Ненормальный практик 9 - Отшельник Извращённый

— Александр.

— Что? Я предупреждаю честно. Разве не этого ты хочешь от будущего мужа?

Изабелла мгновенно покраснела. Как тогда, на ярмарке, когда её живот предательски заурчал. Щёки — пунцовые. Уши — алые.

— Ты… — прошипела она сквозь зубы, не теряя ритма танца, — ты специально!

— Что специально?

— Говоришь такое, чтобы я отступилась!

— Я просто говорю правду.

— Правду⁈ Ты хвастаешься тем, что спишь с незнакомками, перед женщиной, которая хочет стать твоей женой⁈ Какой нормальный мужчина так делает⁈

— Ненормальный, — он улыбнулся. — Это, вроде как, моя визитная карточка.

Изабелла открыла рот. Закрыла. Открыла снова. Гений Войны в её голове лихорадочно перебирал варианты ответа — и все были негодными, потому что этот… этот… НЕВОЗМОЖНЫЙ ЧЕЛОВЕК только что обезоружил её абсолютной, бесстыдной честностью!

И тогда она сделала то, чего ни один стратег не предусмотрел бы.

Рассмеялась.

Звонко, искренне. Запрокинув голову.

— Ты чудовище! — произнесла она сквозь смех. — Ненормальное безнравственное чудовище!

— В точку.

— И я всё равно выйду за тебя замуж, — посмотрела она ему в глаза без тени шутки. — Слышишь? Всё равно. Мне плевать с колокольни на незнакомок. Плевать на Романову-Распутину. На северянок. На генеральшу. На всех. Ни одна из них не пересекла море. Ни одна не угрожала Империи войной за тебя. Ни одна не отдала половину Княжества. Я — сделала. И сделаю ещё больше. Потому что ты — мой. Мой Король. — Она сжала его руку крепче, чем положено в вальсе. Крепче, чем положено королеве. — И когда ты наконец это примешь, — прошептала она ему на ухо, — я буду ждать. Хоть девять лет. Хоть девятнадцать. Хоть всю жизнь. Потому что я — упрямее тебя. И это будет единственная битва, которую ты проиграешь, мой король.

Александр смотрел в её горящие алые глаза. На пунцовые щёки. И улыбнулся без всякой иронии.

— Знаешь, Кнопка, — произнёс он тихо, — ты тоже ненормальная.

— Беру пример с лучшего, — ответила та с улыбкой.

Музыка замедлялась. Последний такт. Последний поворот. Он довёл её до края паркета, остановился.

— Спасибо за танец, Ваше Величество.

— Спасибо за честность, Мой Король, — та присела в лёгком реверансе. А потом, выпрямляясь, добавила шёпотом, только для него: — И, если что, я уже присмотрела платье.

После чего развернулась и ушла. Прямая спина. Изящное красное платье. Всего девятнадцать лет, при этом абсолютная, непоколебимая, сумасшедшая уверенность в том, что мир устроен так, как она решила.

Александр смотрел ей вслед. Качнул головой и пробормотал:

— Вот тебе, Саня, и Кнопка, взяла за яйца, ещё и обеими руками.

Корнелия в этот момент допила шампанское и тихо, так, чтобы слышала только Аннабель, произнесла:

— Достойная противница.

Аннабель промолчала, но уголок губ дрогнул. Здорово же, что с неё фокус сместился на Королеву! Теперь она может и дальше разыгрывать свою стратегию по завоеванию Хозяина! Главная мегера нацелилась на другую! Идеальный тактический манёвр!

В стороне от танцевального пола Евдокия наблюдала за тем, как Изабелла ушла, а юный Александр остался один на краю паркета на пару секунд, как раз в этот миг его взгляд скользнул по залу.

И нашёл её.

Их глаза встретились.

Всего мгновение.

Он узнал. Узнал её!

Евдокия поняла это мгновенно, безошибочно, всем телом. Его взгляд немного изменился. Стал другим на долю секунды. Он не кивнул. Не улыбнулся. Просто увидел и отвёл взгляд. Принцесса выдохнула. Она даже не сразу осознала, что задерживала дыхание.

Да, он точно узнал её. Вот только смотрел неё не так, как тогда в тот вечер девять лет назад. А как на вопрос или даже загадку, которую отложил на потом. Почему? Что изменилось? Он будто бы решал что-то в голове по поводу неё. Такое у неё было ощущение. Интересно, о чём он говорил с отцом? Надо бы аккуратно разузнать…

…

Бал угасал.

Не разом, а постепенно, как угли в камине. Оркестр играл всё тише, пары кружились всё ленивее. Разговоры сплетались в ровный гул, из которого уже не вырастали ни скандалы, ни откровения. Лакеи сновали меж столами, убирая пустые бокалы. Всё важное уже сказано, все маски чуть сползли, и люди начинали думать о каретах.

Александр со своими пассиями — Корнелией и Аннабель стоял в стороне и в отличие от двух «подруг», молчал. Рассеянно, лениво смотрел на зал, как на проплывающий пейзаж из повозки. Всё интересное — позади. Но впереди — ночь. И три женщины, которых он не видел девять лет.

Он повернулся. Нашёл взглядом Фрейю и Ингрид, те стояли у своего столика, как и весь вечер.

— Подождите здесь, — сказал он Корнелии с Аннабель.

Те посмотрели на него. Потом — на северянок.

— Опять? — хмыкнула Корнелия.

— Корнелия.

— Иди, — та устало улыбнулась. — Но имей в виду: моё терпение должно будет окупиться твоим вниманием.

Он коснулся её руки с пониманием. Наверняка ей непросто сейчас, но что поделать, он предупреждал!

Фрейя видела, как юный Воробей шёл через пары, мимо генерала Шувалова, что уже покачивался от коньяка, мимо посла Франции, судорожно строчившего в блокнот, прямо до их угла. Их тихого, отдалённого угла, где они простояли весь вечер, как два дерева на краю цветочного поля.

Ингрид тоже наблюдала как он идёт к ним.

Он остановился перед ними. На устах улыбка. Не та официозная и для всех, а настоящая, ЕГО. С теплом. С чем-то, отчего Фрейя вспомнила костёр девять лет назад, когда он сидел у огня и рассказывал смешную историю, а она не могла перестать смотреть.

— Дамы.

— Опять «дамы», — фыркнула Ингрид. — Ты нас хоть чуточку уважаешь? — кажется, она уже пьяненькая.

— Ингрид, Фрейя. — назвал он их по именам, догадавшись о её причине её возмущения.

— Слушаем внимательно, — кивнула довольно розовощёкая Ингрид. — И?

— И, — он улыбнулся, — я устал от бала. Хочу вина. Нормального. Из кружки. За деревянным столом. В месте, где никто не кланяется и не называет меня «Ваше сиятельство».

Фрейя приподняла бровь.

— Таверна?

— Таверна, — подтвердил он. — Знаю одну. Недалеко от порта. Хозяин — бывший боцман. Вино — дрянное. Но тихо. И никаких люстр.

— Приглашаешь нас в таверну, — медленно произнесла Фрейя. — С императорского бала. В платьях.

— Ну, —