер, наконец, попал в зал, где хранилось копье, произошло страшное и роковое для него событие. «Воздух стал удушливым, и я едва был в силах дышать. Обжигающая атмосфера музейного зала, казалось, расплывается перед глазами. Я стоял один перед колеблющейся фигурой сверхчеловека. С почтительной опаской я предложил ему свою душу, чтобы она стала инструментом его воли». Фактически это признание Адольфа Шикльгрубера ( который никогда не был Шикльгрубером, ну с тем, что автор «знаток» уже разобрались ) в том, что в зале Хофбургского музея он продал душу дьяволу.

(Ну, а вот эта интерпретация уже явно вставлена позже. И бъется прям сразу. Возле христианской реликвии дьявол? А почему именно он? Сверхчеловек же. То есть что-то выше человеческого понимания. А это мог быть, как дьявол, так и ангел. Так и вообще инопланетянин. Кроме того, что это скорее всего просто еще одна байка, то есть конечно, легенда. Так красивее звучит).

Сегодня в каждом православном храме есть свое литургическое копие. Им священник вынимает частицы из евхаристической просфоры. Первоначально, как на католическом Западе, так и на православном Востоке, в Константинополе, Святое Копье почиталось прежде всего как один из символов императорской власти. При древнем понимании империи как всемирной державы оно легко могло превратиться в знак господства над миром. Так и произошло с венским экземпляром. Но, может быть, есть особый, глубокий смысл в том, что окончательным местом хранения настоящего (так, повторяем, считают) копья стал тихий древний Эчмиадзин — религиозная столица Армении, никак не связанная с теми или иными миродержавными амбициями.

(Да просто это копье было не заявлено, как символ. Вот и лежит себе тихо в Армении)

* * *

Маргариту куда-то увела Дарья. Жуковский и Перов, после ухода Бекасова, тоже предпочли на сегодня закончить. Остальные тоже как-то рассосались. Почти все. Остались только Надежда и Роман Комлев. И сейчас они находились в этакой кафешке, то есть в большой кухне, где имелось все необходимое для легкого перекуса. Или даже полноценного обеда, просто его нужно было немного подождать. Чем Влад и занялся, выразив свое желание немолодой женщине, стоявшей за стойкой. Прихватив кофе, мужчина присел за один из четырех столов. Где к нему вскоре присоединилась Надя. Просто вошла, осмотрелась