Мастер душ. Том 4 - Илья Ангел

Он медленно повернулся ко мне и рассмеялся.

— Вот это поворот. Похоже, дед тронулся умом, — Павел философски прокомментировал реакцию Уварова на мои слова. — Нет, мы и так думали, что он не в себе, но такая пафосная речь должна была вызвать адекватную реакцию, например, злость. Я, конечно, рад, что после твоей тирады мы с тобой не превратились в маленькие, вопящие от боли факела, но это было бы хотя бы предсказуемо.

— Я сказал что-то смешное? — устало спросил я, совершенно не зная, как вести себя со своим же собственным дедом.

— Ты слишком похож на своего отца. Особенно верой в справедливость и высшие цели, — скривился он, после чего снова повернулся в сторону Заставы. — Любопытно, — наконец произнёс он и призвал духовное оружие, от которого исходило яркое золотое свечение. Это был посох, чем-то похожий на копьё моего отца.

— А я думал, что духовным оружием у него будет поварёшка. Ну, или чем алхимики и зельевары своё ядовитое варево мешают, — прошептал Павел и замолчал.

Я тоже смотрел на фигуру князя Уварова, даже не представляя, что он хочет сделать. Немного подумав и потеряв ко мне всякий интерес, он взлетел на десяток метров. Перед ним начала образовываться руна, мне ранее неизвестная, и после того, как она полностью проявилась, он ударил кончиком посоха прямо в её центр. Сложилось такое чувство, что сам воздух задрожал, а в ушах появился мелодичный звон. Руна рассыпалась на мельчайшие золотистые осколки. Вместе с волной чистой энергии они понеслись в сторону заставы и, поднявшись ещё выше, превратились в какую-то огромную тучу, из которой полил золотистый дождь.

— Так-то получше, — произнёс дед, в одно мгновение оказываясь позади меня. Я резко обернулся, встречаясь с его изучающим взглядом. — То убожество, которое ты изобразил на Заставе, нельзя назвать полноценным ритуалом очищения. Сейчас не осталось ни единого следа от той мерзости, что повлияла на разум местных. Ты смог победить Паймона при помощи артефакта, но я так и не понял, какого именно.

— Это так важно? — прямо посмотрел в его глаза, похожие на мои.

— Нет, но мне интересно, — он окинул меня взглядом, задержав его на перстне. Довольно бесцеремонно он схватил мою руку и провёл пальцем по переливающемуся даже в темноте камню.

— Миша, почему ты стоишь и ничего не делаешь, когда меня так нагло обесчещивают? — заголосил Павел и шарахнул меня приличным электрическим разрядом. Я вздрогнул и выдернул руку, пока этот истеричный артефакт не прожарил меня до золотистой корочки.

— Вот как, артефакт «Племени Феникса», так он называется, если я не ошибаюсь, теперь всё ясно, — хмыкнул Уваров, отходя от меня на несколько шагов. — Ты ранен, — коротко бросил он. — Кстати, в своё время я приказал найти и уничтожить все артефакты трансформации, но, судя по всему, кто-то ослушался моего указа.

— Это всё, что вы хотите сказать, ваше Сиятельство? — холодно спросил я, прикрывая глаза.

— Артефакт трансформации даёт преимущество в бою, но резкий скачок в силе может привести к необратимым последствиям. Если бы ты использовал в бою первозданную энергию, то мог бы уничтожить саму душу, — невозмутимо произнёс он. — Но демон был против тебя слаб. Ещё год назад я уничтожил десятую колонну, так нагло проявившуюся на моей территории. Ты ведь должен знать, что высшие демоны без своих колонн не сильнее обычных магов, поэтому мог бы так не рисковать.

— Откуда бы мне было знать, что вы что-то сделали с его колонной? Но, спасибо за совет, — поморщился я. — Мне, как и всей Империи, нужна ваша помощь. Именно за этим я здесь.

— Ты исчерпал свои силы и надорвал кольца души, — констатировал он без всякого сочувствия, проигнорировав мои слова. — Глупо, но что ещё можно было ожидать от сына моего отпрыска, также лезешь в драку, не соизмеряя силы.

Внезапно дед резко шагнул ко мне. Его рука с силой впилась в моё плечо, и его магия, чужеродная и холодная, водопадом обрушилась на меня, проникая в тело и следуя вдоль каждого магического канала. Я не мог пошевелиться, вероятно, он каким-то образом воздействовал на меня, чтобы я не дёргался, а он мог спокойно изучить мои повреждения, чем, собственно говоря, он и занимался.

— Надрыв четвёртого кольца, дисбаланс энергий, последствия демонической трансформации, — бормотал он себе под нос. — И всё это на четвёртом уровне. Удивительно, как ты ещё жив. Ладно, — неожиданно сказал Владимир Уваров, отпуская меня. Я отшатнулся, стараясь выровнять дыхание и унять дрожь в магическом ядре, после такого грубого вмешательства в его структуру. — Ты идёшь ко мне.

— Что? — переспросил я, уставившись на невозмутимо стоявшего князя Уварова.

— Ты глухой? Странно, в нашей семье таких дефектов раньше не наблюдалось, — проворчал он. — Ты, наверное, неправильно сформулировал вопрос и хотел поинтересоваться, зачем ты мне сдался? Считай, что я проникся твоей речью и не позволю, чтобы мой внук помер у меня на глазах от последствий собственной глупости. Тем более, — он снова бросил взгляд на Павла. — С таким интересным артефактом ты представляешь определённую ценность для моих исследований.

— Исследований? — насторожился я.

— Не бойся, я не стану резать тебя на части. По крайней мере, пока. — В его глазах промелькнула усмешка, глядя на моё явно вытянувшееся лицо. — Мы пройдём в мою лабораторию, и я исправлю то, что ты натворил. А там посмотрим. Может быть, я даже выслушаю твои наивные мольбы о помощи для Империи.

— Ой, как обнадёживающе, — радостно прощебетал Павел. — Ненавижу, когда кто-то сильный и очень влиятельный строит из себя спасителя мира, и ты даже возразить не можешь, потому что он тебя заткнёт, и ты будешь слушать про спасителя мира с удвоенной силой. Может, свалим, пока не поздно…

Договорить он не успел. Открывшаяся прямо под моими ногами воронка портала, поглотила меня, и я куда-то переместился.

— Миша, не переживай, я поставил кучу меток! Правда, это мало помогло, потому что они исчезли, как только перемещение закончилось, поэтому я понятия не имею, где мы находимся, и как нам оттуда выбраться, — не скрывая паники в голосе, обнадёжил меня мой же собственный артефакт.

— Просто замечательно, — пробормотал я, оглядываясь по сторонам. Подниматься на ноги не требовалось, я и так сидел в глубоком кожаном кресле перед массивным дубовым столом, заваленным какими-то свитками и артефактами, назначение которых мне было совершенно непонятно.

Напротив, в таком же кресле расположился Владимир Уваров. Он смотрел на меня всё тем же тяжёлым, изучающим взглядом.

— Быстро ты пришёл в себя, — спросил он, отпивая из глиняной кружки что-то дымящееся. — Или тебе ещё