Игра клеток - Гарри Конолли

Я обогнул заросли и побежал к грузовику, сжимая в руке призрачный нож. Может, заклинание и было бесполезно против этих людей, но мне стало легче держать его в руках. Кузов грузовика был пуст, поэтому я обошел его со стороны водителя. Раздался странный звук, похожий на пронзительный визг, смешанный с металлическим скрежетом. Я никогда не слышал ничего подобного, я решил, что это поврежден ремень вентилятора.

Я подошел к окну водителя. Кареглазый парень сидел за рулем, держась за окровавленный лоб — пикап был слишком старым, чтобы в нем были подушки безопасности.

— Сиди спокойно — сказал я.

— Мы собираемся попросить кого-нибудь осмотреть твою голову.

Он посмотрел на меня, выражение его лица по-прежнему было пустым.

— Я убью тебя — сказал он.

— Если ты попытаешься забрать его у меня, я убью тебя.

Я взглянул на пассажирское сиденье. Оно было пустым. На пластиковой обшивке пассажирской двери виднелось обесцвеченное пятно.

По всему моему телу пробежали мурашки. Сапфировый пес был совсем рядом.

Я отступил назад и огляделся. Я не мог разглядеть ничего, кроме деревьев, кустов с голой листвой и грязи. Только что на улице отслаивалась резина. Стив бежал ко мне так быстро, как только мог, хотя это было совсем не быстро. Он почти добрался до заднего крыла, когда посмотрел в сторону пассажирского сиденья грузовика.

И остановился. Он уставился на что-то с другой стороны грузовика, чего я не мог разглядеть.

Я подошел к нему. У меня внутри все сжалось, но я не стал бояться. Я пришел сюда именно ради этого момента.

— Тебя к этому не готовили — сказала Кэтрин. Это убивает любого, кто это видит.

Стив стоял, разинув рот, а я обошел грузовик сзади и увидел сапфирового пса.

Глава 8

Он удалялся от нас, и мне показалось, что он совсем не похож на собаку. У него не было шерсти, а кожа была ярко-синего цвета. Его тело покачивалось при движении, как будто он был наполовину кугуаром, наполовину питоном. Его четыре лапы вытягивались и втягивались тревожным, бескостным движением, похожим на набор щупалец или пружин. Крыльев у него не было, но по спине тянулись два ряда темных пятен. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это вовсе не пятна, а граненые голубые кристаллы, вросшие в его плоть. Его длинный, тонкий, похожий на хлыст хвост подрагивал, словно струя воды, стекающая по грязному стеклу.

Затем он достиг участка травы примерно в дюжине футов от нас, повернулся и сел на задние лапы. Внезапно он стал очень похож на собаку. Его широкая, непомерно большая голова сужалась спереди к морде, в которой не было отверстия. На лбу и вокруг невероятно узкой шеи было еще больше голубых кристаллов. Уши у него были длинные и висячие, почти такие же длинные, как у кролика. И глаза...

Его глаза были огромными, как у мультяшного животного. Его зрачки были в форме восьмиконечных звезд, и в каждом глазу их было по пять, все они сияли золотом и располагались по кругу.

Он смотрел на нас с непостижимым выражением, в то время как его зрачки медленно вращались. Эффект был гипнотический.

Сапфировый пес был прекрасен. Это простое слово я использовал для описания всего, от новой машины до момента кармической расплаты, но оно никогда не могло передать то влияние, которое оказал на меня сапфировый пес. Окруженная голыми деревьями и грязью, эта потусторонняя красота поразила меня, как удар под дых. Она не выглядела твердой. Она не выглядела реальной. Я подумал, что у меня, возможно, видение.

— Господи, благодарю тебя за этот день — сказал Стив. Он был в нескольких шагах справа от меня. Мне потребовалось усилие, чтобы отвести взгляд от животного, но Стив был так же ошеломлен, как и я. Он шагнул к нему, и я тоже. Я не хотел, чтобы он был ближе к этому, чем я. Я не хотел делиться.

Сапфировый пес посмотрел на Стива, и я почувствовал укол ревности, я хотел, чтобы он посмотрел на меня. Мне хотелось врезать старику по затылку и вырубить его, чтобы сапфировый пес захотел меня и только меня.

Я почувствовал знакомое давление на место под правой ключицей. Это что-то значило, но я никак не мог вспомнить, что именно.

Кончик морды сапфировой собаки начал опускаться, как человек, который втягивает щеки, чтобы сделать их впалыми. Морда изменила цвет, сначала на темно-фиолетовый, затем на дерьмово-коричневый. Появилось неприятное сморщенное отверстие — круглое, морщинистое и беззубое, как дырка от дерьма.

Мы были в опасности. Я вспомнил, что боль под ключицей была предупреждением о том, что на меня напали. Глубоко внутри меня возникло легкое беспокойство, но мысли о сапфировом псе вытеснили его.

Это было неправильно. Я знал, что это неправильно, и если я не проснусь, то умру.

Пес поднял морду к Стиву. Я бросился к нему и повалил его в грязь как раз в тот момент, когда сапфировый пес высунул длинный, белый как кость, язык.

Язык пронесся над нами, рассекая воздух возле моего плеча. Я почувствовал, как Стив сильно ударился о землю, и из него вырвался воздух.

Вторая волна любовного томления захлестнула меня, но на этот раз я узнал боль под правой ключицей. Мои железные врата, один из защитных знаков на груди, пытались отразить магическую атаку.

Это были не мои чувства. Я должен был сосредоточиться на этом. Животное нет, хищник напротив меня пыталось контролировать свои чувства.

Оно обратило свое внимание на меня. Я встал на колени в ледяной грязи и занес руку, чтобы метнуть призрачный нож. Его глаза расширились.

Я произнес заклинание.

Сапфировый пес, казалось, двигался в трех направлениях одновременно. Он скользнул влево и вправо одновременно и оторвался от земли. Это было похоже на то, как если бы неподвижное изображение разделилось на части.

Три остаточных изображения исчезли. Призрачный нож пролетел в воздухе.

Я вскочил на ноги, встал между Стивом и призрачным ножом и отбил его. Надеюсь, он этого не увидит.

Сапфировая собака исчезла. Хотя перед тем, как исчезнуть, она разделилась на отдельные неподвижные изображения, в грязи были видны следы, уходящие влево и вправо на несколько футов. Черт. По крайней мере, он не клонировал сам себя.

Я осмотрел территорию вокруг дома. Хищника нигде не было видно. Я обежал грузовик с другой стороны, но и там его не было.

Я прижался лицом к холодному металлу кабины. Я чувствовал