Ненормальный практик 9 - Отшельник Извращённый

в зал, и все это почувствовали. Не потому что он как-то привлёк внимание. Наоборот, вошёл тихо, через ту же неприметную дверь, и двинулся вдоль стены, где стояли Корнелия и Аннабель. Но четыреста с лишним пар глаз, настроенных на него как компас на север, засекли его мгновенно! Снова шёпот. Вернулся. С чем? Что решили? О чём говорили? Ведь все знали, куда вела та дверь.

Корнелия поняла по одному его виду — устал. Взгляд стал тяжелее, хоть на лице и лёгкая улыбка.

— Всё хорошо? — спросила она.

— Да, особенно коньяк, — ответил он.

Корнелия улыбнулась. Перевод: «Поговорим позже. Не здесь».

Аннабель кашлянула в кулачок, мол Хозяин, хоть я молчу, но ТОЖЕ ПЕРЕЖИВАЛА! Но тот не соизволил обернуться. Ну, ничего, кто-то точно скоро будет есть недоваренный суп!

Оркестр заиграл новую мелодию. Вальс. Тягучий, с привкусом венской тоски и петербургского дождя. Пары выходили на паркет, при чём осторожно, как выходят на лёд, не зная, выдержит ли.

Александр стоял, зевал. Корнелия рядом болтала с Аннабель, похоже пока он беседовал с императором, они разговорились меж собой. Вот только сам Сашка отчётливо почувствовал меж лопаток взгляд. Не от Волконского или императора. Другой. С алыми вспышками.

Изабелла притоптывала туфелькой у столика британской делегации. Бокал уже пуст. Второй — нетронут, пока что. Она смотрела на него, не отводя глаз, и ждала.

Он обещал ей танец. Разве сейчас не вальс?

Александр обернулся и всё понял. И произнёс:

— Я отойду.

Корнелия перехватила его взгляд, проследила траекторию, что вела прямо к Изабелле, и приподняла бровь. Одну. Левую, что было целое высказывание, спрессованное в три миллиметра движения: «Точно, он же обещал ей станцевать? Но он действительно собирается сделать это наших глазах? Он невозможен. Пусть идёт. Но потом мы с ним поговорим.»

— Я ненадолго, — добавил он.

— Знаю, — ответила Корнелия.

Он отошёл. Корнелия проводила его взглядом. Аннабель рядом хмыкнула:

— Ну и? Как ощущение, что он идёт «танцевать» другую?

Корнелия отпила шампанского.

— Я уже поняла, что ты тоже его ревнуешь, так что просто стой и смотри. Как и я.

Юный Александр, тем временем, подошёл к Изабелле и протянул руку.

— Ваше Величество. Кажется, я задолжал Вам танец.

Изабелла взглянула на его раскрытую ладонь. В глазах — огонь. Голос медовый-медовый:

— «Задолжал»? — и чуть склонила голову. — Какое неромантичное слово. Предпочитаю «жажду». Или «умоляю».

— Ох и доиграешься ты, Кнопка, — усмехнулся он. — Даю секунду.

Она тут же вложила свою ладонь в его.

Зал ахнул. Конечно все наблюдали! Королева Великобритании выходит танцевать с князем Северовым! На глазах всех!

Они вышли на паркет.

Его рука легла ей на талию, легко и уверенно. Её рука — на его плечо. Перчатка к сюртуку. Красное к чёрному. Первый такт. Шаг. Поворот. Они поплыли по паркету, и зал, наблюдавший за ними, замолк. Не потому что танцевали идеально, хотя, стоит признать, танцевали хорошо, он вёл уверенно, она следовала легко. А потому что было меж ними что-то. Электричество. Притяжение. Неуловимое, что заставляло смотреть и не отрываться.

— Итак, Кнопка, — улыбнулся юный Александр, ведя её в повороте, — у меня к тебе вопрос.

— Слушаю, мой король, — та сияла откровенно, бесстыдно. Гений Войны доволен! Она танцует с ним, весь зал смотрит, Корнелия стоит у стены с бокалом! Идеальная победа в раунде!

— Ты угрожала Российской Империи? — спросил он. — Из-за меня.

Изабелла моргнула. И улыбнулась. Широко, радостно, как девчонка, которую поймали за шалостью, но наказывать не собираются.

— Угрожала — сильное слово, — она грациозно повернулась в его руках. — Всего лишь отправила дипломатическую ноту. Очень вежливую к слову. С пожеланиями процветания и мира. И маленькой припиской о том, что если хоть один волос упадёт с твоей головы на их территории — Британия объявит тотальную войну на уничтожение. — пауза. — Магнус, кстати, помогал с формулировками. У него талант к угрозам.

— Тотальная война на уничтожение из-за одного человека. Я думал ты повзрослела. — хмыкнул он.

— Не просто человека, а моего Короля, — поправила она, — что меняет дело.

Александр повёл её в следующий круг. Музыка плыла нежно, тоскливо, как в сказке.

— А ещё, — продолжил он, — ты вернула Нью-Норфолк. Провозгласила его землёй Северовых. Провела референдум.

— Ну-у, — Изабелла пожала плечами в танце, — эта земля же принадлежит тебе по праву. Я просто исправила историческую несправедливость. При чём заметь, как быстро. Не благодари.

— Кнопка.

— Да?

— Ты отдала половину Северного Княжества. Территорию, за которую Британия воевала годы.

— Верно, — подтвердила она.

— Неужели Лорды не возражали?

— О! Валериус рычал три часа! Персиваль написал докладную на двенадцать страниц. Зато Магнус аплодировал. — она улыбнулась. — А так как он сильнее первых двух, решили по-моему.

— Понятно. Смотрю, ты там дома не скучала, — усмехнулся он.

— Скучала. Поэтому и снарядила флот, пересекла море, угрожала соседним империям и провела конституционную реформу в пользу мужчины, который меня даже не поцеловал, — она смотрела ему в глаза снизу вверх, и в этом взгляде было столько всего, что не описать. — Вот как сильно я скучала, Мой Король.

Они кружились. Красное и чёрное. Вальс нёс их по паркету, мимо колонн, мимо взглядов, мимо всех.

— Могу теперь я задать вопрос, мой Король? — произнесла Изабелла тише, серьёзнее.

— Давай. — кивнул тот.

— Когда мы официально поженимся?

Александр не споткнулся. Не потерял ритм. ЧУДОТВОРЕЦ! Продолжал вести её всё также плавно, но глазёнки вон как сузились.

— Изабелла.

— Что? Я задала простой вопрос. Когда?

— Вообще-то, это не такой уж и простой вопрос.

— Для меня — простой. Ты — мой Король. Я — твоя Королева. Закон Экскалибура. Магнус подтвердит.

— Магнус подтвердит что угодно, если это связано с мечом в камне.

— Вот видишь. Даже юридическая база есть.

Он смотрел на неё. Девушка, которая пересекла море ради него. Решившая, что он — её судьба.

— Кнопка, — произнёс он мягко, без иронии, без игры. — Послушай. Я ужасный муж. Серьёзно. Ты видела, сколько вокруг меня женщин?

— Видела, — кивнула та. — Считала. Романова-Распутина, Фрейя, Ингрид, Аннабель. Четыре. Пока.

— Пока, — подтвердил он без стыда и совести. — Ещё учитывай, что я периодически сплю с незнакомками,