Выжить в битве за Ржев. Том 5 - Августин Ангелов

— Еще один готов, — сказал Чодо Липшицу, перекатываясь на новую позицию.

* * *

Лейтенант Горчаков все-таки успел до того, как начали взлетать одна за другой немецкие осветительные ракеты, превратив темный морозный вечер в яркий день. Саперы вышли заранее. И потому им хватило времени, чтобы сделать крюк и обойти немецкие позиции по большой дуге. И они выполнили задание, заложив взрывчатку, пробравшись к дзотам незаметно с тыла, где немцы не ждали.

К тому же, они сумели пробраться и к большим окопам за железнодорожной насыпью, накрытым белыми маскировочными сетями, где немцы прятали свои танки. К самим танкам подойти, конечно, не рискнули, но вот на путях их выезда из этих окопов мины расставили, припорошив их как следует снегом. Вот только из-за того, что все началось не по плану, отойти саперы не успели. Оттого им пришлось принимать бой на очень невыгодной позиции. Немецкие танкисты, встревоженные начавшейся стрельбой, завели моторы и двинули прямо на них.

Глава 15

Лейтенант Семен Горчаков не был простым армейским сапером. Он после училища прошел школу ОСНАЗа прежде, чем возглавил саперный взвод лыжного батальона особого назначения. Он проявил себя в битве под Москвой, умел действовать в тылу врага, подбираться к объектам подрыва незаметно, подползая на брюхе и подтаскивая взрывчатку. Он научился на практике взрывать мосты, пускать под откос эшелоны, минировать дороги так, чтобы немецкие специалисты не могли сходу найти взрывчатку. Он действовал четко, всегда тщательно прорабатывая маршрут и выбирая момент для диверсии. И главное — он умел ждать. Не дергаться раньше времени.

— Товарищ лейтенант, — прошептал сержант Юрий Семенчук, лежавший рядом за штабелем шпал, — танки двинулись в нашу сторону.

— Вижу, — ответил Горчаков.

Саперы едва успели все заминировать и затаиться, как начался бой. И теперь из широких окопов, прорытых недалеко от железнодорожной насыпи, по тревоге, лязгая гусеницами, выползали бронированные машины с черными крестами. Два «Pz. III» и два «Pz.IV», а за ними от двух длинных бараков, превращенных в казармы, бежали в мертвенном свете осветительных ракет фигурки пехотинцев. Сотни полторы солдат, не меньше. Целая рота, усиленная бронетехникой.

— Взрывай, — сказал Горчаков.

Семенчук нажал на кнопку взрывателя. Ток от батареи пробежал по проводам. Электродетонаторы сработали, как надо. И фугасы, заложенные на единственном пути выезда, сдетонировали одновременно. Два взрыва прогремели почти в унисон. Головной танк, тяжелую «четверку», подбросило взрывной волной. Гусеница лопнула, машина дернулась и крутанулась, перегородив дорогу остальным. Второй «Pz. IV», который ехал следом, подбросило взрывом под кормой и толкнуло вперед, отчего он налетел на первый. Броня громко лязгнула. Оба танка задымились. Из танковых люков начали выбираться танкисты.

Но Горчаков уже дал команду:

— Бронебойщики, по танкам — огонь! Остальные — по пехоте!

Расчеты ПТРД и пулеметов, которыми Ловец распорядился усилить саперов, устроили засаду заранее, открыли огонь с двух сторон. Справа, — от проезда из-за штабелей шпал. И слева, — прячась за развалинами какого-то пакгауза. Первый же выстрел из противотанкового ружья поразил еще один танк в борт. После чего на ходу осталась из всей танковой группы только замыкающая «тройка», которая начала отползать назад, огрызаясь огнем из курсового пулемета и башенной пушки. Вспышка, грохот, дым и огонь рядом. Взрывная волна разметала шпалы. И это наводчик танка пока еще не прицелился как следует, бил наугад.

— Отходим! — закричал Горчаков.

Но отходить было особо некуда. Немецкая пехота, проворно вылезающая из вагонов, стоящих на запасных путях у разъезда, отсекала пути к отступлению, занимая траншеи. Саперы пугнули их очередями из нескольких пулеметов. Но вражеская пехота, которая еще не успела к траншеям, лишь залегла вдоль насыпи и открыла шквальный огонь из автоматов и карабинов.

— Залечь за препятствиями! — крикнул Горчаков, меняя позицию со свои ручным пулеметом «ДП-27».

Пули свистели над головой. А танк продолжал бить из пушки. Снова грохот и опять мимо. Но сержант Семенчук рядом охнул — его зацепило осколком. Не сильно, но кровь пошла из предплечья правой руки довольно обильно.

— Потерпи, — сказал Горчаков, разрывая индивидуальный пакет, чтобы оказать первую помощь боевому товарищу. — Сейчас наши подойдут.

Вот только, пока они не подошли, а немцев вокруг становилось все больше. Надо было держаться. И саперы держались, отступив к развалинам пакгауза и отстреливаясь из всего оружия, которое у них имелось с собой. Наблюдая за ходом боя, Горчаков понимал, что чем дольше они продержатся, оттянув врагов на себя, тем меньше будет сопротивление немцев основным силам отряда Ловца.

* * *

Когда капитан Кравченко получил приказ обходить немцев с правого фланга, он делал это тихо, без лишнего шума.

— Ползком вперед! — скомандовал он своим десантникам. — Не стрелять, не курить, не кашлять.

Впрочем, их этому учили: маскироваться, перемещаться скрытно, не привлекать внимание противника. И десантники в белых маскхалатах, сливавшихся со снегом, продвигались ползком по краю леса, огибая за деревьями, кустами и сугробами открытое пространство, простреливаемое немецкими пулеметами.

Вперед поползли самые шустрые разведчики. Им повезло найти промоину: русло ручья под снегом, по которому текли уже днем в солнечную погоду весенние талые воды. Но их было в мартовские холода пока еще мало, потому сверху сохранился наст над слоем снега, а у самого русла ручейка получилась полая труба. Разведчики по ней и проползли от леса почти до самых немецких траншей незамеченными. Потом, неожиданно выскочив из-под наста, они перемахнули через бруствер траншеи, перерезав ножами пулеметный расчет.

Кравченко выбрался к траншее одним из первых следом за разведчиками. Второй немецкий пулеметчик на правом фланге, увлеченный стрельбой по лесу, не видел, что происходит у его соседей за спиной. Он даже не обратил внимания за шумом боя, что пулемет рядом почему-то замолчал. Впрочем, это бывало, если меняли стволы. Но не в этот раз. А в этот раз капитан Кравченко лично подполз к немецкому пулеметному расчету сзади и выстрелил из нагана с глушителем БраМит почти в упор, расстреляв трех немцев. Еще один пулемет замолк. Следующий немецкий пулемет замолчал из-за того, что расчет перебили снайперы Ловца. Воспользовавшись моментом передовая группа десантников быстро выскочила из сугробов, за пару минут перестреляв всех немцев, заняв вражеские окопы на фланге и открыв путь остальным десантникам.

— Вперед! — крикнул Кравченко.

Развивая свою атаку на фланге, десантники ворвались в следующую траншею, зачищая ее от немцев. Гранаты, автоматные очереди, рукопашная